Чтение онлайн

105 Воdо Scheurig. Claus Graf Schenk von Stauffenberg, Berlin (W), 1964, S. 18.

106 Waldemar Erfurt h. Die Geschichte des deutschen Generalstabes von 1918 bis 1945. Gottingen, 1960, S. 185.

107 E. Zeller. Op. cit., S. 237.

108 J. Кramarz. Op. cit., S. 82.

109 E. Zeller. Op. cit., S. 244.

110 J. Kramarz. Op. cit., S. 89. Сравнение с позицией и действиями Штауффенберга в указанное время позволяет предположить, что, воспроизведя этот разговор, Гальдер преувеличивает, очевидно, чтобы подчеркнуть свою «антифашистскую» позицию и выставить себя идейным отцом последующего поступка Штауффенберга.

111 Е. Zeller. Op. cit., S. 244.

112 J. Kramarz. Op. cit., S. 89.

113 Сообщение проф. й. Шпеера, цит. по: Е. Zeller. Op, cit., S. 244.

114 «Freies Deutschland», 2. Jgg., № 33, 13.8.1944, S. 3.

115 J. Kramarz. Op. cit., S. 98.

116 «Geschichte des Grossen Vaterlandischen Krieges der Sowjetunion», Band 2, Berlin, 1963, S. 425.

117 «Geschichte der deutschen Arbeiterbewegung», Band 5, S. 334.

118 Ibid., S. 576/577.

119 E. Zeller. Op. cit., S. 236.

120 Ibid., S. 246/247.

121 J. Kramarz. Op. cit., S. 113.

122 Ibid.

123 Ibid., S. 116.

124 Сообщение генерал-лейтенанта в отставке барона Фридриха фон Бройха, цит. по: J. Kramarz. Op. cit., S. 114.

125 E. Zellеr. Op. cit., S. 247/248.

126 J. Kramarz; Op. cit., S. 120.

127 E. Zeller. Op. cit., S. 248.

128 «Kaltenbrunner-Berichte», S. 395.

129 Heinrich Fraenkel und Roger Manvel 1. Der 20. Juli. Berlin/Frankfurt (Main), Wien, 1964, S. 206, Anm. 2.

130 Свидетельство графини Нины фон Штауффенберг, цит. по: J. Kramarz. Op. cit., S. 132.

131 Ibid.

132 Свидетельство Вильгельма Бюрклина, цит. по: Ibid., S. 131.

133 G. Forster, Н. Неlmеrt, Н. Otto, Н. Sсhnillеr «Der Preussisch-deutsche Generalstab 1640—1965, S. 263/264.

134 Ferdinand Sauerbruch. Das war mein Leben. Munchen, 1951 Цит. по: J. Kramarz, Op. cit., S, 132.

135 E. Zeller. Op, cit., S, 254.

136 Ibid.

Граф Клаус Шенк фон Штауффенберг никогда прежде не соприкасался серьёзно с коммунистическими идеями; не стал он коммунистом и до конца своей жизни. Тем не менее борьба немецких коммунистов и действовавших совместно с ними других патриотических сил оказала влияние на его позицию и на его решение. В кульминационной точке своей жизни и борьбы, готовя главный, как он надеялся, удар по нацистскому режиму, Штауффенберг и его друзья были на пути к союзу с немецкими коммунистами и с патриотическим движением «Свободная Германия».

Но прежде осветим кратко борьбу КПГ и других антифашистских сил, особенно движения «Свободная Германия», не претендуя при этом на всестороннее описание истории Сопротивления во время войны1.

После 22 июня 1941 г. ЦК КПГ призвал немецкий народ к борьбе против фашистского нападения на Советский Союз. В обращении от 6 октября 1941 г. ЦК партии охарактеризовал эту войну как войну безнадёжную для немецкого народа. «Единственное спасение для немецкого народа — это положить конец войне. Но для того чтобы покончить с войной, надо свергнуть Гитлера. Пока Гитлер и его банда будут у власти, война не прекратится. И горе нашему народу, если мы, немцы, сами не наведём порядок в своей стране, а предоставим другим народам очищать Европу от фашистской чумы.

Пробил час, когда наш народ должен взять судьбу Германии в собственные руки, положить конец войне и добиться почётного мира»2.

ЦК КПГ заявил, что освобождение от фашистского режима должно привести к созданию такой Германии, «которая сможет наконец жить в мире и станет воплощением истинной воли народа. В ней не будет места для господства гиен-плутократов и фашистских разбойников. Вся власть в этой Германии будет принадлежать нашему честному, трудолюбивому народу. В новой Германии не будет безработицы. Право на труд в ней будет гарантировано, а крестьяне получат право распоряжаться по своему усмотрению продуктами своего труда. В новой Германии будет покончено с фашистским варварством и не богатство и происхождение, а способности и труд человека будут определять его положение в обществе. И в этой Германии навсегда исчезнет вопиющее противоречие между богатством одних и невероятной нуждой других, Это будет нерасчленённая, независимая Германия, равная среди равных, живущая в мире со всеми народами»3.

В этой программе действий нашла своё применение стратегия и тактика, выработанная на Брюссельской и Бернской конференциях КПГ; она указывала путь к спасению немецкой нации.

Немецкие коммунисты реагировали на фашистское нападение усилением своей борьбы. Во многих частях Германии произошёл подъём антифашистской деятельности. Вместе с другими антифашистами коммунисты создали такие крупные, централизованные организации Сопротивления, как организация Урига, организация Шульце-Бойзена — Харнака, организация Бестляйна — Якоба — Абсхагена, организация Нойбауера — Позёра и организация Лехляйтера4. Удалось вовлечь в борьбу и многих антифашистов, не принадлежавших к коммунистическому движению. Самоотверженно боролись против нацистского режима также многие члены и функционеры социал-демократической партии.

Находившиеся в эмиграции социал-демократические лидеры заняли двоякую позицию. Лондонская группа Правления СДПГ в конце июня 1941 г. выразила питаемую антисоветской ненавистью надежду на то, что Германия и Советский Союз взаимно истощат себя в «длительных схватках», дабы «мощь британской и американской демократии» смогла «стать господствующим фактором политического преобразования мира»5. Другие же группы, напротив, высказались за антигитлеровскую коалицию. Однако правые лидеры социал-демократии, как и прежде, отклоняли совместные действия с коммунистами.

В своей борьбе за создание широкого антифашистского фронта немецкие коммунисты сталкивались с тем воздействием, которое оказывала на широкие слои немецкого народа, в том числе и на трудящиеся массы, разнузданная антикоммунистическая, шовинистическая пропаганда. Многие немцы, писал Вальтер Ульбрихт о тогдашних условиях, «почувствовали себя «хозяевами Европы», которым позволено грабить и порабощать другие народы. Во имя утверждения «нового порядка» в Европе, во имя расширения «жизненного пространства» для Германии они оправдывали грабительские войны Гитлера против всех европейских стран. Даже среди рабочих были такие, которые усматривали «немецкий социализм» в тех жалких крохах, которые перепадали им со стола немецких монополистов и юнкеров — подлинных хозяев Германии. Они повторяли ложь Геббельса, будто в Германии финансовый капитал утратил своё решающее значение»6.