Чтение онлайн

На другой день Мишка дремал на всех уроках. Оказывается, он изучал ночные повадки рыб и спать не ложился, всю ночь просидел у аквариума.

Пришли мы после школы к Мишке, смотрим, а рыбки тоже какие-то сонные, в угол забились, не плавают, даже не едят червяков.

– Ты что с ними сделал?
– спрашиваю я Мишку.
– Ты их будил ночью, что ли? Почему они такие топорщенные?

– Ничего я с ними не сделал. Сам вот думаю, что приключилось. Может, у меня в квартире другие условия, чем у тебя? Надо проверить.

Мишка взял общую тетрадку, куда записывал сведения про рыбью жизнь, и стал чего-то проверять. Потом Мишка сообщил, что температура воды в аквариуме и температура воздуха и микроклимат у нас в квартирах совершенно одинаковые, и что червяков он давал рыбам столько, сколько давали у меня, и кислорода он скачал меченосцам три камеры - не меньше, чем я, и что, по его мнению, вся загвоздка в атмосферном давлении.

– Понимаешь какое дело… - авторитетно заявил Мишка.
– Мы с тобой живем на разных этажах - я на пятом, а ты на втором. У нас высота над уровнем моря не одинаковая и давление получается разное.

– Брось ты, - сказал я Мишке, - подумаешь высота! Не в этом дело!

– Нет, - сказал Мишка, - именно в этом! Мои научные выводы точные, а ты, как был дилетантом, так им и остался.

– Что там точные, - говорю, - три этажа!.. Если бы ты на Эйфелевой башне жил…

– Не спорь!
– отвечает Мишка.
– Лучше скажи, деньги у тебя есть? Остались?

– Остались.

– И у меня есть. Пошли за барометром!

Мы пошли и купили барометр. Стрелка у него в магазине стояла на цифре «75». На улице она никуда с места не сдвинулась. Дома у меня - тоже никуда.

– Увидишь, - объяснял Мишка, - увидишь, что будет, когда мы его затащим ко мне на пятый этаж!

Мы подошли к лестнице, и Мишка мне сказал:

– После второго этажа стрелка начнет отклоняться. Смотри!

Я смотрел, но стрелка никуда не отходила от «75» ни на третьем, ни на четвертом, ни на пятом этажах. Больше в Мишкином доме этажей не было.

Войдя в квартиру, Мишка стал стучать по барометру пальцем, потом кулаком, потом лег на него животом, чтобы увеличить давление. И хоть бы что! Стрелка стояла и стояла себе на одном месте.

Всё это Мишку очень разозлило.

– Ты иди, - сказал он мне, - я тут поразмыслить должен.

В передней я опять столкнулся с Толиком. Сначала Толик юркнул было в кухню, но потом остановился и стал шептать:

– Что вы за вещь принесли?

– Барометр. Прибор такой. Атмосферное давление мерить.

– А почему только у Мишки атмосферное давление мерили? Почему он один на этой вещи лежал? Другим нельзя?

– Нельзя, - сказал я Толику.
– И Мишка на барометре зря лежал. Атмосферное давление не изменил, а прибор сломать мог. Научный работник, понимаешь!.. Поразмыслить ему!..

– Точно!
– шепот Толика перешел в жужжание.
– Точно! Мишка вещь на пол клал, а пол пыльный… Он два дня рук не моет, и уши… А еще у него на рыбках пятнышки какие-то грязные…

Я махнул рукой и ушел.

На другой день мы с Мишкой дождались, когда кончатся уроки, и побежали к рыбкам. Смотрим, а они плавают кверху брюхом.

– Та-а-ак, - протянул Мишка.
– Всё ясно: сдохли.

– Странно, - сказал я.

– В научном опыте подобный исход не исключается, - заметил Мишка.
– Впрочем, причину выяснить нетрудно.
– Он похлопал ладонью по своей толстой тетрадке.

Меченосцев мне было очень жалко, но Мишке я ничего об этом не сказал. А он тем временем сидел и изучал свою тетрадку.

– Не в том дело, что они вообще сдохли, - рассуждал Мишка, - а в том, что на данном этапе опыта они не должны были так поступать. Никак не могу найти ошибку в расчетах. Ну ничего, год просижу, а найду!

Год Мишке над его тетрадкой сидеть не пришлось. Я очень внимательно посмотрел на рыбок и вдруг всё понял. Внешний вид у них явно изменился.

– Главный Теоретик, послушай, - сказал я Мишке.
– Я, кажется, знаю, почему меченосцы не на том этапе перекувырнулись кверху брюхом.

Мишка взглянул на меня так, будто он сидит на горе, а я копошусь где-то внизу. Потом Мишка начал смеяться. Я никогда не видел, чтобы человек так долго смеялся. А когда Мишка успокоился, он сказал:

– Что ты можешь знать? Ты даже записи не смотрел! Ты даже не потрудился разобраться в научной основе исследования!

– К истине можно прийти разными путями, - сказал я. Эту фразу тот же Мишка мне и говорил, а тут я ее ввернул очень к месту.
– Пошли, Толика найдем!

Толика мы отыскали в кухне. Он сидел тихий-тихий.

– Эй, Толик, - начал я, - как, по-твоему, какую ошибку допустил Главный Теоретик?

– Нашел у кого выяснять!

– Бить не будете?
– спросил Толик.

– При чем тут бить?
– сказал Мишка.
– Ты знаешь, я против физической расправы.

– Не бойся, - подбодрил я Толика.

– Это не Главный Теоретик ошибку допустил.
– Толик понурился.
– Это я допустил… Когда вы в школу ходили, я этих меченосцев вынимал и зубной щеткой чистил. На них были пятнышки черные…

– Интересно, - Мишка приготовил карандаш.
– Ну и что?

– Вчера я их с головы чистил, - сознался Толик, - а сегодня с хвоста начал. Против шерсти.

– Шерсти у рыб не бывает, - заметил Мишка.
– Ты их зубной пастой чистил? Сколько раз тер? Пять… десять? Щетка у тебя жесткая?

– Я твоей чистил.

Мишка хотел Толика за щетку стукнуть разок, хоть он и против физической расправы. Но я заступился. Потом я задал Мишке очень вредный вопрос и поставил его в неудобное положение.

– Ну, кто из нас дилетант?

Мишка долго не мог ответить на мой вопрос, чего-то соображал. Наконец все-таки ответил:

– Время, когда один человек мог делать великие научные открытия, прошло, - сказал Мишка.
– Уровень науки не тот. Нужен коллектив. А я этого не учел. Выходит, я и есть дилетант. Может, вместе наукой займемся, а?..

Вообще-то лом собирать - штука несложная. Увидел во дворе трубу или еще какую-нибудь железку и тащи к школе. По сравнению с макулатурой металлолом собирать куда интересней. Им, например, громыхать можно. И никто ничего не скажет, потому что делаешь полезное дело. А бумагой как погромыхаешь? Никак!