Заговоренная Гладь
Шрифт:
На этом Духовлад вышел из библиотеки. Сейвина улыбнулась про себя его словам: как он мог знать ответ, если даже она уже не была ни в чем уверена. Вскоре она тоже пошла в свои покои, ведь и правда пора было собираться на празднование к Хотену и Нежане.
Родоград, главный город Радии, был наполнен тревожными и скорбными вестями: в первой же битве их войска были разбиты, особенно много воинов полегло при переправе через горы. Но и это была еще не самая тягостная весть; молва распространялась скорее, чем ветер, и уже было невозможно скрыть, что Велибор пропал прямо из своего воинского стана. Слухи ходили один более несбыточный, чем другой, и уже трудно было разобрать, что же произошло на самом деле.
Во дворце советники вновь собрались; в минувшие два дня они постоянно собирались, но ни к чему путному прийти не могли, так как у них было слишком мало сведений, а те, что были, были слишком мутными и более походили на вымысел. В этот раз, однако, Добронег держал в руках письмо, и руки его немного дрожали. Никто не читал его еще, потому все с нетерпением ждали, когда Добронег сообщит им, что за вести к ним пришли на этот раз.
– Поистине весьма чудное письмо получил я сегодня, - начал Добронег, теребя свою длинную седую бороду, - послание это за подписью... правителя Темного Замка.
– Некромант?!
– воскликнули все сразу.
– Что ему нужно от нас?
– в гневе спросил Ружик.
– Нельзя верить ни единому его слову; говорят, он давно не человек.
– То, что он пишет, приходится брать на веру, - мрачно произнес Добронег.
– Он пишет, что это он похитил Велибора из его стана. Это он устроил ловушку для наших ратей. Если бы не этот гнилой чернокнижник, чудь была бы уже отброшена назад в свои земли.
– Что он сделал с Велибором?
– перебили его советники.
– Некромант заявляет, - продолжил Добронег, - что Велибор пока жив, однако сие может поменяться, ибо если мы не выполним его условия, он предаст Велибора мучительной казни, или же, что еще хуже, обратит его.
– Быть такого не может!
– Зарычал Сбын.
– Мы не допустим этого, правда ведь, Добронег?
– Именно это мы и должны сейчас обсудить, - отвечал терпеливо Добронег, - Некромант уверяет нас, что вернет нам Велибора живым и невредимым, если мы отдадим ему во владение наши южные горы со всеми приисками. Он также пишет, что если мы отдадим их по-добру, он все равно их захватит в ближайшие дни. Будто бы у нас нет выбора.
– Другими словами, мы все равно потеряем эти земли, однако у нас есть возможность спасти Велибора?
– переспросил Ружик.
– Кому вы верите, - встрял Сбын, - Чернокнижнику? Некроманту? Его слово ничего не стоит! Отдадим ему земли, а он все равно обратит Велибора. Нет, это его очередная хитрость. Вспомните, что он провернул еще два дня назад? Обманом заставил наши рати пойти прямо в руки чуди.
– Ты предлагаешь не оставить Велибору возможности выжить?
– спросили другие советники.
– Я ничего не предлагаю. Однако идти на поводу у чернокнижника - не тот путь, который бы выбрал Велибор, будь он здесь.
– Мы могли бы собрать новую рать и отправить ее на Темный Замок, чтобы вызволить Велибора.
– Сказал задумчиво Ружик
– Да где же ты соберешь эту рать? На севере нас разгромили, нам туда нужно силы бросать, иначе не будет больше Радии.
– Но Некромант все равно намерен захватить наши южные земли, так почему не отдать их ему сейчас в обмен на жизнь нашего правителя?
– не унимался Ружик.
Добронег все это время печально смотрел, как спорят советники, стараясь не вмешиваться.
– Как же он их захватит?
– засмеялся Сбын, - у него, что собраны войска? И где он их мог собрать? Он преднамеренно запугивает нас, пытается даром заполучить наши ценные земли. Я говорю, нельзя ему отдавать их, нельзя ему верить.
– Если все так считают, что же тогда, у Велибора нет ни единой надежды на спасение?
– спросил укоризненно Ружик.
Все в ответ потупили взоры.
Добронег уныло побрел в свои покои после совета; после всего ему казалось, что он еще никогда не чувствовал себя столь разбитым, а ведь ему столько пришлось увидеть на своем долгом веку. В переходе он столкнулся лицом к лицу с Зорицей, матерью Велибора. Это была полноватая круглая женщина, и раньше выглядевшая много старше своих лет, а сейчас совсем подурневшая.
– Есть ли какие-то вести о моем сыне?
– с надеждой в голосе заговорила она, - прошу, не томи меня.
– Матушка, пройдем скорее ко мне, ни к чему обсуждать это здесь, где нас услышат.
Когда они оказались в его покоях, Зорица ринулась к Добронегу и чуть было не вцепилась в его бороду:
– Говори! Говори!
– вскричала она отчаянно.
– Матушка, его схватили в плен, и требуют непомерный выкуп. Мы не сможем ничего сделать.
– Что за выкуп такой, что мы не можем его собрать?
– вопросила Зорица, - я заставлю весь наш род отдать все, что у нас есть, мы соберем любую сумму. Ради Велибора никто не поскупится.
– Если бы дело было только в деньгах, - печально вздохнул Добронег, - но враг просит отдать ему наши самые богатые земли. Велибор бы никогда не пошел на это. Боюсь, ничего нельзя сделать.
– Что же будет с моим сыном? Он будет гнить в темнице?
– Хуже. Или, быть может, лучше. Ему уготована казнь.
Теперь женщина не вскрикнула, и даже не потеряла сознание. Ум ее не мог постигнуть неотвратимость такого исхода. Она не могла двинуться с места, ей казалось, что сейчас Добронег непременно скажет что-то еще, что полностью опровергнет его же предыдущие слова, и все наладится, а Велибора вызволят из плена. Но он молчал.
– Ведь это мой второй сын. Я не могу потерять второго сына.
– Промолвила наконец она.
– Я знаю, знаю...
– отвечал советник, опуская глаза, - Но мы не можем вести переговоры с врагом, ему веры нет. Он наверняка обманет нас, и все будет впустую. Да и мы сейчас в таком положении, что не можем разбрасываться владениями. На севере наши земли грабят чудские захватчики, наша главная цель сейчас дать им отпор, нельзя разорвать наши земли на куски, иначе от Радии ничего не останется.
Когда Зорица ушла, Добронег упал в кресло и закрыл глаза. У него духу не хватило сказать ей главного: казнь была лучшим из того, что Некромант мог сделать с Велибором.
Через два часа Сейвина и Духовлад уже были в доме старшего советника правителя Хотена и его невероятно стройной и легкой супруги Нежаны, которые встречали гостей у входа, по традиции, на лестнице, ведущей внутрь. Они праздновали годовщину своего брачного союза. Платье Нежаны было словно соткано из воздуха: настолько невесомым казался подол и лиф из тончайшего шелка. Хотен, и без того непривлекательный, с закрытым взглядом и сжатыми чертами лица, на фоне прекрасной жены совсем терялся.