Чтение онлайн

– Забыл уже? Быстро. Ему ведь присягал.

– Да брось ты... Это вся твоя техника?

– Военная тайна.

– Ладно, Сергеев, давай сдавайся - и расстаемся друзьями.

– Вот еще! Ты - за орденом, я - за вышкой? Сам сдавайся. Оцени обстановку. Спереди у тебя мы - идейные борцы за справедливость, сзади верная нам часть мотопехоты. Никаких ведь шансов. Тебе это надо?

– Что предлагаешь?

– Отдам тебе бывшего Губернатора, Мэра могу отдать, если его еще не расстреляли, ну добавлю какую мелочь, жулье всякое- и беги докладывать.

– И ты со мной?

– Меня не отпустят.

– Не устоишь ведь, Сергеев. Против государства никто не устоит.

– Ты какую школу кончал, советскую?

– И Академию тоже.

– Значит, уроки истории помнишь? Вот в такой ситуации солдаты общего врага находят, братаются. Штыки - в землю, а командиров - на кол.

– Не пугай, у меня ребята в горячих точках закаленные. А задница чугунная.

– Я все сказал, - башка у тебя чугунная.
– Пойдешь на штурм?

– Приказ ведь.

– Тогда два условия. Дашь мне время на эвакуацию населения - раз. И, если возьмешь город, - никакого мародерства не допустишь - два.

– Добро. Мое условие: ты в бою погибнешь.

– Как получится, - уклонился я от прямого ответа.

Я обратился по радио к горожанам, обрисовал наше положение и предложил, во избежание лишних жертв, временно покинуть город. Сообщил об обещании командира части не допускать случаев мародерства. Поблагодарил за активную социальную позицию и реальную помощь в борьбе с преступностью.

Вернувшись в Замок, вызвал Пилипюка и спросил его:

– Ты меня уважаешь?

Он не удивился:

– А як же! Як ридного батьку.

– Приказ любой выполнишь?

Что-то почуял, замялся хитрый хохол:

– Мабуть... Ото ж если... Хай його бис...

– "Чому я не сокил" добавь. Хватит жопой вертеть. Я тебя исключаю из наших рядов. Забирай Ляльку с Юлькой и уводи их отсюда.

Завертелся еще пуще, стал врать, что вот-вот жинка с хлопчиками приедет, что "дивчата мени не послухают", что лучше Сливко никто с ними не справится, и вот, "дивись", нога у него прямо сейчас разболелась, шагу ступить не может...

И этот отказывается.

Я долго слушал, кивал, сочувствовал, потом притянул к себе автомат.

– Давно бы так, - и Пилипюк выпрямился во весь свой рост.- Стреляй, Митрич, не пойду.

– О девчонках подумай!
– заорал я, отбрасывая оружие.

– Я рядом с ними буду.

Вот и все, чего я добился. С девчонками об этом говорить - еще хуже, такого наслушаешься.

А тут еще пришли доверенные лица и сообщили, что горожане категорически отказываются покинуть город, что отдадут все свои силы, а если надо, и саму жизнь на его защиту под моим руководством...

Наверное, впервые за это время я по-настоящему почувствовал, что такое ответственность власти.

– Жители отказываются покинуть город, - сказал я полковнику Ивановскому. За спиной которого стояли наготове капитаны.

– Хитрец ты, Сергеев, - зло ответил он.

– Ты меня не оскорбляй, это опасно. Я не хитрец и не подлец. За спины женщин и детей не прячусь. Если ты решил штурмовать город, я сдаюсь. Лично. И чтобы больше никого не тронул.

– Согласен.

Офицеры по его знаку шагнули вперед. И я протянул руки под наручники...

На этом мы прерываем наш правдивый рассказ о необыкновенных происшествиях в городе О. Мы не знаем, что произошло дальше. Пусть каждый завершит его в меру своей социальной зрелости и политических симпатий.

Нам не известна и дальнейшая судьба Серого.

Нам известно только то, что в городе О. до сих пор на Главной площади стоит на пьедестале рядом с танком военных лет его разбитая смешная машина.

Известно нам и то, что полковник Сергеев так и не стал ни генералом, ни министром внутренних дел, хотя ему этого очень хотелось, чтобы победить преступность в отдельно взятой стране, раз уж в ней не удалось построить социализм...