Чтение онлайн

А если Адрио не будет рад Петро после всего, что произошло?

Если бы лагерь был часами, они прятались бы там, где стрелка указывает на семь. Они прошли к дереву, Петро слепо шел за Эмилией, сжимая ее пояс. Свет костра и лун помогал им не оступиться и не врезаться во что-нибудь. Петро старался опускать ноги тихо, словно шагал по скорлупе.

— Шш, — Эмилия остановила его. Она указала на силуэт неподалеку, тени выглядели как обнажение каменной породы.

Перед этим Петро сунул листики дикого базилика между верхними деснами и щекой, надеясь, что сладость отвлечет его от голода. Он понял, что в напряженные моменты проглотил базилик.

— Что…? — начал спрашивать он, когда Эмилия вытащила что-то из одного из многих карманов. Она метнула что-то к камню.

Видимо, камешек, судя по звуку. Петро услышал, как он застучал по земле, но сначала ударил по чему-то мягче. Тихий хрип, который Петро принял за лягушку, заворчал и прогудел злыми словами:

— Эй, отвали!

Петро застыл. Они были в дюжине шагов от лоялиста — дозорного, который не стал выполнять работу. Эмилия застыла, склонилась из-за куста бузины, смотрела и слушала.

— Что такое? — донеслось от костра. — Толстяк, это ты?

Со стороны камней послышалось движение тела, бутылка стукнула об камень, словно дозорный опомнился.

— Нет! — сказал он себе. — Скажите, что я не пролил вино! — они услышали, как бутылка скрипнула снова, мужчина в лагере снова позвал его. — Да, это я, — заорал дозорный и устроился. — Кто еще был бы в этом забытом богами месте?

Эмилия опустила ладонь на плечо Петро, повернула его к лагерю. Трое не спящих мужчин собрались вместе и стояли у палатки, куда носили ночную вазу. Они не только стояли у палатки, но и говорящий мужчина вытащил деревянную дубинку и держал наготове.

— Что там такое? — крикнул он.

— Просто проверяю округу, — крикнул дозорный. Толстяк проворчал под нос. — Я и зайцы. Почему не заниматься своим делом, наглый сын… — он закричал громким голосом. — Пошел на новый круг.

Трио расслабилось. Лидер опустил оружие.

— Смотри мне.

Толстяк бормотал ругательства, пока устраивался обратно туда, где спал.

— Смотри мне, — насмешливо повторил он. Они снова услышали звон бутылки, а потом бульканье и вздох. Через мгновения он снова тихо храпел.

Сон дозорного стал крепче, и Эмилия прошла вперед, как кошка, все еще против часовой стрелки вокруг лагеря, тихо ступая, пока они не оказались подальше от Толстяка и его любимого вина. Она вела их к месту чуть дальше от лагеря, чем они были до этого, и опустила Петро к земле, чтобы они сели.

— Видишь, о чем я? — спросила она, ее губы снова были у его уха, чтобы она говорила едва слышно. — Когда они решили, что там нарушитель, они встали у той палатки.

— И тот, кто шел к палатке, столкнулся бы сначала с ними, — ответил Петро ей на ухо. Он снова начинал думать об их близости в темноте. Но ради Адрио он заставил себя сосредоточиться.

Она согласно хмыкнула и прижала ладонь и рот к его уху.

— Это Петро Диветри, — сказала она. — Я все на это могу поставить. Нужно всего лишь вытащить его.

— О, всего лишь? — пробормотал Петро под нос. У Эмилии это звучало так просто. — Мы не можем одолеть троих мужчин.

— У меня были привилегии, когда я начала как страж замка, и я побывала на лекции Камиллы Сорранто, — сказала Эмилия, снимая что-то, хотя в темноте было сложно понять, что она делала. — Она была телохранителем покойного короля Алессандро, — ей не нужно было объяснять, Петро был в замке достаточно раз за последние четыре года, чтобы знать Камиллу Сорранто, одного из самых важных стражей в стране. — И я узнала от нее важную вещь, что, как женский страж, я вряд ли смогу одолеть грубой силой или массой тела некоторых мужчин. Это меня отрезвило, потому что я всегда думала, что была не хуже парней, с которыми тренировалась, — она сняла плащ с капюшоном, Петро услышал, как она открыла рюкзак, чтобы, наверное, убрать вещь в него. — Бой — не всегда в силе. Но и в разуме, — она сжала ладонь Петро в кулак и подняла его к своей голове, потом к его. — Высший страж Сорранто научила меня, что один человек с умом и вниманием троих может одолеть мышцы и в меньшинстве. И, скажу честно, Вентимилла, те мужчины не выглядят умными.

Она звучала отважно, словно бросала ему вызов перечить ей.

— Это точно, — согласился он.

— Протяни руку и будь очень осторожен, — он не успел понять, что происходило, Эмилия перевернула его ладонь и обвила его пальцы вокруг чего-то твердого и тяжелого. — Это мой кинжал, — объяснила она, не давая его любопытным пальцам коснуться клинка. — Он в ножнах, но они легко слетают, — она прижала его пальцы сильнее. — Это клинок Диоро, он может разрезать что угодно.

— Я ничего не знаю о сражении с оружием! — тут же возразил Петро. От одной мысли, что он пустит кровь, было страшно, и он не боялся признать это. Если она была в инсуле, то знала, что уроки фехтования не входили в расписание.

Она разочарованно вздохнула. Она, наверное, думала, что Петро слушался ее.

— Это не для боя, — терпеливо объяснила она. — А чтобы резать. Ты пройдешь к палатке, где держат казаррино, — она повернула его голову к нужной палатке. — Встанешь за ней и будешь ждать, пока я отвлеку людей в лагере. Пока все отойдут, ты разрежешь ткань сзади, уберешь кинжал в ножны, заберешь казаррино и пойдешь на север. Обязательно идти прямо на север, — сказала она. — Как можно ровнее по прямой. Ясно?

Ее указания были понятными. План имел смысл. Петро сомневался только, что сможет это исполнить.

— Я еще не резал ткань, — выдавил он часть из тех сомнений.

— Это оружие казы Диоро, — повторила она. — Этот клинок разрезал бы камень, не напрягая твою руку. Просто вонзи и проведи вниз, — она направила его руку, повторила движение дважды. Петро не ожидал, что она так свободно будет управлять им, но он и не возражал. — Вонзи. И режь. Хорошо?

— Хорошо, — он старался звучать уверенно. Он дрожал внутри. Почему он не мог отвлекать, пока она делала трудную работу?

Эмилия была снова на ногах, подняла его. Ее хватка была сильной, как у мужчины. Он потянул ее за руку, чтобы снова заговорить на ухо:

— А если он связан? — спросил он. — Или без сознания от веществ?

Она уже это обдумала.

— Если бы он был связан или без сознания, не смог бы использовать горшок, — и он признал ее правоту.

— А брат Нарцисо? — спросил он, потянув за ее рукав, не дав ей отодвинуться.

— Если он еще жив и там, возьми его с собой. Просто пусть оба молчат и идут на север, я вас догоню.

— А если…?

— Вентимилла. Импровизируй. Ты не без мозгов, — ее нетерпение было острым, как кинжал в руке Петро. — Ты справишься со своей ролью? Если нет, я сделаю это сама.

— Я…! Конечно, я смогу это сделать, — заявил он. — Просто сделай свою работу, — он не видел ее лица, но на пару секунд Петро был уверен, что Эмилия сдержалась, чтобы не возмутиться. Она опустила его ладонь на свой пояс, чтобы повести его, ее зрение в темноте было лучше. Они направились к цели.

С каждым шагом к палатке, где его друга держали в плену, Петро мог представить сотню причин, почему он не должен был тут находиться, в лесу на севере от Кампобассо. Он не был стражем. У него не было обучения. Никто не ожидал от него ничего необычного, и он всегда предпочитал скрываться на фоне.