Чтение онлайн

Третья девушка стояла между юными Лидией и Элинор, прижимаясь плечом к бабушке Аманды. Ее лицо было немного размыто из-за света, падающего сзади, но все равно виднелись мягкие черты и ясные пронзительные глаза, а в руках она держала небольшой букетик полевых цветов. Она выглядела чуть младше остальных и казалась немного скромнее, прижавшись к подругам, словно не привыкла быть в центре внимания.

– Ты знаешь, кто она? – тихо спросил Крис, не отрывая взгляда от снимка.

Аманда пожала плечами:

– Не знаю. Я никогда не видела ее раньше.

Аманда перевернула фото, надеясь увидеть подпись на обороте, но ее не было. Вместо этого она сама оставила отметину на снимке – крошечный алый мазок крови.

– Ты поранилась, – заметил Крис и забрал из ее рук фотографию. Он выпрямился и кивнул на закусочную: – Пойдем внутрь.

Поднявшись с корточек и по-прежнему сжимая свечу, Аманда взялась за ручку двери и обернулась, наблюдая, как Крис сметал в горшок последние осколки.

– Не выбрасывай их, – попросила она.

Он поднял на Аманду понимающий взгляд и кивнул:

– Разумеется. Занесем с собой, оставим на втором этаже. Я найду у бабушки контакты реставратора и свяжусь с ним.

Поежившись от порыва ветра, Аманда скрылась в закусочной. Она пересекла зал и зашла на кухню за аптечкой. Ее тут же обволок успокаивающий аромат свежей выпечки. Она открыла шкафчик с красным крестом и потянулась за коробом. Только сейчас Аманда поняла, что все еще сжимала в руке огарок свечи. Отложив его, не глядя, на стол, она вытащила аптечку и услышала предупреждающий вскрик Николь:

– Полотенца!

Опустив взгляд, Аманда заметила, как по рулону бумажных полотенец пополз огонь. Не дожидаясь, когда языки пламени охватят его полностью и перекинутся на деревянные разделочные доски по соседству, она плеснула на рулон молоко из мерного кувшина. Аманда выхватила его прямо из-под руки Вильяма. Тот поморщился, застыв с сотейником, в котором уже смешал растопленное сливочное масло с мукой:

– Сливочный соус…

Николь тут же сунула ему новую бутылку молока:

– Ничего страшного, нальешь еще. Привыкай, на кухне случается всякое, нужно быть готовым ко всему.

Аманда виновато поджала губы и взяла огарок, так неосторожно оставленный рядом с бумажными полотенцами. Тот был мокрым из-за попавшего на него молока, но на кончике фитиля все еще теплился крошечный огонек, который Аманда не сразу заметила. Она была уверена, что свеча потухла еще во время бури, когда фонарь разбился. Но огню, по всей видимости, был не страшен ни ветер, ни молоко.

Аманда попыталась украдкой затушить огонек – задуть, растереть пальцами. Но она лишь обожгла кожу на подушечках, а огонек разгорелся, словно ожив, начал становиться все ярче и горячее, поедая остатки свечного воска. Он пульсировал, будто дышал, и обжигал Аманду уже не только физически, но и чем-то глубже, как если бы это было прикосновение к тайне, которую следовало раскрыть.

Она уставилась на крохотное пламя, ощущая, как ее охватывает странное волнение, перемешанное с недоумением. Казалось, этот огонь был живым и обладал собственной волей, словно он хотел не просто гореть, а быть увиденным, привлечь к себе внимание. Николь, заметив, как она не сводит глаз со свечи, подошла ближе.

– Что с ней не так? – она наклонилась, но стоило ей попытаться коснуться свечи, как огонь чуть подрос и отодвинулся от ее пальцев, точно оттолкнув их невидимой рукой.

Аманда, прищурившись, наблюдала за огоньком, постепенно осознавая, что в нем было что-то потустороннее. Он мерцал, словно зов, от которого невозможно отвернуться, и тут же как будто ускользал, не позволяя приблизиться слишком близко. В этом огне таилось нечто древнее, глубоко спрятанное и вместе с тем настойчивое.

– Мы с Крисом… – начала Аманда, но не успела договорить, как пламя вдруг потянулось к ее руке, по-прежнему сжимавшей черный огарок. Она почувствовала жжение на запястье и поспешила избавиться от свечи, установив ее на блюдце.

Крис заглянул на кухню, обхватив обеими руками горшок. Он обвел выразительным взглядом Аманду, Николь и Вильяма. Не дав ему заговорить, Аманда взяла аптечку, блюдце с пресловутым огарком свечи и поспешила к нему, бросив за спину:

– Мы с Крисом ненадолго поднимемся в мою комнату, скоро вернемся.

Не задавая лишних вопросов, тот проследовал за Амандой. Когда за ними закрылась дверь, он сгрузил горшок возле старого деревянного комода и вытащил из кармана дутого жилета фотографию. Положив ее на тумбочку рядом с блюдцем, он на мгновение задержал взгляд на свече, но тут же переключил внимание на ладони Аманды. Те были испещрены крохотными тонкими порезами, из которых слабо сочилась кровь. Крис почувствовал легкое головокружение, которое всегда испытывал при виде крови.

– Я справлюсь, – мягко проговорила Аманда, помня, как в седьмом классе Крис упал в обморок на физкультуре, когда их однокласснику случайно разбили нос баскетбольным мячом. То же происходило всякий раз, когда Крису приходилось сдавать кровь в больнице.

– Неудобно обрабатывать раны одной рукой, – заметил он и потянулся к хлоргексидину и вате. Смочив ее, он нежно провел по ладоням Аманды, с особой тщательностью проходясь по порезам.

Ее пальцы напряглись под его рукой, и, уловив ее осторожный взгляд, Крис улыбнулся, успокаивающе поглаживая ее запястье большим пальцем.

– Терпи, – прошептал он, с мягким прищуром глядя на нее, – обещаю, что буду аккуратен.

Аманда тихо кивнула, отпуская напряжение. Крис принялся осторожно промывать каждый порез, чуть наклонив голову, чтобы лучше видеть раны, но избегая лишний раз смотреть на кровь. Его пальцы, легкие, как прикосновение перышка, скользили по ее ладоням, пропитывая вату красноватыми пятнами. Он действовал так, будто ее кожа была хрупким фарфором, требующим особой заботы.

Время от времени он отрывался от ладоней Аманды, чтобы выбросить использованную вату и снова смочить новый кусочек. Когда все порезы были обработаны, Крис потянулся к бинту, развернул его и, подняв ее ладонь, начал медленно и бережно обматывать ее тонкими слоями марли, прочно, но не слишком туго, чтобы ей было комфортно.

Аманда с интересом наблюдала за Крисом, заметив легкий румянец на его щеках и как он упрямо прикусывал губу, стараясь не ошибиться ни в одном движении и не доставить ей боли.

– Знаешь, ты совсем не похож на того мальчишку, который падал в обморок, – приглушенно произнесла она, чуть склонив голову к плечу.

– Ну, для тебя, думаю, стоит постараться, – несмело ответил он, завязывая последний узел на бинте и осторожно касаясь его пальцами, как бы проверяя прочность своей работы. Следом за левой ладонью он начать перевязывать правую.

Закусив губу, Аманда отвела глаза от Криса и опустила их на свои забинтованные ладони. Почему-то именно сейчас ей не хотелось пересекаться с ним взглядами. Они были не просто лучшими друзьями. Не просто друзьями детства. Они были по-настоящему близки друг с другом, могли доверить все тайны и секреты, поделиться переживаниями и поговорить о наболевшем, не боясь столкнуться с насмешками или непониманием.