Чтение онлайн

– Кстати, как тебе Левович?

– По-моему, он милый.

– Насколько милый?

– Ну милый, и все. Не понимаю твоего вопроса.

– Когда вы вернулись из Брюсселя, мне показалось, что у вас довольно близкие отношения.

– Мы просто хорошие друзья.

– То есть у вас нет романа? Ты ничего от меня не скрываешь? Мы же все друг другу рассказываем.

Анастасия боялась, что ревнивый Макер отравит Льву жизнь в банке. Его и так несправедливо понизили. Она догадывалась, что Лев уже стал там мальчиком для битья, и не хотела усугублять его положение. Если Макер невзлюбит его, он уговорит своего деда Огюста, который был на его стороне, выгнать Льва из банка. Она не могла потерять его снова. И решила соврать, разыграв удивление:

– Нет, у нас нет романа, – подтвердила она.

– Так я и думал, – кивнул Макер, успокоившись. – По-моему, у Льва шуры-муры с Петрой.

– С Петрой? – изумилась Анастасия. – С этой высокой брюнеткой из бухгалтерии?

– Да, точно. Она постоянно торчит в нашем офисе и строит ему глазки. Ну, в любом случае я рад, что у вас с ним ничего нет!

– Почему это?

– Да так. Я бы расстроился.

Он попытался взять ее за руку, но она поспешно отстранилась. Ей тут же захотелось признаться ему во всем, но она сдержалась, незачем все усложнять. Анастасия видела, как Макер на нее смотрит, и у нее не было ни малейшего желания разбивать ему сердце. И вообще ей не хотелось причинять ему боль. Она испытывала большую нежность к этому молодому человеку, доброму и внимательному, не умеющему соответствовать своей фамилии. Порой он был слишком многословен, но она с ним никогда не скучала.

Анастасия очень дорожила его обществом, но каждый день после работы зависала в “Реморе” только для того, чтобы дождаться в тепле, пока Лев закончит очередную тайную встречу с Абелем Эвезнером. Макер сам приходил составить ей компанию, и она вовсе не хотела, чтобы он что-то там себе навоображал. Анастасия всегда садилась лицом к дверям – выйдя из банка, Лев останавливался напротив кафе и подавал ей условный знак. Она делала вид, что ей пора уходить, и встречалась со Львом на параллельной улице. Они обменивались бесконечным головокружительным поцелуем, наверстывая долгий день, который провели в непосредственной близости, не имея возможности прикоснуться друг к другу. Потом они шли ужинать или в кино и к ночи оказывались у него в квартире. Она часто оставалась там до утра – Ольга предоставила ей полную свободу, воображая, как ее дочь обеспечивает себе будущее в номере люкс роскошного отеля.

В тот вечер, за ужином в маленьком ресторанчике в квартале О-Вив, Анастасия заметила:

– Говорят, Петра тебе строит глазки.

Лев рассмеялся:

– Если б только глазки! Еще немного, и мне придется подать жалобу. Кто тебе донес?

– Макер. Пусть считает, что у тебя любовь с Петрой, а не со мной.

– Я думаю, ты неправа, – нахмурился Лев.

Она приняла обманчиво суровый вид:

– И держись от нее подальше!

– Если бы я мог сказать Петре, что у нас с тобой роман, она бы от меня отстала, – ответил он.

– Скажи просто, что у тебя невеста за границей.

Он закатил глаза, и она рассмеялась. Лев взял ее руку и поцеловал.

Они были так счастливы.

Они полагали, что у них вся жизнь впереди.

На самом деле они стояли на краю пропасти.

Воскресным утром 1 июля 2018 года мы со Скарлетт решили зайти наудачу в кафе рядом с почтой. Хозяйка, подав нам два черных кофе, сказала, что Бинара еще нет, но он скоро появится.

И действительно, Бинар нарисовался через полчаса.

– Дени, к тебе гости! – объявила хозяйка, мотнув головой в нашу сторону.

Он подошел, и мы встали, чтобы поздороваться с ним.

– Писатель? – спросил Бинар, когда я представился.

Я кивнул.

– А я Скарлетт Лонас, помощник писателя. Вообще-то всю работу за него делаю я.

– Обычная история, – заметил Бинар, пожимая ей руку. – Кто вам сказал, что я буду здесь?

– Замдиректора “Паласа”, – ответил я. – Простите, что мы вас перехватили вот так, без предупреждения, но нам непременно надо с вами поговорить.

– О чем?

– Об убийстве в номере 622.

Бинар очень удивился. Он сел за наш столик и заказал кофе. Мы изложили ему все, что знали, и в конце концов, судя по всему, убедили его, что настроены серьезно. Тогда он попросил его извинить и, ненадолго оставив нас, зашел к себе домой, благо он жил поблизости, и вскоре вернулся с обувной коробкой.

– Мне нравилось работать в “Паласе”, – сказал он, открывая коробку, – вот и сохранил несколько реликвий.

Он показал нам то, что оставил себе на память о тех годах, – фотографии, ресторанные меню и газетные статьи, посвященные светским мероприятиям в отеле.

Скарлетт все внимательно изучила и внезапно узнала на каком-то снимке двух мужчин.

– Это Эдмон Роз? – спросила она, вспомнив портрет в кабинете директора “Паласа”.

– Да, – подтвердил Бинар, – а рядом с ним…

– Абель Эвезнер, – воскликнула Скарлетт, прежде чем он успел закончить фразу.

– Вот это да, – восхитился Бинар. – Месье Роз и Абель Эвезнер хорошо знали друг друга. Эвезнер был частым клиентом “Паласа”. По-видимому, именно Роз и убедил его отмечать ежегодные встречи банка в нашем отеле.

– Вы имеете в виду Большой уикенд, – уточнила Скарлетт.

Бинар улыбнулся:

– Вы прекрасно осведомлены.

Он рассказал нам о многолюдных корпоративных уикендах Эвезнер-банка, которые не только приносили большой доход отелю, но и повышали его престиж. Успехом этого мероприятия они были обязаны в основном профессионализму месье Роза, благодаря которому Абель Эвезнер стал завсегдатаем “Паласа”.

– Почему же прервалась эта традиция?

– Банк отговорился сложностями с бюджетом, но я думаю, что дело было совсем в другом.

– Вы имеете в виду убийство?

– Да. Почему вы вдруг заинтересовались этой историей?

– Случайно. Нас заинтриговала одна мелочь. Оказывается, люкс 621-бис до убийства значился под номером 622. Вот нам и захотелось узнать почему.

– Нелепая была идея с номерами, – вздохнул Бинар.

– У кого она возникла? – спросила Скарлетт.

– У месье Роза. Однако его решение нужно рассматривать в свете тех событий. На мирном горнолыжном курорте, где никогда ничего не происходит, начался страшный переполох. Прежде всего в самом “Паласе”. В этом райском уголке клиенты всегда чувствовали себя спокойно и безмятежно, как у Христа за пазухой, образно выражаясь. Все кончилось за одну ночь. Убийство, вы только представьте! Следующие недели были для нас катастрофическими – все повально отменяли бронь. Отель опустел, да и город тоже. У нас ушел целый сезон на то, чтобы оправиться от удара. Месье Роз и слышать не хотел о номере 622. Он велел просто убрать его. Так и сказал: “Забыть этот номер!” Чтобы не заморачиваться с заменой всех табличек, он решил переименовать его не в 623-й, а в 621-бис. Мы повесили одну новую табличку, исправили соответствующую ссылку в компьютере, в общем, замели следы. И забыли.

– Кто обнаружил тело утром шестнадцатого декабря? – спросила Скарлетт.

– Наш практикант. Бедный парень. Он принес завтрак в номер 622. Заказ был сделан накануне вечером, как раз когда я уходил. Как сейчас помню: много икры, два яйца всмятку и рюмка “Белуги”.

– Икра и водка? – удивилась Скарлетт.

– Да. Подойдя к номеру 622, он заметил, что дверь приоткрыта. Поскольку никто не отзывался, он вошел, увидел кровь на полу и труп.

– Вы были в “Паласе”, когда нашли тело?