Чтение онлайн

— Потерпи, — прошептал он, целуя меня в шею и оставляя на коже мокрые дорожки своим языком.

Я сжала кулаки, пытаясь собрать в себе остатки сил.

— Боже… — прошептала я, сжав зубы, зажмурившись от боли и бессилия.

Он начал ускоряться, каждое его движение усиливало и без того невыносимую боль.

— Да, детка, кричи! — произнёс он хрипло, с очевидным наслаждением. Казалось, мои страдания только разжигали его жестокую жажду.

Он грубо сжал меня за ягодицу, словно намереваясь оставить на моей коже следы своих рук. Его хватка была болезненной, а толчки становились всё резче и глубже.

— С тобой это гораздо интереснее, чем с другими, — прошептал он с насмешкой, его дыхание обжигало мою кожу. — Надеюсь, тебе станет ещё больнее.

Каждое его слово, каждый новый толчок казались пыткой, отнимая у меня последние силы. Я старалась не кричать и не казаться слабой, но тело меня не слушалось. Я кричала с каждым его толчком. Я не знала что это будет настолько больно.

— Ты не представляешь, как ты хороша в таком состоянии, — произнёс он, не унимаясь, и я почувствовала, как его слова впиваются в меня, как ядовитые шипы.

Каждое его движение было как удар, безжалостный и разрывающий меня изнутри. Я пыталась справиться с болью, прикусив губу до крови, но тело предательски выдавало мой страх и страдание. Крики вырывались из моей груди, как бы я ни старалась их сдерживать.

Его хватка усилилась, пальцы оставляли болезненные следы на моей коже. В его глазах читалось торжество, словно он наслаждался не только моей болью, но и моим бессилием.

Я сжала кулаки, ощущая, как ногти впиваются в ладони, и пыталась сосредоточиться на мысли о спасении. Боль казалась бесконечной, но внутри меня начала загораться искра сопротивления.

— Пожалуйста, прекрати… — прохрипела я, надеясь хоть на каплю милосердия.

— Прекратить? — Он тихо засмеялся, наклоняясь ближе, так что его лицо оказалось совсем рядом с моим. — Нет, милая. Это только начало.

Его слова прозвучали как приговор, но внутри меня вспыхнуло что-то, что не позволило окончательно сломаться.

Он вторгался в мою душу всё глубже, заставляя мои страхи и слабости выходить на поверхность. Боль разрывала меня, а отчаянные крики словно терялись в пустоте, не достигая его ушей. Он был сильным, непреклонным, и я не могла противостоять ему — у меня не осталось сил.

И когда я услышала его хриплый стон, напряжение спало. Его тело обмякло, и он тяжело рухнул рядом, оставляя меня погруженной в хаос собственных эмоций.

Я лежала, уставившись в потолок, не в силах осознать, что только что произошло. Я голая в его постели, а он рядом, и вся эта ситуация казалась абсурдной. Внутри всё бурлило, и я едва сдерживалась, чтобы не взорваться. Мне хотелось его убить. Просто прикончить.

— Увы, ты досталась мне, а не Асперу, — усмехнулся он, вставая с кровати и натягивая брюки. — Это была жаркая ночь. Твоя тугая дырочка способна творить чудеса. Даже сам король доволен, Лилу. Что тебе ещё нужно?

Я прикрыла своё тело одеялом, слегка приподнявшись и откидывая спину к изголовью кровати.

— Пошёл ты, — не взглянув на него, ответила я с холодной ненавистью.

Он усмехнулся и подошёл к столу, полуголый, налив себе бокал вина.

— Их было двое, да? — спросил он с насмешкой. — Но вот лишил тебя девственности я, моя дорогая женушка. Хотя… — он сделал паузу, а затем продолжил, — ты отняла у меня много сил. Ты действительно огонь. Я не против провести с тобой ещё тысячу ночей.

— Ты изнасиловал меня, — выдохнула я, сердце сжалось от отвращения.

— Называй это как хочешь, мне всё равно. Я имею право на твоё тело.

— С каких пор?

— С тех пор, как ты стала моей женой, — он сделал глоток вина, не отрывая взгляда от меня. — Детка, я позову тебя ещё.

Он ушёл в ванную, оставив меня одну в этой ужасной тишине. В груди было пусто и холодно, как будто я потеряла всё, что могла когда-то считать своим.

Я лежала неподвижно, обхватив себя руками, будто пытаясь спрятаться от окружающего мира. Его слова эхом звучали в моей голове: «Я имею права на твоё тело.» Отвращение к нему, к этой ситуации и даже к самой себе разъедало меня изнутри.

Между ног продолжала пульсировать боль. Каждое движение приносило дискомфорт. Он был слишком резким, слишком грубым. Я приподняла одеяло, осторожно заглянув внутрь, и увидела простыни, испачканные кровью.

Боже…

Так много…

Мои пальцы сжались на краю одеяла, и я едва удержалась, чтобы не закричать. Я чувствовала себя пленницей, запертой в клетке, которая на первый взгляд казалась золотой, но на деле была сделана из боли и унижений.

«Он причиняет мне боль, а потом превращает всё это в шутку. Для него это нормально, для меня — новая рана, которую не скрыть за улыбкой.»

Пока он был в ванной, я, сдерживая боль, медленно поднялась с кровати. Нога ныла, а жгучая боль между ног не давала двигаться быстро. Укутанная только в одеяло, я спешила покинуть его покои. Слёзы предательски скатывались по щекам, но я быстро стирала их дрожащими руками. Нет, я не могу позволить себе слабость. Я не должна плакать. Он не достоин моих слёз.

Я всегда находила в себе силы пройти через самое страшное, и сейчас не будет исключением. Я смогла раньше — смогу и теперь.

Глубоко вздохнув, я выпрямилась, несмотря на боль, и сделала шаг вперед. Одеяло, которым я прикрывалась, скользило с плеч, цепляясь за кожу, но я даже не думала поправлять его. Мне было все равно, как я выгляжу. Главное — уйти, пока он не выйдет. Пока его слова не ранили меня сильнее, чем уже сделали.

Мои пальцы дрожали, когда я коснулась дверной ручки. «Только вперёд», — напомнила себе. Неважно, что мои колени трясутся, а внутри всё кричит. Я ведь всегда умела быть сильной, скрывать всё это. И сейчас не время менять привычки.

Когда дверь за мной захлопнулась, я выдохнула, но этот выдох оказался каким-то рваным, словно из груди вырвался крик.

Вернувшись в свою комнату, я поспешила к зеркалу. Увидев свое отражение, я ощутила шок. Одеяло скользнуло на пол, и я заметила, что моё тело покрыто синяками. Это были следы насилия.

Я стояла не в силах отвести взгляд от своего отражения. Мои руки дрожали, когда я осторожно коснулась синяков на плечах, на бедрах. Они пульсировали болью, но куда сильнее болело между ног.