Чтение онлайн

— Он мой, Тэллас, понимаешь? Он доверился мне. Полностью. Я не оставлю его.

— Было время, когда ты доверялась мне. — Страж повернулся, но я отвела взгляд. — Но никогда не была моей, — озвучил он то, что я так и не решилась. — А жаль.

Мне тоже было жаль. Правда. Но ничего нельзя вернуть.

АРГУМЕНТЫ

***

Тэллас развернулся и рубанул рукой воздух, словно отсекая прошлое.

Если бы так и вправду можно было.

Я бы очень хотела вот так — рубануть, и никогда не возвращаться к нескольким последним годам своей жизни.

Только Сита забрать. Он — мой!

— Помоги нам. Ты же знаешь — нам нужно сбежать как можно скорее!

— С чего ты взяла? — Страж присел на угол стола.

— Тэллас, я, может, и не очень умная, но и не слепая. И читать умею, даже иногда делаю это — читаю, особенно то, что подписываю в Совете. Практически все предложенные реформы распланированы без учета влияния Альянса, да в принципе какого-либо влияния извне. И даже не подразумевают борьбу с внешней угрозой. Вообще ни с какой — такое впечатление, что внешняя политика внезапно просто перестала интересовать Третьего Советника. Это может означать одно из двух — либо он резко политически ослеп, либо уже позаботился об устранении угрозы. Причем радикально — как минимум, полной изоляцией. Карантин?

— Блокада. Полная и бессрочная. Советник сумел убедить многих, что угроза технологий Соледара превосходит прибыль от них же, но при этом уничтожение планеты не обязательно, можно просто придержать эти технологии на будущее, законсервировав. Вместе с планетой.

— Так выпусти нас. И консервируйтесь Соли ради, зачем мы-то здесь?

— Ты прекрасно всё поняла, Дана, и знаешь, что я тоже понимаю. Ты уже давно — часть этих технологий. Как и твой раб.

Почему-то слышать такое о Сите из уст Тэлласа было особенно неприятно.

— Тэллас, — я выдохнула, подавляя эмоции. Этот человек — моя последняя надежда, и пытаться умничать и предъявлять претензии — как минимум глупо.

Как максимум — Тэллас этого не заслужил. Я и так достаточно потопталась по его чувствам. А он всё равно со мной разговаривает. Даже спокойно.

— Тэллас, — повторила я, действительно сумев взять себя в руки. — Я уже и так отдала Альянсу всё, что знала о работе Дэрека. Ничего нового они от меня не узнают, мои наработки уже у Аэруса, а без оборудования Дэрека я ничего не воспроизведу. Я бесполезна для Консолидации как кристаллограф. При блокаде Соледара, когда перекроется доступ к образцам — тем более. Меня нет смысла так охранять.

— Тебя — возможно. Но не один из образцов.

У меня внутри словно что-то оборвалось. "Один из образцов" Аэрус действительно не выпустит за контур. У него пунктик на кристаллах и блокаторе. А самое противное и болезненное — я понимала, почему.

Возможно, Аэрус был одним из немногих умных людей, реально осознавших угрозу распространения кристаллов подчинения. А ещё и при наличии блокатора — они превращались не просто в идеальный способ ментального контроля — они становились инструментом подчинения. Полного подчинения одного существа другим, при этом которое практически невозможно отследить. Кристаллы — органика, и электронное оборудование не фиксирует их, а эдектрооптические приборы, основанные на этих самых кристаллах, вне Соледара не распространены.

Поэтому — да, это был ящик Пандоры. Вот только просто уничтожить его ни Альянсу, ни Энси жаба не позволила. Желание обладать подобным перевешивало и здравый смысл, и иррациональный ужас. Поэтому блокада выглядела неплохим компромиссом.

И поэтому Сита мне не отдадут. Вот его как раз проще уничтожить, ведь найти способ избавиться от его кристалла, не убив носителя, я так и не смогла.

Хотя мысль у меня мелькнула. Но привела только к упорядочиванию алгоритма создания блокатора, который я и отдала Кэрраю.

Создания. Но не уничтожения.

Обратный процесс невозможен.

Я смотрела на Стража с уже не скрываемым ужасом.

И безнадёжностью.

— Ты всё правильно понимаешь, Дана. И да, я готов пойти на нарушение приказа и дать тебе уйти. Снова. Но… его я отпустить не могу. На самом деле не могу — он не пройдет контур даже с блокатором. Тебе придётся выбирать.

— Нет. Я без него не полечу.

— Времени у тебя нет — со дня на день флот Альянса будет здесь, чтобы установить контур блокады. После этого никто не покинет Соледар. Это всё, что я могу для тебя сделать. Решай.

— Я хочу поговорить с Ситом.

— Хорошо, — неожиданно быстро кивнул Страж. — Но это ничего не изменит. Выбирать всё равно придется. Прости.

— Нет, что ты, тебе не зачто извиняться. Ты… ты не представляешь, что для меня делаешь.

— Представляю, — спокойно и как-то преувеличено-бесстрастно ответил Страж.

Никогда в жизни раньше не чувствовала себя такой стервой.

— Я очень тебе благодарна. Разрешишь мне перед встречей ненадолго вернуться в поместье Хоэри? С твоими людьми. Я не сбегу.

— Я знаю. Тебя отвезут, когда скажешь. И оттуда мои люди проводят… к нему. Ответ буду ждать утром. Советую не тянуть — Третий Советник будет следить за ходом голосования вместе с остальными членами, но к обеду всё завершится. Когда он вернётся, с моей помощью могут возникнуть трудности.

— Я понимаю. Спасибо, Тэллас.

— Пока не за что, Дана. Иди, — Страж спокойно вернулся в кресло и продолжил что-то писать, дав понять, что аудиенция окончена.

Меня всегда восхищала выдержка этого человека.

Но любила я не его.

***

*Несколько часов назад

Я ожидал его визита все эти дни, но оказался совершенно к нему не готов.

Когда массивная фигура Главы Тайной Службы возникла в проёме двери моей камеры, я как раз заканчивал серию отжиманий. Так и застыл, поднявшись на колени.

Ну что, привычная поза. И вполне уместная.

Стражу, правда, судя по нахмурившимся бровям, так не показалось.

Он обернулся и отдал короткий приказ. Через пару минут в помещение внесли стул и закрыли дверь снаружи. После чего Страж снова меня удивил.

Он достал кристаллы и активировал защиту от прослушки.

В своей же камере? С чего бы?

Тэллас Кэррай сел на внесённый стул и взглядом указал мне на лежанку.

— Сядь нормально. Я хочу поговорить. Это не допрос.

Хотелось хмыкнуть, но я сдержался. И выполнил приказ.

— Слушаю.

— Твоя связь с Хозяйкой. Какая она? Что изменилось в последнее время, особенно после смерти твоего Хозяина?

— Чем это отличается от допроса? Тем, что мне дозволено сидеть?

В груди заклокотало. Смысл был поднимать меня с колен? Так принимать унижения хотя бы привычно.