Чтение онлайн

– То, что ты мне «выкаешь».

– В смысле? – Она знала, что Саша смотрит на нее, поэтому специально не поворачивала голову. – Мы не друзья, и не родственники. Вы мой директор.

– Ну, я же называю тебя на «ты».

– Ну, вам позволяет ваш…

– Если ты скажешь хоть слово о возрасте, я накормлю тебя снегом.

Настя не удержалась и заглянула в его лицо.

– Позволяет ваше положение, Александр Михайлович Рублев.

– Ага. Считай, выкрутилась. – Шагов десять они молчали.
– И что же за положение?

– Да, сделайте вид, что вы не понимаете, о чем я.

Он остановился. Ей тоже пришлось остановиться, зябко кутаясь в пальто. На вопросительный взгляд он лишь развел в стороны руки.

– Смотри. Чем я отличаюсь от любого другого человека?

– Вы мой директор.

– Нет. Смотри на меня здесь и сейчас, а не вчера в Москве. Здесь и сейчас, Настя.

Девушка прищурилась.

– Отличий не вижу.

– Тьфу ты, упрямица. – Он сделал шаг к ней, - за руку ты тоже держала Александра Михайловича Рублева?

Настя резко возобновила ход, чувствуя, как ее начинает колотить. Разговор заходил не в ту степь.

– Мне холодно.

С тяжелым вздохом он пошел за ней.

– Ну конечно холодно. – Буркнул Саша, - это ж надо было пальтишко нацепить. Наверняка осеннее. Сляжешь с переохлаждением, а мне отвечать.

– Вы знаете, вы все больше мне напоминаете Баландина.

– Очаровательно…

И это его «очаровательно» было так скрашено выразительным тоном, что Настя не выдержала и расхохоталась. Саша тоже улыбался. И солнце светило.

***

Настя зашла в холл ресторана под восхищенными взглядами десятка мужчин. Саша уехал из дому раньше, Олафур попросил его помочь в каком-то неотложном деле. Настя надела шифоновое жемчужное платье и полупрозрачную накидку, края которой легким узлом сходились под грудью. Водитель, везший ее до «Saga I muni» подарил в адрес своей спутницы с полсотни комплиментов, от чего настроение Насти значительно улучшилось.

Туфли на высоком каблуке отбивали по мраморному полу уверенный мотив шагов «настоящей леди». Официант, облаченный во фрак, встретил ее у входа и любезно принял пальто, после чего проводил в зал. Глаза девушки удивленно распахнулись. Никогда она не видела таких огромных и прекрасно обставленных залов. Стены с золотой и бежевой отделкой блестели в свете тысячи ламп. Прямо посредине возвышалась небольшая сцена с фонтаном, вокруг которого сидели музыканты, играющие тихую мелодию, доносящуюся из колонок, расположенных повсюду. Ближе к краю было еще одно возвышение, где располагался микрофон, и мужчина, сидящий на высоком стуле приятным баритоном пел красивую, мелодичную песню. Недалеко от сцены – танцевальная площадка, где грациозно кружилось несколько пар.

Столики с загнутыми золотыми ножками и белоснежными скатертями со все той же золотой отделкой по краю, стулья с бежевыми подушечками на сидениях, по углам которых были расположены забавные кисточки. Несколько деревянных ширм, с искусно вырезанными на них узорами, отделяли более уединенные места от остального зала.

Наконец-то взгляд наткнулся на большой накрытый стол, чуть правее от музыкантов. За ним уже сидело несколько человек, вокруг сновали официанты с блюдами на подносах.

Посетители «Сказки», отдыхающие за столиками, были одеты изыскано, будто в королевской театральной ложе. Говорили приглушенными голосами, откуда-то доносился звон бокалов, грудной женский смех. Мужские баритоны голосов.

– Тебе идет.

Этот голос был узнаваем даже среди миллиона. С улыбкой Настя развернулась, глядя прямо на Сашу, который с прищуром рассматривал ее поверх бокала с вином. Одет он был потрясающе. Черный костюм сидел, как влитой. Белоснежная рубашка, и черный атласный шейный платок. Таких Настя еще не видела, и не думала, что их еще носят, и что он настолько гармонирует с костюмом. Саша был картинкой. Ожившей, и приковывающей к себе внимание всех женщин в зале. Темные волосы зачесаны назад, открывая правильный лоб и изогнутые брови. Зеленые глаза колдовским образом лишали голову мыслей.

– Спасибо. – Настя тщательно скрывала волнение, но Саша был слишком проницательным в этом отношении.

– Большая кафешка, да? – Насмешливо протянул он, и девушка нервно рассмеялась, теребя края накидки пальцами. – Ты привыкла к другому?

– Немного. – Призналась девушка, - вы пьете вино?

– Да. Хочешь? Тебе нужно расслабиться.

– У меня такое чувство, что я что-то сделаю не так. Споткнусь, упаду, чихну, наступлю кому-то на ногу, ляпну глупость, начну есть не той вилкой, буду выделяться…

– Семь смертных грехов, да? – со смешком спросил Саша, не отрывая от нее глаз, - только с одним из них я согласен. Ты уже выделяешься.

– Что?! – Настя в ужасе уставилась в его глаза, - я что-то делаю не так?!

– Да. – Он отставил пустой бокал на стойку возле мраморной фигуры у входа в зал, изображающей ангела с арфой. Сделал шаг к ней и легко провел рукой по ее крутой скуле. – Ты слишком красивая.

Девушка почувствовала, как ноги ее слабеют. От облегчения ли?

– Вы тоже очень красивый.

Настя взглянула на крошечную сеть седых волос на его висках. Лишь на расстоянии в десяток сантиметров ее можно было увидеть. Где-то она читала, что мужчины с темными волосами могут начать седеть уже после двадцати пяти. У нее даже был одноклассник, у которого были почти черная шевелюра, а уже в одиннадцатом классе белоснежные волосы можно было без труда найти по всей его голове.

– У меня рога выросли? – Тихо спросил он, улыбаясь. Руку Саша убрал, но стояли они по-прежнему близко.

– Нет. Мне нравятся ваши волосы.

Он хмыкнул и чуть отстранился.

– Идем за стол.

Протянул ей согнутую в локте руку.

– Саш…

Только поднятые брови выразили его удивление.

– М-м?

– Все будет в порядке, да? – К собственному ужасу, Настя почувствовала, как дрожит ее голос. – Ну, то есть я не чихну и не споткнусь…

Улыбка против воли растянула губы Саши, но он быстро проглотил ее, видя, насколько напугано юное создание в полуметре от него. В огромных глазищах плескалась такая затягивающая пучина ужаса, что острая жалость к Насте тут же колючим ежом свернулась в грудной клетке. Нужно чем-то отрезвить ее.