Чтение онлайн

–Оденьте амулет, Ранги, – остекленевшими от ужаса глазами смотреть, как из виртуозно обработанного куска зеленого нефрита жадными щупальцами простираются ко мне незримые энергетические нити и яростно пытаются вонзить в мое тело бесчисленные жала, ничего при этом не делая, было выше моих сил. Не знаю, что за дрянь ко мне таскает на ежедневной основе эта «сладкая парочка» психопатов, но я больше не намерена терпеть подобного издевательства над своим разумом. Создавалось впечатление, что амулет Те Ранги представляет из себя живой организм, своего рода паразита, жаждущего прикрепиться к моей ауре и… Не знаю, зачем. Возможно, чтобы тянуть из меня энергию или для чего-то еще.. В любом случае, с меня хватит!

Ментальная стена рушилась, и мне казалось, что составляющие ее кирпичики валятся мне в аккурат на голову. Ранги выполнил мою больше напоминающую мольбу просьбу и вернул свой амулет обратно на шею, но не только не отказался от намерения добровольно-принудительно привлечь меня к розыскным мероприятиям, но и, не став тянуть кота за хвост, незамедлительно приступил к его практической реализации. Часть стены шаталась, но стояла, и пока защитное сооружение не превратилось в мою могилу, я должна была избавиться от маори любой ценой.

–Я обжег ладонь! Смотрите, это контур хеи-тики, – с неуместным ликованием сообщил Те Ранги, – такого с ним еще ни разу не происходило.

Желание посоветовать моему татуированному клиенту обратиться в приемный покой муниципальной больницы отпало, не успев оформится в слова. В обведенных извилистыми линиями разноцветных глазах вспыхнул и тут же погас настолько безумный огонек, что я невольно вспомнила о тревожной кнопке. Надо было нажать ее еще в самом начале, так нет же!

– Я не буду искать другого тохунга, – окончательно и бесповоротно принял решение Те Ранги, – я расскажу вам, как выглядят люди-патупаиарехе, и вы мне поможете.

ГЛАВА IX

Вообще-то помощь срочно требовалась мне. Желательно, скорая, и, предпочтительно, психиатрическая. За пять лет занятий прикладной магией я неоднократно читала и слышала, что большинство гадалок рано или поздно сходит с ума и, если уж говорить начистоту, я изначально знала, на что шла. Не то, чтобы я считала себя особенной и свято верила, что чаша сия меня благополучно минет, но я и не подозревала, что лишусь рассудка в столь юном возрасте, даже не успев заработать себе на обеспеченную старость. Неужели я ухитрилась понацеплять на себя такую кучу чужого негатива от своих отчаявшихся клиентов, что моя нервная система не выдержала регулярного давления и демонстративно объявила забастовку?

Так как перспектива провести остаток жизни в палате с белым потолком и мягкими стенами меня, однозначно, не прельщала, ситуацию необходимо было выправлять своими силами, пока надвигающееся семимильными шагами помешательство не переросло в ту стадию, на которой спасать придется не меня от общества, а общество от меня. Вот только воплотить свою бесконечно здравую задумку в жизнь, когда некоторые особо настырные представители вышеупомянутого социума бесцеремонно тычут тебе в лицо золотисто-коричневую ладонь с четким отпечатком нефритового амулета в самом центре, да еще и пытаются при этом выяснить твое мнение относительно причин произошедшего?

Судьба-злодейка поставила меня в откровенно двойственное положение. С одной стороны меня так и подмывало открытым текстом напомнить Те Ранги, что он находится в цивилизованной стране, где придерживаются рационального мышления и оперируют логическими категориями, а со своими традиционными верованиями ему лучше вернуться на родину и обратиться к тамошним служителям языческого культа. Но ведь я сама жила исключительно за счет активной эксплуатации своих паранормальных способностей, и, следовательно, как никто другой, должна бы понимать, что сверхъестественные явления – это такая же неотъемлемая часть нашей реальности, как и утренние пробки на столичных улицах.

–Жаль, что вы не похожи на патупаиарехе, – разочарованно произнес Те Ранги, бросил полный глубокого сожаления взгляд на свою обожженную руку и после недолгого молчания добавил, – но она так близко, что хеи-тики ее чувствует! Кай хамути, почему я до сих пор не могу ее найти?

Первая половина прозвучавшей из уст маори фразы меня до такой степени обрадовала, что я едва сдержала рвущийся из груди вздох облегчения. А то на основании непростых взаимоотношений, установившихся у меня с коварным нефритом, в голову мне грешным делом пришла мысль о своем высочайшем предначертании и вытекающей из него необходимости отбиваться подручными средствами от желающих исполнить древнее пророчество любой ценой. Попробуй потом докажи этому варвару, что я кроме как картишки раскинуть, да над шариком поколдовать, ничего толком и не умею. А в данном конкретном случае моя хата, то есть гадальный салон, как говорится с краю, так что чем можем, тем поможем, но не более того!

–Вы совсем не похожи на патупаиарехе, – с горечью повторил маори. Разноцветные глаза изучали меня под разными углами, но и это бестактное сканирование не принесло Те Ранги даже призрачной надежды, и разочарование в его взгляде сменилось неприкрытой обидой, в то время как я готова была танцевать от счастья, – я очень часто вижу ее во сне, почти каждую ночь – мне снится, как она ведет меня по лесу на Аотеороа, я держу ее за руку и чувствую ее ману, но нас окружает такой густой туман, что я не могу разглядеть ее лица…Я нашел это место, я часами стоял там и ждал, когда она выйдет из тумана, но так никого и не дождался. Тохунга сказал, что люди-патупаиарехе навсегда покинули Аотеороа, когда туда пришли пакеха, белые, и эту женщину нужно искать где-то на севере. Я жил в разных странах, переезжал из города в город, но хеи-тики оставался холодным, и только здесь он впервые нагрелся. В то утро я проснулся от его тепла и сразу понял, патупаиарехе в столице. Сегодня я должен был прыгать со Стены Троллей в Норвегии, я получил визу, купил билет, но никуда не поехал. Я найду ее, даже если мне придется остаться в столице на всю зиму, и мы вместе вернемся на Аотеороа.

–Если вы никогда не видели эту женщину, откуда вам известно, как она выглядит? – догорающий огонек ближайшей ко мне свечи судорожно дернулся и окончательно погас. Еще минут двадцать и в комнате воцарится уже не таинственный сумрак, а кромешный мрак. И это в разгар светового дня! Так не пора ли потихоньку закругляться?

–Каждый маори знает про патупаиарехе, – агонизирующие свечи отбрасывали на лицо Те Ранги рваные, дрожащие отблески, и спиральный узор татуировки внезапно показался мне парализующе жутким. Из ментальной стены, отделяющей мой разум от погружения в пучину безумия, выпал еще один кирпичик, – наши предки называли их «люди тумана». Они плохо переносили яркое солнце, жили в глухих чащах и появлялись либо ночью, либо в пасмурные дни. Маори никогда не воевали с патупаиарехе, но тохунга все равно относили их к табу, потому что они слишком отличались от обычных людей. Женщина, которую я ищу, обязательно должна обладать бледной кожей, очень светлыми волосами и серо-голубыми глазами. Вот почему я сказал, что вы на нее не похожи, хотя хеи-тики и указал на вас.

Я слушала Те Ранги, затаив дыхание, и когда он, наконец, закончил говорить, скопившийся у меня в легких воздух с шумом вырвался наружу, вследствие чего помещение моментально погрузилось во тьму, так как для того, чтобы задуть и без того едва живые свечные огарки, с легкостью хватило бы и мимолетного дуновения. Энергетическая стена рухнула с оглушительным грохотом, и я кратковременно потеряла ориентацию в пространстве. Клиническая картина здорово напоминала сотрясение мозга, и я не на шутку испугалась.

–Изольда? – встревоженно позвал Те Ранги, – где у вас тут свет включается?

–Нигде, – с неожиданной грубостью отрезала я, – толкните дверь, прямо у вас за спиной.

Солнечные лучи зеркально отражались от свежевыпавшего снега и пронзительно били в окна прихожей. Пока я самозабвенно упражнялась в постройке фортификационных сооружений и, развесив уши, слушала совершенно несусветную чушь, на улице, по всем признакам, успело существенно похолодать. Хлюпающая слякоть сдала прочно удерживаемые на протяжение последней пары недель позиции и уступила место настоящему зимнему морозцу. Судя по атакующим форточку ледяным порывам, резкое понижение температуры в довершение ко всему сопровождалось еще и обжигающим ветром, норовящим выстудить оставленную без присмотра прихожую.