Чтение онлайн

Его я слушала уже с лужайки, слышно было даже там.

Я хихикнула. Да что со мной такое сегодня?

Хитрый пёс явно показал моей сестре что-то из арсенала своих магических перевоплощений. И не факт, что моя любезная сестрица так разоралась от милой мышки. Но почему-то я совершенно не чувствую угрызений совести по поводу того, что испытываю мстительное удовлетворение.

Нет, определённо, пребывание в Замке ледяной розы плохо на мне сказывается.

Так ведь и привыкнуть можно. Выражать чувства. Это заразительно, видимо. Потом так трудно будет отвыкать!

Но пока что моё драгоценное время здесь ещё не закончилось. А у меня не было ни малейшей идеи, чем заняться. Обычно моим временем управляет кто-то другой. Если так вдуматься, я никогда не была совершенно свободна, никогда не была предоставлена самой себе.

Чего я хочу прямо сейчас?

Какой простой, и какой сложный вопрос.

Я закрыла глаза, на секунду зажмурилась, впитывая ароматы скошенной травы и напоённых солнцем роз…

Хочу ещё волшебства.

Хочу своими глазами увидеть и потрогать снежных оленей!

Дворецкий Торнвуд, который подстригал кусты неподалёку, с готовностью указал мне, где найти дорогу к конюшням, или «оленюшням», как я мысленно их окрестила. Заверил, что хозяева абсолютно точно не будут против моего там пребывания. И вообще, волшебные животные прекрасно чувствуют людей. Если олени меня примут, значит, я им понравилась.

В полумрак длинного приземистого строения конюшен я заходила не без трепета… они были совсем пусты, никаких лошадей в этом здании. Только…

Только живое чудо.

Олениха. Под боком у которой спали два безумно милых оленёнка с огромными глазами и крохотными рожками.

Я чуть не прозевала момент, когда ко мне сзади подошёл олень графа Винтерстоуна. Просто поднимаю голову – а надо мной ветвятся мощные, светящиеся изнутри рога, которые чуть ли не подпирают крышу. Могучее животное склоняет гибкую шею и внимательно меня изучает с высоты своего роста, раздувая широкие ноздри. Заботливый отец проверяет, кто там пришёл тревожить его семью.

Осторожно протягиваю руку с припасённым лакомством – пучком морковок, которые мне любезно разрешил надёргать с огорода мистер Торнвуд.

Фыркнув слегка высокомерно, олень тем не менее взял подношение мягкими пушистыми губами – а потом отнёс его своей оленихе, положил перед ней. Она тут же принялась с аппетитом хрустеть.

Бросив на меня внимательно-предупреждающий взгляд, олень ушёл обратно в темноту и улёгся там, приглушив сияние.

Я выдохнула. Кажется, прошла проверку.

Дальше плохо помню. Из-за дичайшего восторга, который испытала, когда олениха посмотрела на меня, улыбнулась глазами и позвала.

Из-за того, какой шёлковой оказалась её шерсть наощупь. Как тепло было рядом усесться в сено, и пахло молоком, и сказкой на ночь. Оленята тут же ткнулись ко мне обниматься, и меня окончательно унесло.

Когда в конюшню явилась настоящая хозяйка – Кэти – в сопровождении двух шумливых девочек, по виду близняшек, у меня уже лицо болело улыбаться, но я никак не могла остановиться.

– Мисс Лоуэлл… Кэти! Простите, я не должна была без спроса… я просто не смогла удержаться. Они такие милые!!

Девочки – Энни и Рози – оказались двоюродными сёстрами Кэтрин, и мы очень быстро нашли общий язык. С ними было легко. Очень скоро тишина конюшни окончательно была забыта, ее огласили восторженные визги, оживлённые разговоры, мы не могли остановиться, чтоб не затискать оленят по очереди, и только несчастный олень-папа, которого, как оказалось, звали Снежный, со страдальческим видом лежал в своём тёмном углу, косясь на нас.

Олениху Вьюгу всё устраивало, и она смотрела на творящийся беспорядок с довольным видом многодетной мамы, как будто и к нам четверым относилась как немного странным и слегка шумноватым двуногим своим оленятам.

Как же я буду скучать по этому месту, когда уеду.

Я продолжала улыбаться, а внутри укололо тоской, как будто этого всего вокруг уже не существует, как будто уже стало нереальным, плоским, точно цветная картинка в книжке. Улыбалась, а сама жадно пыталась запомнить ощущения. Запечатлеть в памяти каждое красочное пятно этого дня. Счастливую Кэти с загадкой в глазах, хохочущих девчонок с тёмными кудряшками, связанными лентами кое-как в растрёпанные хвосты. Серебристый мех, разгоняющий темноту, который светится ярче от прикосновений и ласки. Мудрый какой-то тысячелетней мудростью синий взгляд оленихи прямо мне в душу.

И тут Кэти замирает с растерянным видом, а потом бьёт себя по лбу.

– Девочки, там сейчас перед Замком для Величества столы уже накрыли, наверное. Пойдёмте, что ли…

У нее на лице написано, как же ей не хочется уходить.

А я… меня словно в чан с кипятком бросили.

Сегодня!

Как я могла забыть.

Жених моей сестры приезжает сегодня.

– Может, не пойдём? – кисло спрашивает Кэти.

– Как это не пойдем?! Там же будут сладости? – насела на старшую сестру Энни.

– Интересно, что подают на королевских обедах! – мечтательно тянет Рози и закатывает глаза.

Кэти смотрит на меня, как на своё последнее спасение.

А у меня почему-то в горле пересохло и голос не слушается. Трусливо хочется остаться. Вот просто спрятаться куда-нибудь в сенник и никуда отсюда не выходить. И даже мысли о сладостях не воодушевляют. Там же будет куча народу?

Там же будет король.

Как это я умудрилась прозевать прибытие? Наверняка делегация шумная была. У меня вообще-то была мысль посмотреть на это зрелище. Я ещё гадала, как будет выглядеть повелитель такой огромной, могучей страны. Божечки, он же ещё и формально числится господином-протектором всего Материка, ведь правящая династия Стратагенетов покоряла Ледяные Острова и посылала свои корабли именно оттуда! Даже мой отец-барон как-то ворчал, что не главный в Тембриллии, пока где-то за морями сидит надушенный монарх, протирая своей королевской…

Ну, в общем, злился батюшка.

Я была уверена, что зрелище прибытия королевской делегации будет исключительным. Если уж свита моей сестры в пух и прах разоделась для визита в Королевство, то уж точно, сам король пышностью своих одежд и сверканием драгоценных камней в короне затмит их всех.

И вот теперь опоздала.

– Ох, неужто уже приехал? А я так хотела посмотреть, каков из себя этот король, и как на зло всё самое интересное пропустила! – выдавливаю из себя с огромным трудом. Голос как будто чужой.