Заклеймённый
Шрифт:
– Что это за странная пытка? Кто настолько изощрён, чтобы мучить нас таким образом? – бормотала девушка, следуя за тенью, в которой можно было остудить ноги.
Время тянулось бесконечно долго, а когда солнце поднялось прямо над головами и каждый, даже самый маленький участок тени, безвозвратно исчез, девушки постелили на песок шаль. Губы быстро высохли, а жажда настигла такая чудовищная, что начало казаться, что именно она станет причиной их гибели. Они сидели на шали, тесно прижавшись друг к другу и закрывали головы руками, когда тяжелый замок загремел за дверью.
В каменную коробку вошли четыре человека в черных рубашках и шароварах, с такого же цвета тюрбанами на головах. Их лица были закрыты свободными концами ткани, из которой состояли головные уборы, а за широкими поясами скрывались кинжалы. Двое из них молча приблизились, протягивая девушкам довольно плотные покрывала. Беверли старалась сохранять спокойствие, несмотря на жуткий страх перед лицом неизвестности. Она помогла сестре укрыть голову и лицо, а затем сама облачилась в уже знакомый наряд. Смущали лишь босые ноги, на которые девушка тут же указала. Идти по раскаленному песку без обуви было бы безумием. Мужчины все так же безмолвно переглянулись, а затем те же, что принесли одежду, вынули из-за поясов кинжалы, заставив девушек, в испуге прижаться друг к другу. Однако их конвоиры не собирались нападать, они лишь передали оружие своим спутникам и быстрыми движениями перекинули девушек через плечо. Сестры взвизгнули от неожиданности и попробовали сопротивляться, что оказалось бесполезным.
Мужчины вынесли их наружу, и водрузила на лошадей. Лежать на спине у лошади лицом вниз было чудовищно неудобно, к тому же каждое движение кобылы приносило ужасную боль. Беверли заталкивала как можно глубже свое негодование, стараясь не стыдиться сложившейся ситуации. Она ведь не могла ничего изменить и возможно немного спокойствия поможет им оставаться в относительной безопасности. Конечно, она могла бы возмутиться, что поначалу и собиралась сделать, но вовремя одернула себя, вспоминая, что она здесь не одна и довольно терпимое к ним отношение может резко измениться. К счастью, путешествие оказалось недолгим. Вскоре девушек снова поставили на землю, и Беверли облегченно выдохнула, ощутив прохладный камень под своими ступнями. Она тут же взяла сестру за руку, и они вместе рассмотрели дворец, в котором оказались.
Он буквально ошеломлял своей роскошью и богатством, изобилуя мозаиками из разноцветного мрамора с использованием стекла и зеркал. На пути повсюду встречались ажурные кирпичные орнаменты, узорные детали, созданные из бронзы с золоченым покрытием и всевозможная резьба по мрамору и дереву. Весь дворец утопал в зелени и соседствовал с многочисленными фонтанами разных размеров и форм. Беверли ни за что не могла бы подумать, что среди сухой и казалось бы, безжизненной пустыни может появиться такая красота. Кортни отвлеклась на огромную клетку с дивной птицей, величественно разгуливавшей внутри нее. Это было чудесное создание с грациозной шеей и маленькой головой синего цвета, венчал которую забавный хохолок. Девочка подошла ближе и протянула руку, на что птица тут же возмущенно раскрыла свой длинный хвост. Кортни немного испугалась и отступила, но увидев, как прекрасны перья птицы, застыла. Хвост был похож на ярко зеленый веер, который слегка подрагивал, будто вот-вот собирался накрыть птицу с головой.
Девушек привели в просторный зал. Прямо в центре красовалось что-то напоминающее кровать, но больше походило на какой-то помост укрытый мягким одеялом и буквально заваленный многочисленными подушками разных размеров, расцветок и форм. Надо отметить, что все в этом дворце пестрило разнообразием ярких цветов и красок.
Беверли отметила, что здесь абсолютно нет дверей, только резные арки, позволяющие легкому ветерку свободно гулять по дворцу и волновать легкую полупрозрачную ткань, служившую завесой между комнатами. Сестёр встретили несколько девушек в ярких платьях до пят. Они, как и до этого мужчины, совершенно безмолвно взяли их за руки, и повели за собой. Старшая сестра продолжала удерживать младшую рядом с собой, даже, несмотря на то, что угрозы не ощущала. Прислужницы помогли им помыться и переодеться. Сначала Беверли попыталась протестовать и объяснить девушкам, что мыться в доме того, кто их так бесцеремонно похитил, они не станут. Она спрашивала у них, где они и кто хозяин этого дворца, но ответом, как и прежде, была тишина. Кортни сдалась первой и убедила сестру, что помыться было бы, кстати, поскольку они обе ужасно устали и песок, попавший и в нос и в уши, хотелось вычистить. Беверли согласилась, но чувствовала себя крайне неуютно и так и не смогла окончательно расслабиться, даже, несмотря на дивную, молочного цвета воду и пьянящий аромат масел.
Прислужницы подготовили им чистые наряды, состоящие из длинной рубашки почти до колен, которая надевалась через голову, и легких, почти воздушных шаровар. Одежда оказалась приятной на ощупь и удивительно удобной. Кортни достался нежно розовый цвет одеяния, а Беверли изумрудно зеленый. Служанки помогли девушкам высушить волосы и оставили их распущенными. Когда сестры вернулись в просторный зал, их ждал накрытый низкий стол и подушки вокруг него.
– Как вкусно пахнет! – Восхитилась Корти. – Смотри, здесь и мясо и козий сыр, фрукты и много сладостей, похожих на те, что ты приносила мне из лавки мистера Мортимера.
Девочка уверенно опустилась на одну из больших подушек на полу и взяла кусочек мяса, выпустив из горла стон наслаждения. Беверли могла бы проявить гордость и отказаться от пищи, но глядя на то, с каким удовольствием Корти поглощает её, поняла, что сестренка может последовать ее примеру и отбросила эту мысль. Они ещё не успели закончить с обедом, когда в покои вошел высокий мужчина, крепкого телосложения. Несмотря на то, что он был уже почтенного возраста, его волосы оставались черными, без единого седого волоска. Кожа смуглая, чуть темнее, чем у Самиды и Амира. Густые черные брови и такие же ресницы. Глаза суровые, насыщенного зеленого цвета. Мужчина был одет в столь распространенную здесь длинную до пят рубашку белого цвета, с аккуратным воротничком стоечкой. Подол, манжеты и воротничок украшали замысловатые узоры, вышитые золотой нитью. Под рубашкой - того же цвета штаны. На его пальцы были нанизаны множество перстней с разнообразными камнями, среди которых Беверли отметила чистейшие рубины и изумруды.
– Добро пожаловать в мой дом. – Сказал мужчина и слегка поклонился девушкам.
Его учтивость ничуть не тронула Беверли, она тут же встала и потянула сестру за собой. Мужчина, стоявший перед ними, был красив и вероятно занимал хорошее положение среди жителей своей страны. Его взгляд говорил о власти, о том, что он привык, когда ему подчиняются.
– Кто вы? И что вам нужно от нас? – Спросила Беверли, обнимая сестру за плечи.
– Меня зовут Фархат, я визирь Кувейна и кровный дядя вашего …, знакомого. – Мужчина медленно прошел мимо них и присел на помост с подушками.
– Какого знакомого? – Сердце Беверли сжалось. Она помнила рассказ Сайруса о его детстве. Перед ней сейчас сидел родной брат Самиды, который забил до смерти отца Сайруса и желал гибели ему самому. Согласиться со словами визиря, означало дать ему возможность отыскать Амира.
– Я наблюдал за вами. Вас не удивило и почти не напугало перемещение в совершенно иную страну. Вы знакомы с лакомствами Кувейна, что для жительниц Кармифола небывалая редкость. – Спокойно сказал Фархат. Он поднялся на ноги и подошел ближе, вызывая тысячи испуганных мурашек на коже девушки.
– Я много читала о других странах, - начала Беверли, крепче прижимая к себе сестру, пока мужчина кружил вокруг них, как хищник, - Кувейн был в их числе.
– Не играйте со мной, мисс. Я не знаю вашего имени, и какое положение вы занимаете в своём мире, но я отчетливо вижу след магии, оставленный моим «родственником».
Визирь приподнял кисть руки и провел ею в воздухе, словно подгоняя запах, окружающий сестёр. Только сейчас девушка заметила, что его ногти выкрашены в черный цвет, а при ближайшем рассмотрении лица, она поняла, что и глаза его такие выразительные за счет подведенных век, черным карандашом.
– Я довольно давно выслеживаю Фарида и точно знаю, что он ищет, как в вашей стране, так и в песках Кувейна. – Улыбнулся мужчина снисходительно, словно давая понять, что они могут расслабиться и ничего не бояться. – Нам всем станет значительно легче, если вы перестанете упрямиться и согласитесь с тем, что знаете его.
– Я не понимаю, о ком вы говорите. – Беверли чувствовала себя глупо, но ей казалось, что своим согласием она предаст Сайруса.
– Хорошо, вы продолжаете упрямиться. Тогда я вынужден буду отправить вас обратно в ту каменную коробку, из которой вас забрали утром. Вы посидите под палящим солнцем несколько дней и одумаетесь. – Мужчина взял со стола виноград и с удовольствием проглотил его, продолжая улыбаться.