Чтение онлайн

— Эмилия!

Первое, что вырвалось, едва пришел в себя. Куда делась девушка, что с ней стало. Я помнил лишь, как она, словно горная козочка, прыгнула ко мне, закрывая собой.

Смешно, ее тела и близко бы не хватило, чтобы стать щитом. Но ведь попыталась. На душе стало приятно теплеть. Странная Эмилия. Эми…

А потом вспомнил поцелуй. Создатель, что меня дернуло! Но… не жалел ведь. Сделал, то, о чем думал, едва взглянув на ее призывно манящие губы. То же мне, монахиня.

За все это время она ни разу не показалась, и я начинал волноваться. Пока поздней ночью дверь сарая не приоткрылась. Я весь подобрался, напрягая слух, но, не выдавая, что проснулся. Меча, само собой, не было со мной, на руках лишавшие сил наручи. Но без боя сдаваться не стану.

— Валдор? — тихий шепот раздался где-то рядом. — Спишь? — вопрос прозвучал грустно, словно она могла бы скучать по мне.

Но притворяться смысла не было.

— Зачем? — горло было деревянным от долгого молчания и холода.

От неожиданности девушка охнула, но вопреки здравому смыслу подошла к клетке. Я поднялся на локтях, рассматривая ее.

— Ты голодный? Я принесла кое-что, жаль что мало. Но большего не нашла, — Эми протянула мне хлеб и кажется валеную оленину. Слюна наполнила рот. Кормили скудно, оттого есть хотелось так давно, что уже не замечал голода.

— Зачем ты помогла мне?

— А ты?

Резонно. Кажется, Эми, как и меня, терзали вопросы. Я осмотрелся, пробежался глазами по девушке, но ничего похожего на ключ у нее не оказалось.

— Что они собираются со мной делать? — ничего хорошего и не ждал.

Эмилия отвела взгляд. Переступая с ноги на ногу, она все не решалась ответить.

— Можно без прелюдий, — бросил я, отмечая, как на бледных щеках Эми выступил забавный румянец.

— Это одаренные, они захватили нижний город пять дней назад и прячутся тут от инквизиции. И их довольно много, — доложила Эми, явно не беспокоясь, что кого-то выдает.

Да и с чего бы: я живой труп.

— На меня особые планы? — усмехнулся с горечью.

Девушка кивнула.

— Когда…все произошло, я не знала, как объяснить. Ну… я, имею ввиду, зачем спасала инквизитора.

— Эми, судя по растерянному виду, ты и себе толком ответить не можешь.

Она подняла голову, смотря открыто и без страха, сжимая кулаки, думала, я не замечаю. В глубине зрачков плескалась упрямая решительность.

— Меня так дома называли, — сказала она глухо, и тряхнула головой, сбрасывая наваждение.

Наверное, я не имел право. Бесцеремонно влез в ее душу и потревожил память. Мне бы не понравилось, посмей кто-то сделать со мной также.

— Да, это был порыв. Но не могла же я позволить убить тебя…вас.

Смех сам полез наружу. Уж слишком напряженно все было. Время умирать, вокруг маги, а меня защищает девочка, такая ранимая и беспомощная, что впору ее саму задвинуть за спину. Но там железные прутья. А она еще умудряется думать о приличиях и смущаться.

Эмилия забавно сморщила носик, но не стала вслух оправдываться.

— Брось ты это. Не до пируэтов тут. Значит, тебя послушали? Интересно, — я с трудом верил в ее авторитет среди магов.

— Я сказала, что хочу посмотреть на ваши мучения, — она продолжала забываться, фамильярность не давалась так просто. — И пришлось наврать. Что вы…ты…

Совсем покраснела, кожа видно горела, и Эми прижала руки к щекам и отвернулась. Я приблизился к прутьям, стоя прямо у нее за спиной. При желании мог дотронуться, но лишь нависнув над ней тяжело дышал.

Эми выглядела израненной. Не физически. Она как заблудившийся в темноте человек, рыскающий и не находящий выхода.

— Итак, Эмилия. В каком злодеянии ты обвинила несчастного инквизитора? — наверное, в голосе прозвучало неприкрытое веселье, что Эми обернулась и тоже несмело улыбнулась, словно понимала шутку.

— Надругательстве.

Такого я не ожидал и закашлялся, не найдясь, что ответить. Вот вам и послушница, ничего умнее в голову ей не пришло. Казалось бы, жестокий инквизитор, чего он только не творил, а в итоге стал насильником.

Отсмеявшись, перевел дыхание.

— Так, значит… — мотнул головой, не зная как прокомментировать. — Надеюсь не поцелуй натолкнул на такую идею?

Эми нахмурилась и отвернулась.

— Эмилия, я тебя обидел?

Она мотнула головой, но не повернулась.

— Ты правильно поступила. За это преступление особое наказание, жертве, если она желает, позволяется высказать обиды. Любым способом.

Девушка кивнула.

— Я так и подумала. Быть может, удастся найти решение. Мне бы не хотелось твоей смерти, Валдор. Все же, ты не дал мне погибнуть и был со мной вежлив, больше чем я рассчитывала.

— А ты думала, я сразу стану пытать, лишь узнав, что ты маг?

Эми вздрогнула, невольно потянулся к ней рукой. Ее плечико идеально вмещалось в ладонь, словно для нее было и создано. Я слегка сжал пальцами, и успокаивающе погладил. Не уверен, что напуганную девушку успокаивают именно так.

Я вспомнил кое-что, за что так и не извинился. Вдруг не будет уже шанса:

— Эми, прости меня, что тогда применил свой дар. Иначе не успел бы поймать, и ты скатилась бы с обрыва. Но все равно, не должен был.

— Разве не это делают в ордене?

Тут она была права. Я не встречал инквизиторов, кто отказывал себе в удовольствии оторваться силой. И судить их было трудно.

Магия в нас мало чем отличается от других одаренных, а значит, рано или поздно требует выхода. Иначе плохо становится самому. Особенно сильно в минуты эмоциональных всполохов.

Церковь запрещает использовать свою силу на простых людях. Да и никто в своем уме не станет мучить невиновных, а потому единственный шанс выплеснуть волну душащей боли — сбросить ее на мага. Ведь он априори виновен.

Я ненавижу свою магию.

— Это правда?

В недоумении уставился на Эмилию.

— Я вслух сказал?

Девушка подтвердила и вдруг, накрыла мою руку, так и покоившуюся на ее плече. Она делала это осторожно, но уверенно. Словно не боялась испытать силу на себе. Многие думали, что достаточно коснуться инквизитора, чтобы болезненные муки захватили тело. И это было не так уж далеко от истины.

Без перчаток было неуютно. Я и забыл, каково без них, снимая лишь на ночь. Эмилия, кажется, тоже с интересом водила по моим пальцам.

— В ордене не так уж сладко живется, — не собирался же ничего больше ей говорить.