Чтение онлайн

Я же почти не выпускал лук из рук. Ману обучал меня стрельбе, до предела проявлял терпение по отношению ко мне. И как обычно, не упускал возможности сострить, а повода для этого было предостаточно.

Я нудно и долго учился правильно держать лук, потом правильно стоять, затем набирать силу в руках и натягивать тетиву до предела. Попасть в цель мне не сразу удалось. Механизм этого всего был сложным, а сам процесс оказался долгим и непростым, как мне показалось сначала.

— У тебя странно горят глаза, — сказал Ману, подбирая очередную стрелу, и тяжело разогнул спину. — Я глупо надеялся, что Царимиру все-таки удалось сбить твою спесь!

Ману вытащил из мишени стрелы и крикнул:

— Вот куда ты сейчас смотришь? Смотри сюда!

Он указательным пальцем ткнул в мишень.

— Вот видишь этот красный кружочек? — крикнул он издали. — Это называется мишенью — целься сюда. Почему твои стрелы попадают куда угодно, только не в мишень! Да, это тебе не сноуборд и даже не хоккей! Ну ничего… Потихоньку… Что ты делаешь?! — Ману быстрыми шагами направился ко мне и грубо одернул.

— Сконцентрируйся на мишени. Держи локоть выше. Вот так. Что у тебя руки трясутся, как у старикашки? Чего ты уставился на меня? В цель смотри!

Мне требовалось больше терпения, чем я думал. Было и физически тяжело справляться с луком. Плечи, руки и пальцы жутко болели.

— Так, смотри в цель. Когда будешь готов — выпускай стрелу.

Я разжал пальцы — и стрела с шелестом понеслась прочь, а потом впилась в самый центр мягкого дерева...

— Ты меня сразил! — воскликнул Ману. — Теперь без меня! Тренируйся!

Он похлопал меня по плечу и ушел.

Каждый день я выходил на задний двор замка и вместе с воинами стрелял из лука. Никто даже не догадывался, что это оружие не совсем простое. Но это и к лучшему.

От постоянного напряжения, дрожали руки, а пальцы зудели от боли. Но постепенно, где-то через неделю тренировок, мышцы окрепли — и руки стали привыкать.

Вестар завтракал со мной. Он даже осмелился занять место Царимира за столом. Мортенс следил за каждым моим шагом. От его острых серых глаз не ускользало ничего, и он не упускал случая сделать мне замечание из-за любой мелочи.

Одним ранним утром, после очередного напряженного завтрака с Вестаром, я поспешно покинул столовую и забрался на высокую башню с дощатой крышей, подальше от его глаз. Когда я оказался на башне, мне сделалось гораздо легче. Передо мной открывался широкий двор, защищенный каменными стенами, где я тренировался с Ману. На каждом углу возвышались сторожевые башни с множеством оконцев с поблескивающими цветными витражами. Башни стояли друг от друга на приличном расстоянии. Туда-сюда сновала стража, лениво прохаживаясь по периметру стены.

И тут ко мне пришла идея повесить на всех башнях мишени.

После я каждое утро поднимался на головокружительную высоту, чтобы пострелять. И получил сразу два преимущества. Во-первых, мне не мешали слуги и воины. Во-вторых, это оказалось самым подходящим местом, где можно скрыться от назойливого Вестара.

Так прошла неделя. И я был рад мгновениям, проведенным под небом.

Как-то вечером, когда я поднялся на башню, встречный ветер рассеял ночное беспокойство. В эту ночь я плохо спал и весь день был вялым и несобранным. На горизонте переливалось закатное солнце, по небу тянулись воздушные облака. Горы, словно замороженные волны океана, исчезали где-то вдали. Я замер, затаив дыхание. А потом я ощутил, как Сила прибывает с каждым последующим вдохом. Я поймал себя на мысли, что это был самый подходящий момент для заклинания.

Я посмотрел на фиолетовую высь. Мне никогда не удавалось подчинить поток воздуха себе. Но в этот раз все по-другому — я чувствовал это. Я был уверен в себе. Я вцепился в холодные деревянные перила и закрыл глаза. Чувства обострялись с бешеной скоростью. Перед глазами, сталкиваясь и смешиваясь между собой, запрыгали разноцветные яркие вспышки — это была энергия. Я остановил этот хаос и заставил двигаться их по спирали, собирая вспышки в одну сферу. Когда мне удалось собрать энергию в нечто целое, я открыл глаза и погрузился в мир цвета, света, глубины и чистоты. Это было яркое чувство — у меня даже сперло дыхание. Небо стало живым, приобрело объем и глубину. Я осмелился как можно дальше охватить его, сливаясь с воздушными потоками. Когда я высвободил свою волю, сфера раскололась, и Сила водопадом хлынула во все стороны. Всеми клеточками я ощущал ее мощь, тяжесть. Она давила со всех сторон. Давила так, что в ушах зашумело. Но я не сдавался, выдерживая напор. Облака стали хмуриться и темнеть — ведь некто пытался помешать их свободному полету — и принялись яростно переливаться от березово-изумрудного до сливово-синего. На миг мне стало не по себе, но я быстро взял себя в руки, не поддавшись секундному страху. Усилия оказались не напрасными — облака подались назад, словно хотели ускользнуть. А затем ветер потянул их за собой, в обратную сторону, в сторону Горного замка. Скопившись над Ордоном, они накрыли город мглой.

Подул холодный ветер, взъерошив мне волосы. В лицо метнуло колючей поземкой. Затем воздух как будто застыл... Мгновение — и стеной повалил снег. Я самодовольно улыбнулся. Навряд ли Вестар способен сотворить такое без своего посоха.

Я сбежал вниз с башни под обильным снегопадом. Холодный кристальный воздух вернул меня к жизни. Я прищурился и вдохнул прохладу, пахнущую свежевыпавшим снегом. Сильный гомон заставил поднять глаза к небу. Надо мной пролетела туча ворон. Их крик на миг оглушил все вокруг. Я проводил их взглядом, пока они не скрылись за горизонтом.

С этого двора хорошо было видно просторы Долины, куда ходить теперь был запрещено... Где-то там текла нескончаемым потоком совершенно иная жизнь... Шум машин, смех, пустая болтовня на лавочках... В памяти всплыли сияющие глаза девчонки.

Прошла еще одна безликая неделя. Я стал наведываться к Белохвосту (благо Царимир оставил его в конюшне). Белохвост встречал меня, качая головой и вскидывая длинным хвостом, чуя запах свежевыпеченного хлеба в моей руке. Приветствия Белохвоста хватало, чтобы почувствовать себя кому-то нужным. Я чистил его шерсть и чувствовал его безмерную благодарность, какую только способны выразить животные. К тому же я давно не видел его — с тех пор как начал ходить в город.

Вестар не спешил вовлекать меня в дела. Я отчаянно желал свободы, возможности выбраться к Медвежьей горе.... Я так хотел прокатиться на сноуборде... Но необходимо дождаться Царимира.

Я днями напролет блуждал по окрестностям города и узнавал ближе жителей. И я понял, что совершенно ничего не знал о своем народе.

Я стал частым посетителем хлебопекарни откуда я носил Белохвосту хлеб (в кухне замка, повара сразу бы заподозрили, что я кормлю хлебом животных, а здесь меня никто не видит) Пожилая хладовея всегда была рада мне, когда я появлялся в ее маленькой лавке. Каждый раз она встречала меня ласковой улыбкой на круглом румяном лице.

— Аким, заходи! — зазывала меня она, торопливо выбегая из-за прилавка с хлебом и обязательно какими-нибудь сладостями.

Она здорово разбаловала меня своей щедростью и добротой, что было крайне редко для хладовея, не совсем приветливого народа. Местами сурового, местами равнодушного. Каждый раз, когда я уходил из хлебопекарни с горой всяких вкусностей, я стал все больше сомневаться в непреступной природе нашего народа.

Все сладости я отдавал Ману. Даже не думал, что он их ярый любитель. Открывались все новые стороны приставленного ко мне Духа. Оказалось, он вполне мог быть благодарным за проявленное внимание.

— Мм… Медовое пирожное... Даже в замке такого не пекут! Я перед тобой в долгу, — говорил он, уплетая за обе щеки.

«Находит же способы получить удовольствие», — думал я.

Да, люди в Ордоне совсем не такие, какими я себе их представлял. Вполне способны наслаждаться неприхотливой жизнью. Послушно выполняют приказы Повелителя. Готовы работать днем и ночью. Поначалу мне нравилось, что со мной приветливы. Но потом я стал замечать в их поведении однообразную услужливость. И тут я по-настоящему затосковал и буквально охладел ко всему.