Чтение онлайн

— Да, — поддакивает мачеха. — До свадьбы они не должны знать, какая ты на самом деле. Вдруг откажутся от тебя, и что нам тогда делать?

Сводные сёстры начинают хихикать. Стул под одной из них противно скрипит.

Со всей силы кусаю себя за внутреннюю сторону щеки, чтобы не ляпнуть что-то колкое. Какая же у неё мерзкая семейка…

— Попрошу кучера, чтобы отвёз тебя в академию, — «отец» встаёт и отворачивается, давая понять, что разговор окончен. — И ещё, Лима, — добавляет, не оборачиваясь. — В этот дом без предупреждения больше не возвращайся.

С радостью.

— Хорошо, — выдавливаю и, развернувшись, иду к лестнице.

В комнате я закрываю дверь и остаюсь стоять, не двигаясь. Сердце всё ещё колотится.

Меня только что выгнали из дома. Не передать словами свою радость…

Глава 3

Пока меня везли в карете, я высунула голову в окно и жадно разглядывала всё подряд.

Создавалось ощущение, будто я попала в средневековую Англию: мощёные улочки, плотно прижавшиеся друг к другу серые дома, фонари на витиеватых ножках. И, конечно, огромное свинцовое небо, вгоняющее в депрессию.

Отличие было лишь в деталях — по улицам разгуливали гномы и люди с заострёнными ушами. В остальном… земля как земля.

Виды вокруг казались почти привычными. Непривычным было другое — узкое чёрное платье. В нём я чувствовала себя голой и несуразной. Дома я не ношу ни платьев, ни юбок, а здесь женщины ходят исключительно в них. Чтобы не выделяться, пришлось подстроиться под местную моду.

И вывод напрашивался неутешительный: я попала в мир, где женщины вряд ли обладают свободой. Судить о патриархальности по отсутствию штанов, конечно, странно, но ощущение, что с правами здесь всё плохо, не отпускало. Тем более Лимелию собираются выдать замуж, и решают за неё родители. Это тоже о многом говорит.

— Слезайте, барышня. Приехали, — зычно бросил возница, останавливая карету.

Я выбралась наружу и, придерживая подол, направилась к чёрным воротам. За ними, вдалеке, поднимались острые шпили и башенки.

По мере приближения у меня задрожали руки.

Страшно. По-настоящему страшно.

А что, если меня не впустят?

Лимелия писала в блокноте, что владеет четырьмя стихиями. Именно поэтому её и выбрали невестой для дракона. Но я — не она. Во мне ни капли магии. Как мне вообще продержаться в магической академии? Меня же раскусят за пару минут.

В небольшой будке у ворот сидит гном с морщинистым лицом и седой бородкой. Завидев меня, он отрывается от журнала, окидывает удивлённым взглядом и гаркает:

— Ты кто?

Спрятав дрожащие ладони за спину, выпаливаю:

— Я… я Лимелия Хар… — морщусь, вспоминая фамилию.

Харквуд? Хармвуд? Хирвкуд?

Язык можно сломать.

— Лима? — гном подаётся вперёд и начинает принюхиваться. — Но ты не она.

Сердце падает куда-то вниз, а с ним и надежда на спасение.

— Она светлая, а ты… — его крючковатый нос дёргается, — тёмная. От тебя фонит чёрной магией. Ведьма?

Стою, хлопаю глазами, судорожно придумывая, что делать.

Гном-привратник тут же раскусил, что я не Лимелия, тогда как её родные не поняли, что перед ними стоит совершенно чужой человек. Мы ведь даже внешне различаемся: у меня чёрные волосы и синие глаза, а она — кареглазая шатенка. Но нелюбимых дочерей на то и нелюбимые, что их в упор не видят.

— Вы ошибаетесь, — заявляю я, а у самой голос дрожит. — Это я. Просто немного… э-э-э… сменила имидж.

— Чего? — гном по-птичьи моргает.

— Внешность поправила, говорю.

— Ааа, — чешет бородку, — это способ отворота? Думаешь, поможет?

Мы с ним говорим совершенно на разных языках.

— И внешность, и ауру, стало быть, поправила, чтобы тебя… не трогали, да?

— Что? — сипло спрашиваю, окончательно теряя нить разговора.

Но гном решает не отвечать. Сверлит какое-то время недоверчивым взглядом, а потом махает на меня рукой и говорит:

— Ладно, иди.

Рвано вздохнув, киваю и бегу в сторону здания.

Здесь мило. Птички поют, трава зелёная, повсюду каменные фигурки, даже фонтан есть. Всё портят хмурые лица местных адептов, удивлённо косящихся в мою сторону.

Игнорирую прожигающие взгляды и иду к ступеням белоснежного здания, правда, дойдя, резко останавливаюсь и озадаченно чешу затылок.

И что дальше? Бежать в администрацию и просить, чтобы меня вернули домой? А точно ли помогут? Не запрут ли в темницу, решив, что я сумасшедшая? Или, что хуже… не начнут ставить эксперименты?

В носу щиплет, и я поворачиваю голову в сторону сада. У старого дуба пасётся единорог, размером с пони, розовый, с рогом во лбу.

Я тру глаза обеими руками, потрясённо глядя на него. Кучка парней в центре аллеи даже не обращает на него внимания.

Внезапно это чудо природы поднимает голову и смотрит прямо на меня. Взгляд — осознанный.

Я гулко сглатываю и со всей силы щипаю себя за руку.

— Эй, Лима.

Незнакомый голос раздаётся сбоку.

Я резко оборачиваюсь и вижу брюнетку.

— Пошли потолкуем, — цедит она, прищурив густо накрашенные карие глаза.

Хмурюсь, окидывая её взглядом. На подружку Лимелии она не похожа. Слишком презрительно смотрит.

— Ты кто?

— Пошли, пошли, — она хватает меня за локоть и тянет в сторону. — Разговор есть.

— Отпусти, — я вцепляюсь в её пальцы и пытаюсь отодрать руку.

Бесполезно. Девица вцепилась намертво. Паника накрывает с головой, когда брюнетка, засунув два пальца в рот, свистит.

Нас тут же обступают ещё трое девушек.

— Вы кто? — вырывается у меня. — Что вам от меня надо?

— Лима, — вперёд выходит блондинка с кукольным лицом, — неужели ты думала, что я не заметила, как ты подглядывала за мной и Сартом?

Я непонимающе хмурюсь. Ни черта не понимаю. Хотя… кое-что начинает доходить.

Кажется, Лима была изгоем не только в семье. Чёрт бы её побрал…

— Девочки, — уголки губ блондинки приподнимаются, — хватайте эту клушу. Объясним ей, что нельзя подглядывать за влюблённой парой.

Я делаю шаг назад, и не успеваю.