Чтение онлайн

Он тянет мою юбку вверх по моей заднице, его ладонь скользит по моей ягодице, и он хрипло стонет.

— Скажи мне, Кэсси. Скажи мне, как сильно ты хочешь меня. Скажи мне, что ты касалась себя, думая обо мне. Скажи мне, что, когда я сниму эти трусики и проведу пальцами между ног, ты будешь промокшей.

Мне больно от его прикосновений. Каждая часть моего тела находится на краю, пока я жду, что он сделает то, что он сказал, стянет мои трусики с бедер и сунет пальцы между моих ног. Мне не нужны просто его пальцы.

— Я думала об этом, Колтон, — шепчу я. — Я думала о том, как твой член будет ощущаться во мне.

Он стягивает трусики с моей задницы до середины бёдер, даже не удосужившись снять их полностью. Когда кончики его пальцев касаются губ моей киски, я почти кончаю.

— Скользкая, мокрая Кэсси, — шепчет он. — Я так стараюсь быть профессионалом, когда всё, что она хочет, это чувствовать, как я наполняю её своей спермой.

Я стону от его грязных слов, и этот стон превращается в скулёж, когда он вонзает в меня два пальца.

— Колтон, — шепчу я.

— Я хочу услышать, как ты зовешь меня по имени, когда кончаешь, Кэсси, — говорит он, его пальцы гладят меня изнутри, играя на мне, как на инструменте, касаясь меня точно в нужном месте.

Я чувствую головокружение от ощущений, омывающих меня, поглощенных моим собственным удовольствием.

— Колтон, — шепчу я снова.

— Я буду заставлять тебя кончать снова и снова, снова и снова, — говорит он, его слова подталкивают меня всё ближе и ближе, когда его пальцы находят ритм, который ведёт меня все дальше к моей кульминации. — Когда ты будешь готова, я нагну тебя так же, как и сейчас. И это уже будут не мои пальцы, от которых ты кончишь. Ты почувствуешь, как мой член наполняет тебя так же, как мои пальцы наполняют тебя сейчас.

— О, Боже, Колтон, — взвываю я. Я так близко, что стремлюсь к оргазму без возможности контролировать его.

— Ты чувствуешь это? — спрашивает он, прижимая эрекцию к моей ягодице. Я чувствую, как предсемя капает с его члена на мою кожу, и мысль о том, что он входит в меня, заставляет меня чуть не закричать. — Это то, что ты делаешь со мной.

Я снова и снова выкрикиваю его имя, когда он поднимает меня всё выше и выше, теряя смысл того, что я говорю, и становится практически бессвязным из-за его мастерского прикосновения.

— Ты настолько тугая и мокрая, Кэсси, — шепчет он. — Я не могу дождаться, чтобы почувствовать, как эта киска сжимает мой член и доит его до последней капли.

МЫСЛЬ о Колтоне, трахающего меня сзади, о том, что он вошел в меня, толкает меня через край. Когда я кончаю интенсивней, чем когда-либо до этого, я наклоняюсь над кроватью, едва способная удержаться. Моя киска сжимает вибратор, и я представляю, что это член Колтона, его руки на моей талии, когда он крепко прижимает меня к себе.

Я сдвигаю вибратор между моих ног.

Святое дерьмо. Я никогда не теряла контроль над этим раньше. Моё сердце всё ещё неистово бьется в моей груди, пульс учащается от фантазии.

Фантазия о Колтоне Кинге. Со мной должно быть что-то действительно не так.

Я говорю себе, что это просто безобидная фантазия. Котрая определённо не должна повториться снова. Мне нужно сосредоточиться на репетиторстве Колтона. Не на его члене.

Я не могу пересечь эту черту.

— ЭТО БУДЕТ твоя ежемесячная стипендия, — говорит Тренер Уолкер. Он передаёт мне лист бумаги с деталями. Это большая месячная стипендия, чем то, что у меня было на факультете Социологии, в этом я чертовски уверена. Святое дерьмо. Должно быть, они очень хотят, чтобы эти футболисты не завалили свои предметы.

— Это… круто, — говорю я. У меня нет другого слова для этого. Потрясающие. Я говорю как черлидер.

— Это контракт, — объясняет он. — Конечно, существует стандартное соглашение о неразглашении информации для всего, чему ты можешь быть подвержена в ходе обучения.

Что-нибудь, чему я могла бы подвергнуться?

Я смотрю на него с насмешливым выражением.

— Это стандартно, — повторяет он. — Чтобы охватить все, что игрок может непреднамеренно сказать тебе, поведение игрока, и тому подобное. Все игроки являются публичными фигурами.

— Понятно.

Я совсем не понимаю, почему мы говорим о футболистах колледжа, как о знаменитостях, но как бы там ни было, я получу оплату. Мне нужна эта должность. Отчаянно. Если я не остановлюсь на чём-то, то я полностью облажаюсь.

— Ты будешь связана правилами преподаватель-студент, — говорит он. — Неподобающие отношения с игроком приведут к расторжению контракта, а также к отдельным последствиям, которые твой факультет сочтет нужным.

— Нет проблем. Я не собираюсь тусоваться с футболистом, — выпалила я, не задумываясь. Дерьмо. Он выглядит удивлённым. — Я имею в виду, без обид. Я уверена, что они действительно хорошие и…

Тренер поднимает руку.

— Тот факт, что ты не интересуешься футболом, является причиной того, что ты идеально подходишь.

РАСТОРЖЕНИЕ И ОТДЕЛЬНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ. Вот что произойдёт, если я пересеку эту линию.

«Я не собираюсь пересекать эту черту», — заверяю я себя. Просто потому что я думала о Колтоне так, не значит, что я буду действовать в этом направлении. Это безобидно.

Фантазия. Вот и всё.

КОЛТОН СИДИТ на стуле перед столом, откинувшись назад и расставив ноги.

— Эй, Учитель, — говорит он, отрываясь от своей тетради.

— Не называй меня «Учитель».

Это слово напоминает мне правила для преподавателя-студента. И тот факт, что в последний раз я думала о Колтоне, склонившись над своей кроватью и с вибратором в моей киске.

Нет, нет, нет. Не буду думать об этом.

Определенно не думаю об этом.

Я опускаю свою сумку на пол и беру блокнот. В основном я пытаюсь скрыть своё лицо, потому что клянусь, то, что я сделала, должно быть написано на нём.