Чтение онлайн

– Да, Аманда, дверь была открыта, – чуть ли не по слогам повторил Крис. Он напряженно сжал ручку чашки. – Ты еще не выходила на крыльцо?

– Нет, только в сад, – покачала она головой, а внутри нее все похолодело. Она чувствовала, что именно по этой причине их разговор с Крисом был похож на диалог из учебника по иностранному языку.

Он сжал губы в тонкую ниточку. Аманде хотелось тут же сорваться и выбежать из закусочной, но взгляд Криса буквально пригвоздил ее к стулу. Наконец, он нарушил молчание:

– Ваш тыквенный фонарь разбился. Видимо, его сорвало ветром.

Эти слова, как острые осколки стекла, вонзились в сердце Аманды. Она уставилась на Криса, не в силах сразу осознать услышанное. Горло перехватило, и она почувствовала, как ее глаза наполнились слезами.

– Разбился… – прошептала она, словно пытаясь убедить себя, что это всего лишь кошмар, стоило лишь проснуться, чтобы он закончился.

Крис молча отхлебнул кофе, давая ей время переварить новость. Аманда закусила губу и отвернулась, чтобы скрыть от него свои чувства, но это было бесполезно. Он знал ее слишком хорошо, чтобы не заметить, как тяжело ей сейчас.

Закусочная без тыквенного фонаря казалась Аманде неправильной, словно потеряла частицу своей души. Этот фонарь был символом их семейной истории, их уютного места, где всегда было тепло и спокойно, даже когда за окнами бушевали ураганы. Он пережил столько бурь, столько зим… А теперь его нет.

Она почувствовала, как что-то внутри нее разрушается. Это был не просто фонарь. Это была их связь с бабушкой, их оберег. Словно потеря его означала, что что-то неуловимое и важное исчезло навсегда.

– Прости, – мягко сказал Крис, опустив взгляд на чашку и проведя кончиком пальца по ее ободку. – Я не хотел говорить тебе это вот так.

Аманда медленно выдохнула, пытаясь взять себя в руки. Она понимала, что не может сидеть здесь и сожалеть о прошлом. Нужно было что-то делать.

– Я должна увидеть его, – прошептала она, вставая так тяжело, будто на ее плечи давил невидимый, но ощутимый груз перемен.

Крис, мгновенно поднявшись, предложил ей руку, но она только слегка качнула головой.

– Я сама.

Выйдя на крыльцо, Аманда сразу заметила осколки стекла, сверкающие в робких лучах рассвета. Остатки тыквенного фонаря лежали на крыльце, словно разорванное сердце. Она медленно присела, осторожно собирая их в ладони, словно боялась повредить еще сильнее.

Крис стоял рядом, ничего не говоря, лишь изредка касаясь ее плеча в молчаливой поддержке.

– Может, получится как-то склеить, отреставрировать? – предложил он, нарушая тишину.

Аманда подняла на него взгляд, полный неопределенности и страха:

– Может, получится склеить, – повторила она за Крисом, крепче сжав осколки в руках, не обращая внимания на порезу. – Его дух… он всегда будет с нами.

– Мне очень жаль, – поморщился Крис и присел рядом, помогая Аманде собирать осколки. – Я думал, вы с Лидией уже видели. Кстати, где она? На кухне?

В его голосе прозвучали нотки ободрения, будто бы разбившийся фонарь – самое плохое, что принесла буря. Глядя на осколки, которых, казалось, было сотни, Аманда осознала – фонарь разбился не просто так. Из него утекла жизнь, потому что он был связан с бабушкой. Это было как раз тем, чего она боялась. Исчезновение бабушки и разрушение их семейного оберега – это не совпадение. Осколки фонаря подтверждали ее страшную догадку – бабушка исчезла. Не оставив ни следа, ни объяснений.

Аманда почувствовала, как холод пронзил ее до самого сердца. Теперь она была уверена: на семью Фелтрам снова обрушилось проклятие.

– Нужно убрать здесь все до открытия, – глухо произнесла Аманда, проводя ладонью по россыпи осколков, словно те были драгоценными камнями. Когда среди них показалось что-то темное, она нахмурилась и принялась отбрасывать осколки в сторону.

– Свеча? – удивился Крис, глядя на находку. – Я думал, в фонаре лампочка.

– Я тоже так думала, – пробормотала Аманда, держа в ладонях черный, как обсидиан, огарок свечи с прожилками сухоцветов и трав. Он приковывал взгляд и завораживал своей гладкой блестящей поверхностью, несмотря на многочисленные подтеки.

Пока Аманда изучала свечу, Крис принес из закусочной совок и щетку. Он принялся подметать осколки и ссыпать их в горшок для рассады.

– Стой! – вскрикнула Аманда, заставив его вздрогнуть. Сжимая в одной руке свечу, второй она потянулась к горшку. Из осколков торчал уголок, похожий на фотографию. Крис присел рядом и помог ей вытащить черно-белый снимок.

– Как здесь оказалось фото? – нахмурился он.

Аманда повела плечом:

– Видимо, было внутри фонаря.

Крис хмыкнул:

– Внутри фонаря рядом с зажженной свечой? Оно бы давно сгорело. Посмотри, оно же…

«…совсем как новое», – мысленно закончил Крис. Эти слова застряли у него в горле, когда он получше рассмотрел снимок.

Аманда и Крис склонились над фотографией. На ней были запечатлены три девушки, обнявшись, словно были лучшими подругами. Улыбаясь, они смотрели прямо в объектив.

– Это же ты, – показал на девушку слева Крис.

– Это моя бабушка, – поправила его Аманда. – Я очень похожа на нее.

– Логично, – сглотнул Крис. – Ты не могла быть на этом снимке, он годов семидесятых или восьмидесятых.

Они задержали взгляд на юной Лидии: те же чуть вьющиеся волосы, слегка наклоненная голова и знакомая улыбка. Крис провел кончиком пальца по девушке справа: с короткими темными волосами и серьезным выражением лица. Даже улыбка не скрывала ее суровый и до боли знакомый взгляд.

– А это уже моя бабушка, – прохрипел он внезапно осипшим голосом.

– Они дружили?! – опешила Аманда.

Сколько Крис и Аманда себя помнили, между их бабушками всегда были, мягко говоря, натянутые отношения. Бабушка Криса – Элинор Дейкворт – испытывала неприязнь и даже ненависть к Лидии и всей ее семье. Лидия же замыкалась, когда Аманда принималась расспрашивать ее об Элинор и выяснять причины такого поведения. Ни одна, ни вторая так и не выдали тайны своего прошлого, в которых крылся источник враждебности.