Чтение онлайн

– Майра, – сказала я, – ты никогда этого не сделаешь.

– Надеюсь, что не сделаю, но я знаю, как мужчины смотрят на меня, и не хочу провести остаток жизни, отбиваясь от парней, желающих поразвлечься со вдовой, или убеждая чужих жен, что их мужья меня не интересуют.

Я подумала об Оуэне Маллое, который беспокоился, что Жемчужина станет нас навещать.

Никого не будет волновать молодая женщина, живущая вместе с родителями, или замужняя женщина под защитой собственного мужа, однако опытная вдова представляет собой большое искушение, особенно для мужчин, убежденных, что Жемчужина это только приветствует. А отсюда последуют всякие ссоры и перебранки.

– Майра, если ты будешь жить в Нокнукурухе со мной и Майклом, он позаботится, чтобы никто не обидел тебя.

– Я не могу уйти в холмы к этим крестьянским женщинам, – ответила она. – Но теперь я по крайней мере могу ходить с мамой в город и продавать там улов.

Бабушка очень разозлилась на отца Джилли. Тысячи лет ирландцы жили по законам брегонов, в соответствии с которыми брак считался договором двух равных партнеров.

– Есть десять разных видов легальных взаимоотношений между мужчиной и женщиной, – утверждала она.

Бабушка сказала Майре, что ирландские традиции на ее стороне. Джонни погиб. Договор расторгнут.

– Когда я была молодой и жила в Коннемаре, мы женились вообще без священников. Просто соприкасались пальцами через отверстие в каменном кресте. И дело сделано.

Майра спросила у бабушки, знает ли она какого-нибудь парня, который следует древним традициям. Бабушка сказала, что, возможно, знает.

– Ради бога, Онора, выходи ты уже замуж, сколько можно, – чуть ли не каждый день повторяла мне Майра в течение последующего месяца.

– Это будет как-то неправильно, наверно, – отвечала я.

Мой день рождения давно прошел. Отец Джилли уже отслужил поминальную мессу через месяц после гибели Джонни, Дэниела и их отца, но мне все равно казалось, что прошло слишком мало времени, чтобы веселиться на нашей свадьбе.

– Он молится о спасении души Джонни, но при этом не признает, что тот умер. О каком здравом смысле можно тут говорить? – спросила как-то Майра.

Мы с ней были одни: остальные отправились копать картошку на garra'i Mhurchadha – общее поле всех рыбаков, а Майкл ушел помогать Оуэну Маллою.

До дня Святого Михаила и начала аренды оставалось три дня. Въезжать в дом одному Майклу было нельзя – дурная примета, а я не могла бросить Майру. Хотя по ней не было заметно, что она беременна, сама она считала, что ребенок может родиться уже к Рождеству.

– Бабушка считает, что мне следует уехать в Ард/Карну, подальше от всяких священников. Она говорит, что там обязательно найдется наш двоюродный или троюродный родственник из Кили, свободный, чтобы жениться на мне, – сказала она. – Они знают, что Джонни погиб, но разве они сами потеряли мало своих близких?

– Это довольно бедные края, Майра. К тому же ты будешь так далеко от нас.

– А может быть, я найду себе красивого разбойника. К западу от Утерарда не действуют никакие законы, там нет дорог, и там тысячи мужиков, – сказала она.

– Ох, Майра!

Она вдруг запела:

– Прекрати, Майра! Или ты хочешь, чтобы Анни Лихи слышала, как горланит ее непутевая невестка?

Майра принялась хохотать, но сквозь слезы.

– Вот что я сделаю. Подговорю старика Мартина О’Малли, чтобы он свел меня с каким-нибудь преступником или тем, кто тайком гонит poit'in. В Коннемаре таких тьма, за каждой скалой.

Мне показалось, что сейчас самый подходящий момент, чтобы рассказать ей о Патрике Келли, но Майра вдруг заплакала.

– Где он, Онора, как думаешь? Мой веселый Джонни с его сладкими устами. Он вообще попал на небеса? Тело не похоронено, даже косточек не осталось, чтобы подняться в судный день. Неужели рыба, ловлей которой он всю жизнь промышлял, отомстила ему и отыгралась на нем? Ох, Джонни! Во мне сейчас живет твой отпрыск. – Она утерла слезы со щек. – Я не пойду в Барну со склоненной головой, Онора. А ты должна сыграть свою свадьбу. Я знаю, что мой Джонни сейчас сказал бы мне: «Майра, ради бога, вбей ты своей сестрице в голову хоть немного здравого смысла – есть целая куча девушек, которые мечтают заполучить себе такого мужа, как Майкл Келли, с участком земли и кошельком золота. Уговори ее побыстрее выходить за него». И тогда получится, что Майра – в Коннемаре, а Онора – в Аскибуое.

– В Нокнукурухе, – уточнила я. – К тому же я не хочу бросать тебя.

– Выходи замуж, а то кто-нибудь начнет нашептывать Майклу Келли: «Место Оноры Кили среди монахинь, она уже передумала и просто стесняется сказать тебе об этом, а вместо нее у меня есть для тебя моя собственная очаровательная дочка».

– Ты совсем не знаешь Майкла, – сказала я.

– А ты, Онора, совершенно не знаешь мужчин.

Отец Джилли поженил нас в День Святого Михаила, 29 сентября. Майклу было восемнадцать лет, а мне – уже две недели как семнадцать. В таунлендах понимали: из-за того что Майра все еще оплакивает мужа, свадьба наша будет скромной, совсем без танцев, а угощать будут только картошкой да глотком самодельного виски, привезенного нашим троюродным кузеном Кили, который теперь сидел в церкви рядом с Майрой.

Во время церемонии отец Джилли постоянно поглядывал на Майру и подозрительного парня из Коннемары. Но Майра не отводила глаз: из нее самой получился бы неплохой разбойник с большой дороги.

Когда отец Джилли начал рассуждать о том, что к браку нельзя относиться легкомысленно и беспечно, Майра презрительно смерила его взглядом с головы до ног. Затем он позвал нас с Майклом к алтарю.

– Берешь ли ты Онору Кили себе в жены?

– Да, – ответил Майкл.

Голос отца Джилли для меня вдруг стал почти неслышным, когда Майкл взял меня за руку и мы взглядами поклялись в верности друг другу. Глаза у него были синими-синими, под цвет вод залива Голуэй в то утро, когда он послал мне моего избранника.

– Да, – выдохнула я.

Когда мы шли по деревне мимо Большого Дома, нас было всего человек двадцать. Мисс Линч с отцом уехали в Дублин, а большинство остальных местных жителей были заняты на сборе урожая. Мы уже подошли к узкой проселочной дороге, спускавшейся к морю и нашим хижинам, когда увидели вдалеке двух всадников, скакавших по берегу со стороны Фубо.

– Проклятье, черт побери, – услышала я слова Маллоя.

Это были старый майор и его сын, капитан Пайк. Мы расступились, чтобы могли проехать их большие лошади. Джентльмену ничего не стоит сбить прохожего. Ну, проезжайте себе мимо, пожалуйста.

Но старый майор заметил Оуэна Маллоя и остановился.

– Бросил сбор урожая ради какой-то свадьбы, Маллой?

– Зерно уже в закромах, ваша честь, – ответил Оуэн.

– А где же жених с невестой? – спросил майор Пайк.

Мы с Майклом стояли в кольце людей, и нас нелегко было рассмотреть.

– Ну-ка подойди сюда, не робей. Тесси Райан, это ведь ты?

– Да, ваша честь.

– Ты забралась далеко от своего дома, Тесси. А теперь покажи мне невесту и жениха.

– Вот они, ваша честь. – Она показала пальцем на нас.