Чтение онлайн

Арин и Бебхен тоже заметили рабыню и тоже остановились. Мгновение хозяйка Оплота говорила что-то приемной дочери, поглаживая ее нежно по спине, потом заставила ее что-то ответить, сквозь силу улыбнуться, поцеловала в лоб и поспешила к воротам - видимо, помогать встречать гостью.

Проклятую гостью.

Бебхен после ухода матери не шелохнулась. Биа видела, как вся она ужасно напряглась, как сжались ее пальцы в тяжелые кулаки. Вспомнился рассказ Гуна о происхождении младшей сестры. Ведь она тоже прошла через Хельгу.

Бианка пробыла в Прибрежной крепости всего день, но многое успела перетерпеть... А сколько там пробыла Бебхен? Видит Господь, у девушки тоже был вздорный нрав, кто знает, как Хельга пыталась поставить ее на место.

– Бебхен?
– Биа осторожно окликнула девушку, но та не двинулась. Она стояла, как вкопанная, и наблюдала за рабынями и слугами.

Бианка переглянулась с Триш. Подруга кивнула на удивление решительно и вдвоем они подошли к Бебхен.

Сложно было поверить, что это она, громкая, шебутная девчонка. Бебхен побелела, даже губы у нее стали нездорово-синими, глаза округлились и странно выпучились. Она вздрогнула, когда Биа окликнула ее еще раз и положила руку ей на плечо.

– Я думала это Эдвард, а это...
– она зажмурилась, будто ей больно было говорить, - эта женщина.

– Нам с Триш выпала радость с ней познакомиться, - выговорила Бианка с пониманием к Бебхен и со злостью на Хельгу.

– Почему ее вообще сюда впустили? Еще и вещи ее разгружают!
– затараторила Бебхен, нервно перебирая пальцы, - она же мерзкая... Последняя сволочь, ведьма!..

– Байраш, - вдруг Бианка вспомнила слово, которым, как ей рассказывали, пользовались южане, и решила использовать его, чтобы успокоить Бебхен.

Та нахмурила бровки и растерянно посмотрела на собеседницу.

– Ты не знаешь это слово? Так софирцы и другие южане называют злых духов, ведьм и всякую нечисть.

– Байраш...
– повторила Бебхен медленно, словно бы смакуя, - мне нравится. Теперь буду называть ее только так!

Биа усмехнулась, но вместе с тем прибавила:

– Лучше никак ее не называть. И не видеть ее.

В глазах у Бебхен что-то вспыхнуло. Она посмотрела на собеседницу внимательно, изучающе, и задумчиво проговорила:

– На тебя она тоже наверняка ополчилась...

– Да. Нам с Триш...

– Нет, - Бебхен перебила, - на тебя. У этой женщины...
– она осеклась и довольно поправилась, - у этой байраш крышу сносит, если рядом с Гуннаром появляется другая женщина, - девушка сложила руки, медленно перевела взгляд снова на телегу, на вещи Хельги. Младшая выглядела так, будто замышляла нечто коварное и пыталась уцепиться за что-то такое, что можно использовать против Хельги.

– Он рассказывал мне немного об этом, - проговорила Бианка с сочувствием, - Гун сказал, что ты потеряла память...

– Потеряла память?
– ее лицо исказила злая и горькая одновременно усмешка, - она лишила меня памяти! Каждый раз, когда я вспоминала...
– глаза у Бебхен помокрели, голос вздрогнул, - она наказывала меня каждый треклятый раз. Она била меня, мучала. Из-за нее теперь если я и пытаюсь что-то вспомнить - вспоминаю только боль и страх от ее наказаний!

На сердце потяжелело. Ведь тогда... Сколько, как сказал Гун, ей было лет? Семь? И Хельга взаправду пытала маленькую девочку? Почему? За что?!

Вспомнился вдруг разговор с Гуннаром про способность прощать, про второй шанс для каждого... Это казалось правильным и справедливым. Но в каком-то другом мире. Ведь разве можно простить кому бы то ни было то, что творила Хельга?

– И ты совсем ничего не помнишь?
– вопрос Триш прозвучал слабо, будто она стояла где-то далеко-далеко, и Бия услышала его совершенно случайно.

– Только совсем немного... Помню своего отца. Настоящего отца. Он был полным и теплым, мне нравилось сидеть в него на коленях... И он не был южанином. У него кожа была белая, как у вас, - Бебхен качнула плечами, - значит, моя мама должна была быть южанкой... Иногда я пытаюсь придумать историю, как они нашли друг друга и как я появилась на свет. Это все, что мне остается, - Бебхен потупила тоскливый взгляд, - я благодарна Гуну и моей семье. Они правда моя семья, но... Мне все равно всегда ужасно не хватало своего дома, своей родной земли. Я так хочу знать, кто я и откуда я взялась. Просто... Не могу идти вперед без этого знания. А эта женщина отняла его у меня. Эта байраш...
– одинокая слезинка капнула ей на щеку и покатилась по гладкой смуглой коже. Бебхен стиснула зубы, рассерженно нахмурилась и спешно ее вытерла, - я никогда ей этого не прощу. Я хотела бы... Ужасно хотела бы сделать ей также больно, забрать у нее что-то не менее ценное...

– Не трать на нее свои силы, - хотелось утешить ее и обнять, но Бии вдруг почудилось, что Бебхен это не понравится.

То, как она злилась сейчас на собственные слезы, то, как переводила грусть в злобу, указывало, что ей не по душе быть слабой.

– Может, поговорим с Арин и попросим, чтобы нам разрешили не приходить на ужин, пока там она?
– вдруг предложила Триш, - Бианка же может завтракать у себя. Все нормально к этому относятся. Пускай Хельга сидит там с Гуннаром и остальными.

– Да... Это хорошая идея, - Биа улыбнулась подруге, но та отвела взгляд.

Кажется, между ними все равно еще не все гладко...

– Нет, - категоричность в ответе Бебхен заставила девушек недоуменно на нее посмотреть.

Ох, как же не понравилось Бианке ее выражение лица! Решительный взгляд, коварная ухмылка и ярость, искрящаяся в глазах. Она что-то задумала. Точно задумала. И едва ли ее затея кому-либо придется по вкусу.

– Мы пойдем туда и встретимся с байраш! Но сперва оденем тебя, Биа, в самое лучшее платье в Оплоте и сделаем тебе самую роскошную прическу!
– Бебхен схватила удивленную собеседницу за руку и прижала ее ладонь к своей груди, - ты покажешь ей! Поставишь ее на место ради всех нас!

– Я не понимаю...

– Что тут понимать? Она сходит с ума по Гуннару и не переносит красивых женщин! Мы сделаем тебя самой красивой женщиной! Такой, что у Гуна челюсть отвиснет!
– Бебхен запрокинула голову и на выдохе проговорила, словно обращаясь к небесам, - ха! Я представляю ее лицо, когда она поймет, что ничегошеньки не может сделать!

– Разве дразнить ее - хорошая идея?
– неуверенно пискнула Триш.

– Кто-то давно уже должен поставить ее на место!
– Бебхен и ее схватила за руку, - а я предлагаю самый безобидный способ!
– она уверенно зашагала к воротам, увлекая за собой девушек, - видят предки, либо так, либо я задушу ее ночью подушкой!

«Что ж. Тогда лучше так...», - подумала Бианка. И хотя мысль вновь бросать вызов Хельге не слишком пришлась ей по душе, где-то глубоко внутри Биа почувствовала азарт и сладкий привкус мести.

Только вот Бианка опрометчиво забыла, что послевкусие у мести бывает очень горьким...

Вывод был неутешительным. Сплетницы Дубиншофта не осилили поставленную задачу.

Точнее, они справились прекрасно. Слухи о пропаже госпожи Майер разлетелись по городу быстрее, чем чума по злачному району, в каждом доме, за обедами, на приемах, в уединенных беседках и даже служебных подсобках судачили об этих возмутительных новостях.