Чтение онлайн

Я с торжеством помахал письмом перед лицом Майора.

– От Надежды? И что сообщает?

– Любит, верна, ждет! Как мы и предполагали, сведения о новом штурме примитивная деза. С целью заставить нас сосредоточить силы на обороне моста и ослабить прикрытие колонны.

– Я бы не торопился с выводами, - поосторожничал Майор.
– Город мы оставляем пустым. Это опасно. Что дальше?

– Пусть Волгин найдет человека, который может знать какое-то лесное логовище. Вроде охотбазы, или охотничьего домика, или какой-то резиденции экс-Губернатора.

– Ага, - обрадовался Майор, - нашлись, голубчики. Там, значит, сошлись? Все?

– Все трое. И Ваня Заика там, и Губернатор низложенный, и этот поганый мент-предатель Козлов. Я думаю, наш наезд на город застал их там, на оттяжке. Охотнички ведь...

– Хорошая компания, да? Символическая такая. Триада преступной власти в миниатюре.

– Без эмоций, Майор. Побереги их до лучших времен.

– Что еще?

– Ну, силы собирают по округе, это мы знаем. А вот с оружи ем у них напряг. И, похоже, Ваня столковался с каким-то капитаном. В соседней воинской части.

– Там этих капитанов до хрена.

– А наш-то особый. Скорее всего, страдает фурункулезом: по ориентировке - "рожа поганая". "Рязанский лапоть" - это как думаешь? Лопух? Уроженец Рязани?

– Рязань... Грибы с глазами? Не похоже. Рязань косопузая, что ли? Подойдет?

– Ну вот, - удовлетворенно подытожил я.
– Значит, капитан в прыщах на лице и с пузом на фигуре. Ты его выманишь, мы его заберем. И разберемся. А командиру части на всякий случай намекни, что, мол, если тайное хищение не удастся, то за ним может открытое нападение воспоследовать.

– Какие ты слова знаешь, - восхитился Майор.

Наконец очередь до Юльки дошла. Не зря ведь на нее в письме намекалось. То, что она - из Ваниных телок, мне известно было. Но сейчас этот факт особое значение получал.

– Расскажи мне о себе, красавица.

– Родилась я не так давно. Можно сказать, совсем недавно. В семье советских педагогов. Они меня хорошо воспитали и дали красивое имя Джулия. Уменьшительно-ласкательно - Джульетта. По-нашему - Юлька-оторва. Отличаюсь большими способностями. Все науки схватываю на лету. Но неусидчива. Предпочитаю поваляться, с хорошим мужиком. С детства увлекалась рисованием...

– Достаточно. Пойдешь на работу в мастерскую художественных промыслов. Будешь деревянные ложки расписывать.

– Вот еще!

– У Ляльки научилась? Ты с нее пример не бери, далеко зайдешь. Что еще хочешь сказать?

– А я больше ничего не знаю. Даже таблицу умножения забыла... Ну я пошла?

– Никуда ты не пойдешь. Я тебе пропуск не подпишу. Останешься здесь, поживешь с нами. Пока что-нибудь интересное не вспомнишь.

– Вы не имеете права!

– Кто сказал?

– Все говорят.

– А ты всех не слушай. Ты меня слушай. Все, иди, детка. Мой секретарь тебя устроит.

Зазвонил телефон.

– Серый? Это я, Прохор, - шепотом почему-то.

– Здорово, жених.

– Не смейся, я стараюсь быть тебе полезным. Я рискую ради твоего дела. Я расколол ее...

– Это в каком смысле?

– Ты невыносим. Она проговорилась, что в Заречье готовятся к штурму. Они уже сконцентрировали свои силы у моста, окопы нарыли. Ждут отправки колонны, чтобы взять город.

– Спасибо, Проша, - сказал я проникновенно.
– Штирлиц ты мой. Будь осторожен. Береги себя. Ты еще нужен Родине. И постарайся как бы случайно проговориться своей невесте, что ты сообщил мне об этом факте. Если останешься жить, я представлю тебя к награде. Действуй, старина. Совет вам да любовь.

В двадцать два ноль-ноль явился мой танковый консилиум. В полном составе. Докладывал Сливко.

– Мы, товарищ полковник, все посмотрели, составили дефектную ведомость. Зачитать?

– Основное.

– Основное такое будет. Значит, как я говорил, на диски фрикционов надо накладки наклепать. Это мы заставим чего-нибудь сообразить ребят из автомастерской. Аккумулятор уже нашли, на подзарядку поставили. Проводку меняем. Поролон на сиденья достали, девчата его чехлами обшивают. Ну, лючки-амбразуры расклепали - вот товарищи ветераны говорят, обязательно они нужны для применения личного оружия. Еще там кое-что по мелочи набралось. Но главный дефект - в движке подшипники поплавлены. Коренные и шатунные. Таких не достать. Нигде их быть не может.

– Разрешите, товарищ полковник?
– встал бывший самоходчик.
– У нас в полку, в сорок четвертом году, "зисок" был, боеприпасы подвозил. Так вот когда у него вкладыши полетели, водитель наш знаете чем их заменил?

Откуда же мне знать?

– Из своего ремня нарезал. По нужному размеру. И с этими вкладышами машина до Праги дошла. Только кожа нужна настоящая.

– У Пилипюка спрошу, - сказал Сливко, - он запасливый.

– Что еще?

– Карбюратор разобрали, в ацетоне отмокает. Свечи нужно искать, бобину. Вообще, всю электрику.

– А вот эти, как их, бандажи на катках?

– Послужат еще, - успокоил тот, что на "тридцатьчетверке" воевал.

– До Праги - не обещаю, а пару раз в Дедовск скатать - выдержат.

– Выдержат, - подтвердил и "самоходчик".
– Надо бы только их хорошенько каким-нибудь нежным маслом смочить, вроде касторки.

Ну это - опять к Пилипюку, он запасливый.

– А свечи надо у Михалычева зятя спросить, он в прошлом годе со свалки какой-то старый грузовик сволок, восстановил, говорят, катается. Значит, нашел свечи. Может, и нам подойдут.

– Теперь насчет вооружения, - продолжил Сливко.
– Здесь так дело обстоит. Один гранатомет, что для БМП, легко можно на место ПТУРСа приладить. Два станка, кронштейна, значит, к пулеметам ребята нарисовали. Можно в мастерские отдавать. Турельку для гранатомета, что на танк пойдет, тоже прикинули. Только с башни люк придется снять, внутри ведь гранатомет не поставишь...

Это даже мне понятно - реактивная струя, все равно что внутри танка снаряд взорвать. Может, и похуже.

– Вроде все, товарищ полковник.

– Хорошо, спасибо. Все свободны.

Сливко вышел, а танкисты замялись.

– Что за вопрос?
– помог им.

– Мы проситься хотели.

– Куда?

– В твой отряд, колонну сопровождать. Хоть двоих-то в танк возьми.

– Нет, - решительно отказал я.
– Вы свое дело еще раньше сделали. Теперь наш черед врага громить.
– И подсластил отказ: - Но главное - я не могу город без гарнизона оставить. Враг за рекой. На вас надежда.

– Оружие дашь? Или со своим приходить?