Чтение онлайн

Непривычно пусто в зале. Только горят свечи, отражаясь в тёмных оконных стёклах пляшущими бликами.

Король устало выдыхает… а потом хватает меня за руку и тащит в кабинет.

– На сегодня свободен, - бросает статс-секретарю и тот смотрит на меня благодарным взглядом. Понимает, что пронесло.

– Кофе вели принести, - добавляет Его величество скупо. А сам тянет меня на массивный диван из одутловатой кожи в углу кабинета. Усаживает меня. И усаживается рядом.

Вот этого я уже не могу стерпеть!

В смысле, того, что он в очередной раз намерен заливаться кофе.

– А можно… лучше нормальной еды? – подаю голос я, и на меня оборачиваются сразу двое.

Знакомый лукавый взгляд ловит в плен мой. Я отвечаю смущённо-смелым. И что? Не мне же.

– Прошу прощения, - извиняется король.
– Не подумал, что девушке не подходят мои холостяцкие привычки. Чего бы вы хотели, мадемуазель де Тремон?

Я тем временем уже всё-всё заметила. И бледную до синевы кожу, и тени под глазами… так что пусть даже не думает возмущаться.

– Нужен суп! – решительно заявляю я.
– На курином бульоне, у него заживляющий эффект. Минимум две тарелки. Извините, но обе для вас, Ваше величество! Я не голодная.

Вру, конечно. После такого нервного дня отчаянно хочется сладкого. Но если мне снова принесут что-то подобное тому, чем угощал меня Его величество за завтраком, я непременно сорвусь. А выглядеть обжорой перед человеком, рядом с которым меня кидает то в жар, то в холод, совершенно не хочется.

Король удивлённо поднимает бровь. Но кивком подтверждает ошарашенному статс-секретарю приказ.

– Суп, так суп. И пирожных моей целительнице, - добавляет, посмеиваясь.

Статс-секретарь поспешно уходит, мы с королём остаёмся наедине.

Он меня разглядывает так внимательно, что я теряюсь совершенно. Да и сидит неподобающе близко, мы соприкасаемся коленями! Я поспешно отодвигаюсь на приемлемую дистанцию. Не знаю только, куда девать взгляд.

Его величество пружинисто поднимается и идёт к столу.

– Так… осталось разобрать корреспонденцию, ответить на пару писем, прочитать три законопроекта, и на сегодня я свободен. Хотя… думаю, остановлюсь на одном, который выносится на обсуждение парламентом в девять утра. Со всем остальным разберусь завтра. Подождёшь минуту?

Его руки деловито движутся над бумажным хаосом, выуживая оттуда папку бордового бархата с королевским золотым вензелем, тиснёным на лицевой стороне.

Я совершенно забываюсь, вскакиваю, подбегаю к нему и с тревогой заглядываю в лицо.

– И до скольки часов вы планировали не спать?!

Он пожал плечами и развязал завязки папки. Принялся бегло скользить глазами по строчкам.

– Обычно работаю до часа или двух ночи.

– А во сколько встаете?!

– В шесть. Мне хватает четырех часов сна.

Я забрала у него из рук папку, решительно захлопнула и положила обратно на стол. У меня всё внутри кипело от возмущения. Захотелось взять все вот эти бумажки, которые пожирают его здоровье, и выбросить в мусорное ведро. Неужели нельзя половину передать помощникам?!

– Но это же кошмар! Если бы я и правда была вашим целителем, запретила бы такой образ жизни!

Голубые глаза сощурились и оказались почему-то в опасной близости от меня. Потому что король оперся о край стола кулаками – по обе стороны от моего тела. И склонился ниже.

Ох, неужели я его разозлила?.. И правда, такая бесцеремонность с моей стороны… и что на меня нашло… Я сглотнула комок в горле.

– И сколько часов сна вы бы мне прописали, моя дорогая?

Я отклонилась назад, чтобы увеличить расстояние. Потому что дышать уже становилось трудно. Каждый вдох приносил запах мужской туалетной воды… и терпкий запах кожи.

– Ми… минимум восемь!.. А… учитывая, что вы недавно болели… все десять!

Король тянет руку к моему лицу и приподнимает за подбородок. У меня мурашки тут же бегут по всему телу.

– Увы, за то недолгое время, что я отсутствовал, в делах образовался полный бардак. Так что боюсь, уложить меня в постель вы могли бы только силой.

– Я бы очень… постаралась!.. – тихо ответила я и мой хриплый голос сорвался. Мысли путались. Я уже не очень соображала, что говорю.

– Что постарались, моя милая?

– Уложить вас… в постель…

Пристальный немигающий взгляд. Абсолютно чёрные глаза, зрачок съел всю радужку. Под этим гипнотическим взглядом я не могу пошевелиться, будто кролик перед удавом.

Как случилось, что наш разговор приобрёл столь странную двусмысленность? Или это я начиталась романов? Не может король смотреть на меня в таком свете! Или?..

От сердечного приступа меня спасло то, что принесли еду.

Сгорая от стыда, я выкрутилась из рук короля и убежала обратно на диван, забилась в самый угол. Думала, он есть будет за столом, и я окажусь на безопасном расстоянии.

Но король последовал за мной туда и не дал отсиживаться в своём убежище в одиночку. И ведь места на диване было ещё предостаточно! А он зачем-то сел опять вплотную, касаясь моего платья коленом. Я почувствовала себя в ловушке. Справа угол дивана. Слева король. И посередине я – с каждой секундой перестающая понимать, что происходит и как реагировать на смущающую мужскую близость. Я вообще не привыкла, что он такой резвый! Я привыкла, что он смирно лежит в постели и не своевольничает…

Его величество подвинул ближе журнальный столик, отобрал из рук статс-секретаря поднос и припечатал бедолагу очередным взглядом, от которого тот выскочил из кабинета, как ошпаренный.

Чтобы справиться с волнением, я подалась вперёд и стала снимать крышки.

Ура, куриный бульон!

Или в дворцовой кухне работают волшебники, или всё это время нормальная еда на любой вкус была готова, только дай приказ. Просто некоторые не любят отрываться от бумаг на тарелки.

Я бросила на Его величество осуждающий взгляд и принялась наливать из супницы ароматный бульон. Вообще, конечно, всё это действительно не очень сочеталось с антуражем этого шикарного кабинета, заставленного книгами, драгоценными вазами и бюстами героев прошлого. Да и Его величество принял от меня тарелку с таким страдальческим видом и так забавно смотрелся с ней в этом своём белом мундире с эполетами и мечом на боку в пышно украшенных ножнах… но я была непреклонна.

– Ешьте!

– Слушаюсь, моя леди! – шуточно отсалютовал мне Его величество ложкой и под моим прокурорским взглядом принялся за еду. Я молча следила и не отстала, пока не съел всё до дна.

– Теперь вы довольны? – дёрнул бровью король, возвращая тарелку на поднос. Отщипнул виноградину от грозди, подкинул и поймал ртом.

– Более-менее, - признала я. – Не будете следить за режимом, сляжете обратно. Вы хотите долгие годы счастливого правления? Или, по-вашему, королевству нужен больной и не способный нормально работать монарх?