Чтение онлайн

А в 90-х годах XX века историк Долли Райт обнаружила легенду, которая легла в основу масонского ритуала посвящения в звание Мастера, символизирующего смерть и возрождение. Ее поразило сходство легенды с описанием смерти Марло, и она написала книгу «Легенда о Хираме», пока еще неизданную… В книге она задала вопрос: не была ли смерть Марло инсценирована как масонский ритуал?

Сравним текст легенды с официальной версией гибели Марло:

Марло лежал на кровати, в то время как его друзья подкрепляли силы за ужином.

Марло провел день в компании трех подозрительных личностей.

Марло был убит ударом ножа в правый глаз.

Марло был погребен в безымянной могиле.

Имя Шекспира впервые появилось в печати 12 июня – на 14-й день после официальной смерти Марло. Оно было напечатано на обложке поэмы «Венера и Адонис», в которой рассказывается о гибели юного Адониса и Венере, оплакивающей судьбу возлюбленного. А легенда о Хираме восходит к еще более древней легенде – о смерти и воскресении Осириса, оплаканного Исидой и спасенного ею на 14-й день после смерти.

Параллельно и независимо от этих удивительных открытий, английские филологи А. Фаулер и П. Булл, изучая структуру «Сонетов», пришли к выводу, что их автор был замечательным математиком и прекрасно знал пропорции Великой пирамиды Хеопса, зашифровав их в «Сонетах». Расположив «Сонеты» не в привычном порядке, а в форме треугольника, они обнаружили, что в центре этого треугольника находится сонет, в котором автор говорит об утраченном глазе, и это напомнило им древний символ: глаз внутри треугольника. В центре основания пирамиды находится сонет, в котором сказано о «влажном глазе вдовы» – это напоминает одновременно и об Исиде, и о Хираме, которого называли «сыном вдовы».

Вершину треугольника составляют 28 сонетов, посвященных темной леди – Исиду называли «темной богиней», а ее число – 28, количество дней лунного месяца. Самый верхний сонет завершается словами о том, что вода не может погасить пламени – это напоминает о «химической свадьбе» розенкрейцеров – союзе огня и воды, символизирующих мужское и женское начала.

Фаулер и Булл обнаружили множество числовых связей между сонетами и пирамидой. Сам автор упоминает о монументе и пирамидах, подчеркивая, что его стихи – это грандиозный монумент. Будучи в глазах людей изгоем и бродягой, он в то же время полон любви и мудрости, которые дороже всех земных сокровищ и царств.

Итак, автор пьес и сонетов был посвященным высокого ранга. Он прошел обряд смерти и возрождения и получил титул Мастера. Но как описание ритуала могло попасть в протокол? Похоже, протокол писал вовсе не достопочтенный королевский коронер Эдвард Денби, а тот, кто официально числился покойником и чей «труп» лежал на столе. Великий драматург, он создал сценарий собственной смерти – пьесу, в которой ему вскоре предстояло сыграть. Он знал, что скрытый смысл текста поймут лишь посвященные, а для остальных он будет просто описанием «вульгарного скандала». Единственное, чего он не смог предусмотреть, – что текст пролежит под спудом 332 года. В тексте протокола можно заметить небольшую странность. Там сказано, что спор произошел из-за оплаты счета – «le recknynge». Что такое «le recknynge»? Несмотря на французский артикль, это слово не французское, а староанглийское, означающее «счет, расплата, итог, жертва».

Зачем же было писать французский артикль перед английским словом в тексте, целиком написанном на латыни?

Позже это слово множество раз повторяется в текстах Шекспира. Особенно примечательна в этом смысле комедия «Как вам это понравится»: «Если стихи человека не могут быть поняты, а за его добрым умом не следует дитя-разумение, это поражает человека смертельнее, чем большой подсчет (reckoning) в маленькой комнате».

Все шекcпироведы признают, что этот монолог – намек на гибель Марло. Но дело в том, что никому, кроме самих участников, не было известно, что причиной ссоры был счет, и уж тем более о том, что в протоколе это слово было написано по-староанглийски, а не по-латыни. Сразу после следствия королева приказала спрятать этот отчет, и он был найден только в 1925 году. Актер Вильям Шекспир никак не мог прочитать его.

Итак, смерть Марло оказалась одновременно и спектаклем, и ритуалом. Может быть, именно поэтому тайна имени подлинного автора остается тайной и по сей день: пройдя обряд инициации, Кристофер Марло на самом деле умер и стал другой личностью. А его прежняя личность вместе с именем была похоронена в общей могиле, в которую сваливали тела жертв чумы.

Чтобы лучше понять это, вспомним пьесу Марло «Фауст», в которой с потрясающей силой описана внутренняя борьба между жаждой тайного знания, дающего силу и могущество, желанием испытать все земные радости – и ощущением бездны и духовной смерти. Фауст отчаянно мечется между Богом и Дьяволом, надеясь на спасение и отвергая его, и в конце концов делает выбор – он не в силах отказаться от эго и поэтому теряет душу.

Тот, кто сумел описать это с такой искренностью и страстью, должен был пройти через эту страшную и мучительную борьбу. И в тот момент, когда Кристофер-Фауст достиг знания, славы и тайной власти, он оказался на пороге ада в образе «Звездной Палаты», и черти в лице архиепископа и его клики уже готовили крюки и дыбу. Быть или не быть? Сохранить свою личность и с ней шагнуть в этот ад – или утратить ее и уйти в неизвестность?

И тогда он делает новый выбор – освободиться от доктора Фауста. Подобно мастеру из суфийской притчи, подсунувшему Иблису, повелителю мертвых, искусно изготовленную куклу взамен живой дочери-души, он подсовывает чертям свою прежнюю личность. Теперь он больше не Кристофер Марло – он странник с новым именем, новой личностью, новой судьбой, прошедший через смерть и возрождение. Он бесправный шут – и Великий Мастер. И взамен на утраченную личность он получил новый, недоступный прежде дар – создать бессмертный храм поэзии, которая будет жить до тех пор, пока не умолкнет последний живущий на земле, и переживет всех земных властителей, королей и тиранов.

В 1592 году был опубликован трактат Роберта Грина «Сад мудрости Грина» («Крупица ума, сторицей оплаченная раскаянием, и другие эссе Роберта Грина») в котором этот ныне забытый писатель укорял своих собратьев по перу в неподобающем поведении и взглядах, призывая их одуматься. Среди прочих он обращался и к Марло, сокрушаясь о том, что тот попусту растрачивает свой дар на кощунственные и циничные речи и деяния, и сравнивал его со знаменитым Никколо Макиавелли [17] .

А в 1633 году было опубликовано второе издание пьесы Марло «Мальтийский еврей», где появился новый герой, которого не было в прижизненном издании. Этого героя звали Макевилл.

Он появлялся лишь для того, чтобы прочитать пролог пьесы: