Загробная карьера Саши Маузера
Шрифт:
— Подожди, Мафую! Мы заплатим, если что! Мафую! — но эта прохвостка уже скрылась между деревьев. Даша выругалась, яростно затряслась, пытаясь ослабить путы, и безвольно повисла, как тряпичная кукла. — Ну, и что теперь делать?
— Не знаю, — длинные побеги надежно обхватывали мои руки и ноги, сжимали грудь, и даже горло. Освободиться без посторонней помощи было невозможно. — Но вы не переживайте, нам так недолго осталось висеть. Скоро растение проголодается…
— Чего? — Виталя закрутил головой.
— Угу. Нас же не просто так схватили. Пики на конце видели? Так вот, скоро растение проголодается, будет нас протыкать, и высасывать кровь, пока мы не превратимся в высушенных мумий. Потерпите, чуть-чуть осталось.
— Я не хочу, чтобы из меня кровь высасывали! — испуганно заголосила Даша. — Помогите, кто-нибудь! Люди! Ау!
Какой-то посторонний прозвучал возле моего левого уха. С трудом повернув голову и скосив глаза, я обнаружил, что Мафую с невозмутимым видом взбирается вверх по стеблю, туда, где раскачивалась гигантская ромашка. Интересно, с чего это она вдруг решила помочь? Мои друзья ее не видели, и я им решил пока ничего не говорить, пусть наслаждаются жизнью, она ведь только тогда и прекрасна, когда ее осталось совсем немного.
Между тем эта девчонка с двумя длинными светлыми косами добралась до цветка, основательно закрепилась, вытащила из-за пояса довольно изогнутый кинжал, и, наметив точку, воткнула его прямо в середину ромашки. Побеги вокруг моего тела начали сжиматься, и так сильно, что чуть не выжали из меня душу, глаза полезли на лоб, я начал стремительно задыхаться, и могу поклясться, что слышал хруст костей. Но это длилось совсем недолго, секунд через тридцать путы ослабли, и я нелепо шлепнулся на мягкую траву, хорошенько приложившись брюхом. Рядом с небольшими интервалами приземлились мои товарищи. Ромашка закачалась, как будто дул сильный ветер, и мягко на землю легла вместе с Мафую, которая ловко встала на ноги с таким видом, будто только что динозавра завалила.
— Спасибо, — Даша надсадно закашлялась. — Большое тебе спасибо.
Игнорируя слова благодарности, охотница развернула ромашку, вытащила кинжал, и начала сосредоточенно изучать ее лепестки. А минуты через две раздраженно сплюнула.
— Из-за вас я погубила ни в чем не винное растение. Я думала это Сегмент Солярис, а это оказалась ее разновидность. И, кажется, я вас предупредила, чтобы вы здесь не шастали.
— Если бы не эти, — я кивнул на две остальные ромашки — мы бы и не встретились. И вообще, мы исследователи, могу даже карточку показать, и мы имеем полное право здесь шастать, сколько нам вздумается.
— Больше не попадайтесь мне, — она развернулась с намерением продолжить путь, но Виталя схватил ее за плечо.
— Подожди… Слушай, а не хочешь к нам?
Девчонка слегка приподняла бровь, и выразительно посмотрела на его ладонь на своем плече. Поняв, что ему сейчас прилетит, Худой быстро убрал руку, и сбивчиво заговорил:
— Мы просто вчера обсуждали нашу встречу. И пришли к выводу, что мы на тебя не злимся, более того, мы бы хотели, чтобы ты вступила в нашу команду.
— Когда это мы такое обсуждали? — спросил я.
— Тебя тогда не было, — отмахнулся Виталя. Нормальный поворот! — Просто мы здесь реально, как дети, ничего не знаем, даже от тупых цветков уберечься не смогли. А ты, видимо, опытная.
— Точно-точно, — поддержала Даша. — А с таким командиром нас точно сожрут. Маузер, без обид.
— Я с предателями не разговариваю.
— Это он так шутит. Мафую, пожалуйста, переходи к нам! — рыжая сложила ладони. — Пожалуйста!
Виталя до такого унизительного положения опускаться не стал, но было видно, что он всецело на стороне рыжей. Я молчал, гордый и независимый, как страны третьего мира, потому что знал — вякать одному против двоих бесполезно. Решение было за Мафую.
Несколько минут девчонка молчала, рассматривая нас всех и каждого по отдельности, потом с непроницаемым выражением лица спросила:
— Охотиться на монстров?
— Делать карьеру охотников на монстров! — уточнил я. — Чтобы потом другие охотились, а мы только бабло стригли.
— И какой мой процент?
— Двадцать.
Без лишних слов Мафую развернулась, и направилась к просвету, послав нахрен и меня, и мои проценты.
— Двадцать пять!
Никакой реакции.
— Больше, — прошипела Даша. — Она же сейчас уйдет!
— Тридцать. Тридцать восемь. Сорок три. Сорок семь! Нет, ну дальше уже перебор! Нам ведь тоже надо!
Шелест листьев, и Мафую исчезла, оставив нас одних, как раньше.
— Понятно, — констатировал Виталя. — Зачем ей сорок семь, если она может без труда все сто себе загрести.
— Мафую, вернись! Мы купим тебе лучшее снаряжение, какое только есть в этом несовершенном мире! Мы дадим тебе все, что попросишь! Мы назовем твоим именем новую страну, когда она появится!
Снова шелест листьев. Мафую вернулась, остановилась, и посмотрела на меня снизу вверх. Ага, все-таки лестно, когда в честь тебя называют страну.
— Тридцать восемь. Лучшее снаряжение. И еще ты должен будешь выполнить одно мое желание.
Это сбило меня с толку.
— Какое желание?
— Если скажу сейчас, то потом будет не так интересно. Для меня.
— Ты хоть намекни. А то откуда я знаю, вдруг, ты меня зажарить и съесть собралась.
— А тебе не все равно? — равнодушно уточнила она. — Раз хочешь, чтобы я была с вами — потерпишь.
— Подружка, ты только что отплатила ему тем, что он всегда говорил мне, — Даша в порыве радости попыталась ее обнять, получила удар в живот, и поспешно отступила. — Ладно-ладно, поняла. Близко не подходить.
— И подружкой не называть. Только по имени, — слегка прищурив левый глаз, Мафую еще раз посмотрела мне в глаза, и снова скрылась в просвете между деревьями.
Мы остались на месте, печальные и задумчивые, как алкаш перед закрытым магазином в воскресенье.
— Предатели.
— Да ладно тебе. Она, между прочим, ничего, — оценил Виталя. — Как миленькая, юная школьница.
Даша удивленно посмотрела на него, не ожидая такого откровения. Я пожевал губами, и на полном серьезе попросил:
— Слушай, ты встань вон там подальше, ладно? И за руку со мной больше не здоровайся.
Между деревьями снова появилось лицо Мафую.
— Ну? Чего застыли? Идем мочить чудовищ, или нет?
****************
Деревня Хреново (название, конечно, хорошее, но не самое оригинальное) встретила нас множеством пустых, полу-разваленных, заброшенных домов. Половину уже успел сожрать лес, другая половина держалась только из-за того, что располагалась на небольшой возвышенности. Рядом был пруд, грязный и мутный, и заросшее сорняком поле, где попадались уже давно одичавшие фруктовые деревья или овощи.