Чтение онлайн

В 2005 году, когда я вела свое исследование, меня попросили подготовить презентацию о гормонах и иммунной системе для сотрудников больницы. В помещении, похожем на кафетерий, я рассказала медсестрам и врачам о том, что надеялась выяснить. На последнем слайде моей презентации было написано: «Гормоны, регулирующие иммунную систему: за ними будущее?»

– Возможно ли, что через несколько лет мы научимся лечить аутоиммунные заболевания путем влияния на гормоны? – задала я риторический вопрос.

Я надеялась, что однажды мое исследование окажет положительное влияние на повседневную жизнь пациентов. Прежде всего врачи хотят иметь больше вариантов лечения, и это подтверждали обращенные ко мне заинтересованные лица.

– Вероятно, это произойдет лет через 10–15, – сказала я слушателям в белых халатах и медицинских костюмах и, улыбнувшись, добавила: – Эту часть исследования буду проводить уже не я, а фармацевтическая индустрия.

Хоть мне и нравилось мечтать по-крупному, я всегда оставалась реалисткой. Были пределы того, что я могла достичь самостоятельно.

«Это было самое прекрасное время, это было самое злосчастное время», – так Чарльз Диккенс начинает свою знаменитую «Повесть о двух городах». То же самое можно сказать о первых месяцах моего исследования. Энтузиазм и одиночество. Я находилась в новой стране, учила новый язык и работала в новой больнице над новым исследованием. Несмотря на некоторую поддержку со стороны Университетской больницы Осло, мне приходилось практически все узнавать самостоятельно. Исследование влияния гормонов на ревматоидный артрит было не особенно модным, и ни у кого в моем окружении не было профессионального опыта в этой области. Иногда возникало ощущение, что я нахожусь в горах и кричу от отчаяния и единственное, что слышу в ответ, – это свое эхо.

Давление, стресс и необходимость самой строить свою судьбу сказались на моем самочувствии. Я родила второго ребенка – большинство родителей маленьких детей понимают, насколько беспокойным может быть это время. Мой рабочий день состоял из анализов крови и постоянного хождения по лаборатории. Вечерами я читала книги о методах исследования, занималась ремонтом дома и уделяла время семье. Посреди всего этого ко мне вдруг приехал гость. Роджер Бакнелл, мой наставник из Ливерпуля, прибыл в Порсгрунн с женой.

Я была измучена стрессом и чувствовала себя белкой в колесе. Как обычно, добрый доктор Бакнелл проявил большой интерес к моей работе. Я хотела показать ему, что чего-то добилась, но боялась, что он ждал гораздо большего от своей многообещающей студентки. Бакнелл стал для меня напоминанием о рисках, на которые я пошла, и возможностях, упущенных из-за упрямства.

За ужином в тот вечер у меня в голове роились мысли, и я изо всех сил пыталась сосредоточиться, чтобы не потерять нить разговора. Робин очень старался быть гостеприимным. «Как же неловко», – подумала я.

– Ты в порядке, Анита? – спросил Робин, когда мы легли в постель.

Он выглядел обеспокоенным. Я улыбнулась и постаралась разрядить обстановку:

– Конечно, я в порядке. Просто у меня сейчас очень много дел, вот и все, – сказала я, опуская голову на подушку.

В ту ночь я не смогла уснуть. Спустя время я встала и пошла в гостевую комнату. Мне казалось, что внутри что-то сломалось. Я села на край кровати, словно находясь в трансе. Голос в голове повторял: «Что я делаю?» Никогда не была склонна к панике, но теперь мне было тяжело дышать, мысли путались в голове. Я вдруг осознала, что моя работа может ни к чему не привести. У меня даже не было страховки на этот случай.

Судный день близился: результаты анализов крови должны были показать, напрасны ли мои усилия. Когда они пришли, я очень удивилась. Они все изменили.

Но чтобы правильно интерпретировать результаты, мне сначала нужно было понять иммунную систему. Как функционирует армия внутри нас и почему иногда предает?

Иммунная система состоит из множества клеток с различными функциями. Родильное отделение, где появляются на свет эти клетки, находится в костном мозге внутри костей. Здесь рождаются эритроциты и лейкоциты, и все в этом родильном отделении постоянно заняты. Каждую секунду костный мозг производит более двух миллионов эритроцитов, которые переносят кислород по телу. Внутри каждого из нас есть миллиарды лейкоцитов, и они постоянно заменяются новыми. Лейкоциты – это клетки иммунной системы.

Они – солдаты тела, защищающие его от нападения врагов. Классические враги – это бактерии. Чаще всего нас поражают стрептококки группы А, вызывающие различные заболевания, например инфекции горла и импетиго. Бактерии имеют форму ниток бус и проникают в организм через телесные жидкости или при контакте с кожей. Иммунная система пытается остановить врагов у ворот, но, если кто-то из злоумышленников все же проникнет внутрь, она постарается помешать им распространиться. Чтобы совершить успешное нападение, стрептококкам нужно преодолеть ряд сложных препятствий и победить в ожесточенных схватках.

Организм – это страна, границы которой защищают вооруженные силы. Первое препятствие, возникающее перед бактериями, – это защитные укрепления, физические структуры, которые защищают нас от окружающей среды. Часто можно услышать, что кожа – это самый важный барьер, однако это лишь небольшая часть внутренних и внешних поверхностей тела, обеспечивающих защиту. Самой большой защитной поверхностью служат слизистые оболочки, покрывающие пищеварительную и дыхательную системы и гениталии. Если расстелить кожу на плоской поверхности, она покроет приблизительно два квадратных метра, площадь двуспального матраса, но если расстелить слизистые оболочки, они займут почти 400 квадратных метров, площадь баскетбольной площадки.

Слизь, слюна и слезы помогают смывать нежданных гостей. Если стрептококки проберутся через первую линию защиты, с другой стороны их будет ждать пограничный патруль.

Пограничный патруль тела должен уметь отличать опасных врагов от дружественных веществ, которые можно впустить. Питательные вещества из еды и напитков тоже чужеродны, но яблоко или гамбургер не должны провоцировать масштабную войну. По этой причине важно иметь умную охрану на границе.

Самые известные пограничники тела – это макрофаги. «Макро-» означает «большой», а «фаг» происходит от греческого «есть». Другими словами, макрофаг – это «большой едок».

Для любого стрептококка, которому удалось проникнуть через оборонительные сооружения организма, макрофаг представляется устрашающим зрелищем: он протягивает щупальца и жадно поглощает его.

Внутри макрофага ядовитый коктейль проникает в бактерию и убивает ее [8] . Есть и другие клетки, выполняющие функцию пограничников и помогающие макрофагам. Важной частью первой линии защиты выступает армада смертоносных белков, известная как система комплемента.