Чтение онлайн

– …Просто не делай этого, и всё!

С удивлением узнаю голос графа Винтерстоуна. Звук шагов. Ходит по комнате. Судя по тону, он горячится, и, по-моему, злится даже.

Зажимаю рот ладонью, чтобы сдержать удивлённый возглас. И вообще не издавать ни звука. Да что же это за шутки такие?! Замок ледяной розы переместил меня туда, где я могу подслушать чужой разговор. Но я не просила об этом! Господи, как теперь отсюда уйти незаметно, чтоб меня никто не заметил?

Как на зло вокруг меня – столько розовых кустов, что без шума не выйдет. Если я вообще не запутаюсь тут в колючих дебрях и меня не порвут на мелкие кусочки длинные шипы.

Остаётся только замереть неподвижно, не дышать и надеяться, что разговор будет не слишком личным.

12.2

Пауза всё затягивается. А мне до смерти хочется услышать ответ. Я ведь знаю, кто собеседник графа. И безумно интересно, что он ответит на слова «не делай этого». Может, тогда пойму, о чём речь.

– Если я откажусь, будет отвратительный скандал. И, пожалуй, повод для войны, если оскорблённый барон захочет объединить вокруг себя стаю мелких стервятников с Материка. Поэтому я ничего подобного, разумеется, не сделаю.

Мурашки бегут по телу, когда слышу снова этот голос.

В отличие от Рональда, он – абсолютно спокойный и невозмутимый. Полное отсутствие эмоций выражает голос короля.

Вот только почему мне сейчас кажется, что в этой «стёртости» и заключена самая мощная эмоция? Просто она спрятана слишком глубоко и надёжно, чтобы никто не узнал и не услышал.

Но мне сейчас – слышно. И сердце сжимается болью за этого человека, когда ощущаю эхо той эмоции, которую он задавил сам в себе.

Глухая тоска обречённого. Смирение перед неизбежным.

Как же стыдно подслушивать! Случилось именно то, чего я боялась больше всего. У них очень личный разговор. Предельно личный для обоих мужчин. Надо срочно уходить, пока меня не заметили, но почему-то ноги не идут.

Звук шагов графа Винтерстоуна останавливается.

– Но ты видел эту?.. Прости, Хьюго, не в моих правилах плохо говорить о дамах. Но ты мой друг, я не могу так просто стоять и смотреть, как ты губишь свою жизнь. Даже прикрываясь высшими идеалами.

– Кто бы говорил о долге. И том, как можно добровольно ломать себе жизнь ради высших идеалов. Не вынуждай меня напомнить тебе историю твоей помолвки с леди Эмбер.

Воцарилось молчание. Кажется, король безошибочно ткнул в больную для Рональда тему.

– Мы оба с ней были ещё совсем детьми. И думали, что подчиниться требованиям наших семей – наша святая обязанность. Но какова была цена? Несчастными стали трое. Именно потому, что знаю, к чему это приведёт, я и прошу тебя остановиться сейчас. Пока ещё не сказано королевское слово.

– Оно уже сказано. Я не могу просто вернуть девушку обратно, это её опозорит. И ты забываешь – меня никто не заставляет. Некому заставлять.

– Правильно, голову в петлю ты засовываешь сам. Во имя чего?

– А во имя чего это делал ты?

Пауза.

– Я хотел спасти Замок ледяной розы.

Надо же. А я столько гадала – что за история была с этой помолвкой до Кэти. Ну конечно – чувство долга! Зачем бы ещё такой человек, как Рональд, мог заставить себя обручиться с нелюбимой девушкой.

– Достойная причина. Подумай теперь о том, что на моих плечах – намного большая ответственность. Я должен удержать мир в целом Королевстве, и это… - Король вдруг запнулся и не стал завершать мысль, хотя я ждала, затаив дыхание, и ловила каждое слово.
– подожди. Хм… предлагаю закончить этот разговор как-нибудь в другой раз.

– Не вижу смысла. Раз ты всё решил, вряд ли кто-то сможет переубедить. Но моя совесть будет чиста – я хотя бы попытался.

– И я ценю эту попытку, мой друг.

Твёрдые шаги удаляются.

Щелчок двери.

И тишина.

Я наконец-то выдыхаю.

Одно, два, три мгновения… я знаю, что граф ушёл один. И Его величество сейчас там, в комнате. Почему-то не уходит тоже. Может, устал от толпы и не спешит туда возвращаться? Я бы на его месте тоже не спешила.

Решаю, что вот теперь можно и попытаться улизнуть потихоньку.

Дёргаюсь, но шипы разросшихся вокруг, почти с меня ростом розовых кустов впиваются в платье и не пускают. Совсем растерявшись, я останавливаюсь. Прошу мысленно Замок ледяной розы перенести меня обратно, однако он полностью глух к моим мольбам на этот раз. Ну, или делает вид, что не слышит. Я понятия не имею, как это работает.

Между тем, ситуация становится всё опасней.

Окно ведь на первом этаже очень низко расположено. Если из него выглянуть, меня вполне можно заметить. А я умру от стыда, наверное, если это случится. Остаётся только надеяться, что королю незачем выглядывать в окна.

Тихий звук шагов.

Зажав рот рукой, понимаю, что именно к оконному проёму они и направляются.

Сердце бьётся отчаянно, и у меня чувство, что сейчас упаду в обморок. Распластавшись спиной по камням, пытаюсь то ли слиться со стеной, то ли сделаться совсем крохотной и исчезнуть. Ни то, ни другое ожидаемо не получается. Солнце уже совсем спряталось за верхушки деревьев, весь сад по эту сторону утопает в густой тени, которую даёт массивная громада Замка ледяной розы, и вся надежда на то, что в своём чёрном платье я потеряюсь в ней.

Бросаю испуганный взгляд направо.

Король подходит к окну и опирается на подоконник локтями. В поле моего зрения оказываются белые рукава мундира и расслабленные кисти красивых мужских рук.

Он смотрит куда-то вдаль неподвижным взглядом. Я вижу совсем рядом красивый чеканный профиль. Мелькает непрошенная мысль - он потрясающе, наверное, смотрится на монетах. Надо раздобыть где-то хоть одну на память, прежде чем уеду.

Потирает переносицу. Морщит брови – как человек, у которого сильно болит голова. Наверное, трудно быть постоянно королем, который не должен показывать слабость своим подданным.

Мне нужно думать о том, как выбираться отсюда. А я застыла, распластавшись по белым камням стен Замка ледяной розы, и не могу пошевелиться.

Мы делим это мгновение тишины на двоих.

А потом - его усталый вздох. И мягкий голос:

– Я знаю, что ты там. Не бойся меня и выходи.

12.3

Мне кажется, я подсознательно хотела, чтобы он меня заметил.

Иначе не знаю, как объяснить, что в момент, когда должна бы сгорать от стыда, чувствую вдруг такую острую радость. Это меня так удивляет, что где-то нахожу силы сделать шаг, а потом ещё, и выйти из тени.