Загробная карьера Саши Маузера
Шрифт:
— Как там на ферме? — полюбопытствовал второй. — Почем нынче картошка?
— Вы где машину взяли? — наконец, справился Худой со своим речевым аппаратом. — Их же только высоким лицам дают.
— На работе выдали, — Котопес поправил галстук. — Мы теперь в этом магазине трудимся, я начальник отдела продаж, а Боцман — мой зам. Координатор постарался, устроил. А тачка служебная, чтобы мы на работу не опаздывали.
— Но вы не переживайте, у вас работа тоже неплохая, — съехидничал зам. — Я бы тоже не отказался денек на природе провести, а то сидим весь день в душном офисе, бабки пересчитываем, надоело уже.
Я мысленно застонал, и прикрыл глаза.
— А у вас вакансий больше нет? — спросил Виталя с затаенной надеждой. — Ну там, еще какой отдел нужно возглавить?
— Извини, старичок, никак. Сам понимаешь, людей на базе много, рабочие места уже все давным-давно заняты, и каждый это понимает, поэтому за свое место держится. Впрочем, я слышал, что городской администрации нужен водитель мусоровоза…
— И уборщик, — поддержал Котопес. — Позвоните, может, еще успеете. А мы пошли, у нас дел по горло. Не пропадайте.
— Да, на созвоне, — солидно кивнул Боцман.
Мы проводили их взглядами, полными безнадежности. Может, зря я их тогда послал? Подсказки эти, дурацкие! Карьеры не видать, из новых достижений только кинжал в ноге. И какой идиот это все придумал?
По возвращению на ферму нас уже ждали. Возле свинарника крутился застенчивый молодой человек в длинном, белом халате и в очках с роговой оправой. На вид ему было лет тридцать — тридцать пять, но нем не было ни капли той мужественности, которую мы, мы мужики, приобретаем к этому времени. Создавалось впечатление, что всю жизнь он просидел в своей комнате, куда мама или бабушка таскали ему еду.
— Меня зовут Кхар, я сотрудник Научного Центра, — представился он. И рукопожатие у него тоже слабенькое. — Это ведь вы новые исследователи?
И он продемонстрировал карточку, что нашел у себя под ногами. Оказалось, что это Даши. Я посмотрел в сторону сарая, и мысленно дал обещание придушить рыжую, как только представится случай.
— Я вот по какому делу… Позавчера Мафую притащила нам Оценто Окалибрус…
— Чего? — переспросил Виталя.
— Херонога, — буркнул я.
— Да, но почему-то двух щупальцев и главного жизненного органа у него не было. А потом вы принесли недостающее. Я не понимаю, вы что, работаете по отдельности?
— Вам-то какое дело? — поинтересовался я.
— Просто Сергей Петрович сказал мне, что отныне вы занимаете тем, что ловите и доставляете нам интересных чудовищ. Я просто зашел уточнить — это так, или он пошутил?
— А больше Мафую ничего не приносила? — поинтересовался Виталя.
— Да, сегодня утром она принесла Керанус Олу, очень редкий, ядовитый экземпляр. Эта девчонка просто находка для исследователя. Может, у вас тоже найдется чем нас порадовать, просто вы не успели?
Я почесал затылок, и посмотрел на сарай. Даша спит крепок, проверенно. Если разукрасить ее, облепить соломой, и прицепить сзади свиной хвост…
— У нам пока голяк, извините.
— Ладно, — Кхар ничуть не расстроился, лишь застенчиво улыбнулся. — Но если что-то будет — несите без промедления. На десятой базе вчера нашли одно существо, что считалось исчезнувшим с лица Земли уже много веков, и нам бы очень хотелось утереть нос этим зазнайкам, предоставив не менее любопытную находку. Так что, если что, звоните в любое время, я организую вам транспорт, только лишь бы не зря.
Он протянул мне визитку, и умчался, продолжая бормотать что-то про зазнаек и керанус олу.
— Так… — я спрятал визитку в карман и найденную карточку в карман, и, слегка прихрамывая, решительно зашагал к сараю. — Виталя, за мной.
Раскинув во сне ноги и руки, Даша безмятежно спала, наслаждаясь тишиной и покоем. И была совсем не готова к тому, что на нее обрушится поток холодной воды из тазика.
— Подъем! Холодный душ, завтрак, сборы! Выступаем немедленно.
— Ты что, с головой не дружишь? — возмутилась рыжая, отфыркиваясь, как кошка. — Не мог нормально разбудить?
— Привыкай. Виталя, неси рюкзаки. Я пока нацарапаю Дамиру прощальную записку драматического содержания. Даша — в девушку полетели пакеты из магазина — вот тебе майка, и все остальное, быстро переоденься. Встречаемся у ворот через двадцать минут.
— Она на меня маленькая!
— Это называется "в облипочку", ты же приманка, как-никак.
****************
И снова пулемет, два боевых робота, пассажирский отсек. Лес снова раскинулся над нами со своей умиротворенной тишиной. Но теперь мы уже знали, что скрывается под этой маской.
— Итак, будем считать, что первый блин, как у нас всегда водится, комом, — подытожил я, разглядывая карту. — В этот раз мы сожгли за собой мосты, и не вернемся на базу, пока не достигнем успеха.
— То есть? — лицо Даши пошло пятнами. — Ты хочешь сказать, что мы… будем здесь ночевать?
— Милая моя, мы будем здесь жить, привыкать, адаптироваться. И пока не прикончим что-нибудь, за что можно отхватить кучу бабла, а потом потратить это на отдельное жилье, лично я даже не посмотрю в ту сторону. Хватит с меня спать в сарае и жрать объедки. С этой минуты мы или богачи, или никто.
Судя по кислому виду, рыжая даже надеяться не смела на такой эффект. Видимо, в ее планы никак не входило жить в джунглях походной жизнью, терпеливо ожидая успеха. Зато Виталя не стал спорить, его, кажется, тоже задолбало возиться со свиньями. Осталось только определиться с направлением.
Про озеро я даже думать не стал, а сосредоточил свое внимание на крестиках, расположенных намного западнее места нашего провала. Еще пятнадцать минут ушло на то, чтобы расшифровать обозначения, сравнивая непонятные "ДР ХР" и "КЛК" с записями из дневника. В конце концов, нужный ориентир нашелся.
— Вот, смотрите, деревня Хреново. Заброшенное поселение, дома, в которых точно нашли халявный приют какие-нибудь твари. Опять же, идеальное место для выращивания потомства, чистый воздух, природа. Двигаем туда.
— Далеко? — обреченно спросила Даша.
— Да километров двадцать будет.
— Сколько?!
— Двадцать пять. Еще раз спросишь таким тоном — вырастет до тридцати. Хватит болтать, берите рюкзаки, и пошли.
Первые два часа прошли в режиме легкой прогулки. Никакой опасности не наблюдалось, и я даже заподозрил, что мы находимся в какой-то зоне, куда никто из опасного зверья нарочно не суется. Эта теория подтвердилась, когда просторная, расчищенная полоса деревьев закончилась, и началась непроходимая чаща, куда даже солнце еле пробивалось из-за густого переплетения веток. Невольно мы понизили голоса до тихого шепота, и выстроились цепочкой, инстинктивно взяв Дашу в середину.