Чтение онлайн

После подготовительных совещаний и обсуждений 12—13 июля 1943 г. в Красногорске, под Москвой, по инициативе ЦК КПГ был основан Национальный комитет «Свободная Германия» (НКСГ), в который вошли военнопленные немецкие солдаты и офицеры, депутаты рейхстага от КПГ, профсоюзные функционеры, писатели, верующие — христиане обоих вероисповеданий. НКСГ имел следующий социальный состав: 13 рабочих, 1 крестьянин, 4 служащих, 19 интеллигентов, 1 священнослужитель, 1 студент, 1 издатель, 4 кадровых военных. КПГ была представлена 13 членами НКСГ, в том числе: Вильгельм Пик, Вальтер Ульбрихт, Вильгельм Флорин, Антон Аккерман, Вилли Бредель, Эдвин Хёрнле. 25 членов НКСГ являлись солдатами и офицерами (в чине до майора). Председателем НКСГ был избран поэт-коммунист Эрих Вайнерт, вице-председателями: майор Карл Хец, лейтенант граф Генрих фон Айнзидель и солдат Макс Эрмендёрфер. НКСГ представлял собой «прочный антифашистский боевой союз различных слоёв народа и национально мыслящих элементов армии, в котором рабочий класс под руководством КПГ осуществлял свою гегемонию»14.

Учредительное заседание НКСГ приняло «Манифест Национального комитета «Свободная Германия» к немецкому народу» — совместную политическую платформу борьбы за прекращение войны и за создание независимой, антифашистской, свободной Германии. «Манифест» давал оценку положения на фронтах и констатировал: «Война проиграна. Германия может продержаться ещё некоторое время лишь ценой неизмеримых жертв и лишений. Продолжение безнадёжной войны было бы равносильно гибели нации»15. «Манифест» звал на борьбу за создание народного правительства, которое уничтожит нацизм, немедленно заключит мир, ликвидирует последствия войны, покарает военных преступников и конфискует имущество тех, кто виновен в войне и нажился на ней. О характере нового государства в «Манифесте» говорилось: «Сильная демократическая государственная власть, которая не будет иметь ничего общего с бессилием веймарского режима, демократия, которая будет решительно подавлять в зародыше любую попытку возрождения заговоров против прав и свободы народа или против мира в Европе»16.

Образование НКСГ положило начало новому этапу немецкого антифашистского Сопротивления. НКСГ превратился в политический и организационный центр немецких антифашистов внутри Германии и за её пределами. Он представлял собой германскую антигитлеровскую коалицию, руководящую роль в которой играли рабочий класс и его революционная партия.

История возникновения, цели, состав и деятельность НКСГ категорически опровергают выдвинутый фашистами и подхваченный впоследствии западногерманскими империалистическими идеологами тезис, будто НКСГ являлся советским пропагандистским инструментом. У НКСГ не было иной цели, кроме как свержение фашизма, спасение немецкого народа и создание основ миролюбивой демократической Германии. Само собой разумеется, Советский Союз, ведший тяжёлую, полную жертв борьбу против фашистов, проявлял большой интерес к тому, чтобы найти и привлечь на свою сторону союзников в самом немецком народе. Поэтому советские государственные органы и КПСС оказывали НКСГ поддержку и с большой заинтересованностью следили за его деятельностью. Борьба за уничтожение фашизма отвечала интересам как советского, так и немецкого народа.

Значительное расширение фронта этой борьбы произошло в связи с образованием 11—12 сентября 1943 г. в Лунёве, под Москвой, Союза немецких офицеров (СНО). Президентом союза, в который к февралю 1945 г. вступило около 4000 офицеров, в том числе — генерал-фельдмаршал и 51 генерал, был избран генерал Вальтер фон Зейдлиц. СНО объявил о своём присоединении к движению «Свободная Германия», и генерал фон Зейдлиц и генерал-лейтенант Александр Эдлер фон Даниэльс стали также и вице-председателями НКСГ. Вплоть до конца войны НКСГ и СНО вели на фронте и в лагерях для военнопленных широкую работу, направленную на то, чтобы побудить военнослужащих вермахта к прекращению бессмысленной войны и привлечь на свою сторону немцев для демократического строительства послевоенной Германии.

В январе 1944 г. Вальтер Ульбрихт писал в газете «Фрайес Дойчланд»: «Чем сильнее будут в нашем народе здоровые силы, которые, объединившись в движение «Свободная Германия», мужественно начинают в рядах вермахта и в тылу борьбу против Гитлера, тем скорее будет сметено обанкротившееся гитлеровское правительство, тем скорее будет прекращено разрушение Германии и обескровливание нашего народа, тем скорее будет устранён тот позор, который навлёк Гитлер на немецкий народ, тем скорее голос немецкого народа снова станет слышен всему миру»17.

После происшедшего в феврале 1944 г. в районе Корсунь-Шевченковского окружения, в котле которого в результате преступного приказа «биться до последнего» нашли свою смерть 55 тысяч немецких солдат, генерал Вальтер фон Зейдлиц писал: «Необходимо всеми силами бороться с тем помутнением разума, до которого довёл немцев Гитлер. Для этого мы будем идти по следам каждой лжи Гитлера, вскрывать и уничтожать её. И мы преодолеем это помутнение разума. Необходимо и физически уничтожить тех, кто совершает преступление по отношению к немецкому народу, — Гитлера и его верных подручных. Мы не остановимся и перед этим»18.

В феврале 1944 г. подпольное оперативное руководство КПГ в Германии приняло документ «Мы, коммунисты, и Национальный комитет «Свободная «Германия»», в котором солидаризировалось с этим движением и подчеркнуло необходимость широкого антифашистского фронта. «Мы, коммунисты, — говорилось в документе, — протягиваем руку любому противнику Гитлера и пожимаем каждую руку, честно протянутую нам для совместной борьбы против Гитлера, этого врага народа»19. Главными лозунгами документа служили те же лозунги НКСГ: свержение Гитлера, немедленное прекращение войны, создание свободной, демократической Германии.

Сопоставление этой политической линии с политической линией группы Гёрделера ещё раз показывает их принципиальную противоположность, определявшуюся противоположными классовыми позициями. Конечно, Гёрделер и его единомышленники тоже желали свержения Гитлера, однако только для того, чтобы по возможности спасти самое существование германского империализма, более того — даже и значительную часть захваченных областей и награбленных ценностей. Немецкие коммунисты, а также другие прогрессивные силы отдавали себе отчёт в том, что главные силы оппозиционного движения крупной буржуазии, о существовании которого им давно известно, не носят антифашистского характера, а стремятся вовремя сбежать с тонущего корабля, то есть отмежеваться от Гитлера и некоторых наиболее скомпрометировавших себя нацистских главарей, чтобы спасти позиции своей власти.

Организация Шульце-Бойзена — Харнака, политическое ядро которой состояло из коммунистов и которая через Клауса Бонхёффера, Вильгельма Лёйшнера и Адама Тротт цу Зольца находилась в контакте с заговором Гёрделера, писала в одной из своих подпольных листовок:

«Политика определённых германских феодалов, дипломатов, банкиров и т. п., мечтающих о том, чтобы после государственного переворота путём кровавого преследования всех прежде причастных к власти лиц создать новую политическую базу и затем за счёт России примирить реставрированную Германию с «плутократами» (подразумевались империалистические круги западных держав, — К. Ф.), не имеет под собой никакой почвы и не принесёт мира. При помощи ненависти, демагогии и враждебного прогрессу мировоззрения будущего не обеспечить. Наоборот, друзья нашего народа находятся в рядах прогрессивных сил Европы и в СССР. Сотрудничество с этими силами — вот к чему должно стремиться будущее германское правительство. Эти силы должно оно поддерживать»20. Эта организация антифашистского Сопротивления боролась за республику, в которой власть осуществлялась бы рабочим классом в союзе со всеми трудящимися, и отвергала реакционные цели Гёрделера.

Из приведённых высказываний видно, что оперативное руководство КПГ в Германии имело ясное представление о положении внутри господствующего класса и делало из этого надлежащие выводы. В материале, предназначавшемся для руководящих кадров подпольной борьбы, ситуация октября 1943 г. оценивалась следующим образом:

«Кризис германского фашизма является не только кризисом одной лишь клики или государственного аппарата, а кризисом германской буржуазии. И точно так же, как итальянская буржуазия свержением Муссолини пытается обеспечить себе выход с целью сохранения своего классового господства, германская буржуазия тоже не навеки заключила брак с Гитлером. Она сделает всё для того, чтобы — если не с ним, так против него, — несмотря на военный разгром и политическую катастрофу, найти для себя выход, позволяющий сохранить капиталистическую систему»21.

Однако борьба КПГ и НКСГ была направлена не только против отдельных главарей режима, а имела целью разгром фашистской системы в целом. Это включало уничтожение социально-экономических корней фашизма, бескомпромиссную борьбу с нацистской идеологией, а также установление мирных отношений с другими странами и подлинно демократического строя внутри Самой Германии.

Вместе с тем эти цели служили критериями подлинного антифашистского Сопротивления. Поэтому абсурдно выдавать империалистический заговор Гёрделера за вершину «Сопротивления», как это делается в бесчисленных писаниях западногерманской историографии, которая стремится не только создать алиби немецкой крупной буржуазии, но и зачеркнуть борьбу коммунистов.