Чтение онлайн

Бесы искушают нас разными помыслами. Святые Отцы первую мысль назвали прилогом. Если примем эту мысль, тогда бес влагает нам греховные мысли: подозрение, зависть, злопамятство, любопрение, сварливость, лукавство, тщеславие. Глаза разбегаются от любопытства, уши любят слушать суетное, уста выбрасывают неудержимо то, что есть на сердце. И Господь сказал, что от избытка сердца говорят уста (Мф. 12; 34).

Вот против всех таких мысленных бесовских искушений Святые Отцы изобрели молитву Иисусову, — ибо мы, грешные, без Божией помощи не можем избежать бесовских козней. Вот так говори: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго». Внимание держи в верхней части груди, ум заключай в слова молитвы, а внимание — душа молитвы. Сперва будет тяжело — сухость, леность и наплыв разных мыслей, ибо враг очень не любит молитвы и восстает разными помыслами. Но ты не смущайся, продолжай молитву, и Господь восстанет: как ради апостолов повелел престать волнам и ветру, так и в тебе прекратит все твои мысленные волнения.

Конечно, рановато тебе писать, но все же сообщу: если будешь трудиться в молитве, Господь милостив, будет давать утешение. Тогда сам узнаешь, как благ Господь. Но предостерегаю: к умилению и слезам не стремись. Если будет приготовлено в сердце место смирением, тогда Господь даст Свою благодатную милость без нашего желания и ожидания.

А чтобы в молитве был успех, старайся, насколько хватит твоих сил, стяжать свой внутренний мир. Не вмешивайся в чужие дела, не осуждай, имей смирение, ибо смирение важнее всего — без смирения никакая добродетель не может быть. Святой Лествичник удивлялся одному действию, но не объяснил его: почему мы, имея помощниками на совершение добродетели и Всесильного Бога, и Ангелов, и святых человеков, а на грех — одного беса лукавого, скорее преклоняемся к страстям и порокам, нежели к добродетели? Не хотел преподобный объяснить, и вопрос остался открытым.

Но я полагаю, что сильные помощники бесу — наше падшее естество и мир со своими соблазнами.

Написал кратко, если будет какое недоумение, пиши.

Прошу святых молитв Ваших.

Старец Валаамского монастыря.

Без даты.

Боголюбивейшая инокиня А.!

Ты пишешь, что «борет тебя гнев, и мира и утешения не имею». Если не будешь трудиться и работать над своим сердцем — мира и утешения не будет. Надо же наконец взять себя в руки, не все же жить спустя рукава. Ибо понуждающие себя восхищают царство небесное (Мф. 11; 12). Преподобный Антоний Великий сказал своему ученику: «Ни Бог, ни я тебе не помогу, если сам не будешь трудиться».

Духовная жизнь подобна дереву: телесный подвиг — листья его, а душевное делание — плоды. Писание говорит: Всякое дерево не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь (Мф. 3; 10). Конечно, телесный труд нужен, ибо без него и плодов не будет, однако знай: все телесные труды не добродетель, а пособие к добродетели. Многие много трудились, а плодов не получили, ибо труд их был внешний, убивающий дух: не прикасайся, не вкушай, не дотрагивайся (Кол. 2; 21).

Святой Исаак Сирин говорит: «Если ты трудишься в какой-либо прекрасной добродетели и не видишь успеха или плода, не дивись, ибо Господь дает дарование не за труд, а за смирение». Священномученик Максим сказал: «Дай телу малое упражнение, а все усилия употреби на внутреннее делание». Преподобный Варсонофий сказал: «Если внутреннее делание по Богу не поможет человеку, то напрасно он трудится во внешнем».

И пять дев юродивых соблюли большой, сверхъестественный подвиг девства, но так как добрых дел не имели, остались вне дверей небесного чертога (Мф. 25; 1-13). И фарисеи знали назубок Св. Писание, но не жили по Писанию и истины не могли понять и распяли Господа.

Да, духовная жизнь — наука из наук, требует духовного рассуждения, а рассуждение рождается от смирения. У египетских старцев было так: если какая добродетель обнаружится, то ее считали не добродетелью, а грехом. Вот как святые боялись тщеславия.

Святой Варсонофий Великий сказал: если ты исполнишь три условия, то где бы ты ни жил, будешь мирен: первое — оставить волюшку свою позади себя; второе — укорять себя, и третье — считать себя хуже всех.

О блаженное послушание! Кто приклонил главу свою под иго твое, будет всегда мирен и радостен. Плоды утешительные, но и требуют больших трудов. Святые Отцы приравнивают послушание даже к мученичеству: «Дай кровь — приими дух».

От истинного послушания рождаются смирение, бесстрастие, даже прозорливость — не дивись, но истинно так. Не буду писать тебе примеры послушания, полагаю, что ты сама читала и знаешь.

Вот что еще: мы следим не за собой, а за другими, и от других требуем исправления, а сами остаемся неисправными, и от нашей невнимательной жизни иногда даже случается клевета и происходят весьма печальные последствия. Привожу пример.

Это было на юге. В женском монастыре спасались четыреста подвижниц. Шел портной, встретилась с ним послушница где-то за монастырем. Он сказал: «Нет ли у вас работы?» Она отвечала: «Нет, мы сами работаем». Этот разговор-встречу увидела другая послушница и через некоторое время, поссорившись с той сестрой, в пылу гнева оклеветала ее по поводу той встречи. Оклеветанная не могла перенести позора, от печали тайно бросилась в реку Нил и утопилась. А клеветница, одумавшись, что напрасно оклеветала и погубила ее, и сама удавилась. Вот какая печальная история.

В этом же монастыре спасалась юродивая Исидора, к ней однажды пришел св. Питирим. Вследствие этого обнаружился ее подвиг, и она по смирению не могла терпеть славы человеческой, тайно ушла, и не известно, где жила и как спасалась. Блаженна ты, Исидора, моли Бога за нас, грешных!

Этот женский монастырь был у реки Нил, а по ту сторону реки было десять монастырей, и в каждом монастыре — по тысяче монахов. Управлял всеми монастырями прп. Пахомий, в каждом монастыре был свой игумен. В женском монастыре службу совершал иеромонах из монастыря прп. Пахомия. Он запретил совершать поминовение тех послушниц, которые погибли, а других, которые клеветали, отлучил на семь лет от Причащения.

Господи, избавь меня от клеветы человеческой (Пс. 118; 134) и научи творити волю Твою!

Вот еще: в той же стране и в те же времена в одном монастыре жили два брата: одному двенадцать лет, другому — пятнадцать. Игумен послал их отнести пищу отшельнику. Отнесли, и на обратном пути встретили ядовитого змия. Младший брат взял змия, завернул в мантию, принес в монастырь — конечно, не без тщеславия. Иноки окружили отроков, удивились и восхвалили их за святость. Игумен их монастыря был человеком духовной жизни и рассудительным, отроков наказал розгами и сказал: «Вы Божие чудо приписали себе. Лучше немощная совесть, чем добродетель со тщеславием», — ибо он знал, что совершенные чудеса вредят святым.

Да, на земле совершенства и постоянства нет. Некоторые подвижники были восхищены на небеса и видели славу святых, а потом падали и вели позорную жизнь на посмешище людям. С преподобным Макарием Великим жил такой подвижник, он так насыщен был благодатью, что возложением своих рук исцелял больных, но возмечтал о своей святости и погиб: вел позорную жизнь и так скончался. Пророк Иезекииль говорит: Если праведник совратится с пути, Господь не помянет его праведности, а если грешник исправится, то Господь не помянет его грехов (Иез. 33; 16).

Да, мы не должны себе верить, пока не ляжем в гроб, и чтобы устоять в добродетели — зависит не от нас, но от благодати Божией, а Господь хранит за смирение: насколько человек смирится, настолько и преуспевает в духовной жизни. Наш труд должен быть по самовластию, а успех зависит уже от благодати, вот мы и должны молиться и просить помощи у Господа. В духовной жизни главный подвиг — молитва, а молитва требует внимания и трезвения.

Трудись в молитве, Господь дает молитву молящемуся. Аминь.