Замок ледяной розы
Шрифт:
…Огромный, пышный розовый куст размером с молодую яблоню тянулся к солнцу, протягивал изумрудную листву небу, как ладони. Я знала, что где-то там, у корней, ещё можно найти остатки круга, который я начертила в земле черенком той розы.
И цветы. Там было целое облако нежных лепестков. Мои розы были с ярко-синими серединками и упоительно прекрасной синевой, растекающейся по белизне прожилками, будто ледяными узорами.
– Ну вот, а я хотел тебе сюрприз сделать! Снова наступил на те же грабли. Должен был догадаться, что не усидишь на месте.
– Сюрприз получился… И ещё какой… - прошептала я, не в силах отвести глаз от цветов.
Рон подошёл и встал рядом. Мы долго стояли молча.
– Знаешь, я подумал и решил, что ты права. То, что мы делали с теми людьми, было неправильно.
– Кто ты и что сделал с Рональдом Винтерстоуном… - пробурчала я, чувствуя, что к глазам подкрадываются-таки слёзы. – Чтобы он – да признал, что в чём-то был не прав…
– Не ёрничай. Дослушай лучше. Я поговорил с отцом. Ты уже видела – Замок ледяной розы преобразился. Это какое-то чудо! Такого никогда не бывало. Даже отец не слышал, чтобы хоть кто-то из предков упоминал о подобном. Всё, что мы могли сделать за все три века – это как-то замедлить увядание. Но это… В общем, он мне обещал, что если ничего не ухудшится, следующей зимой обряд проводить не будут.
От накатившего облегчения захотелось взлететь. Потом ещё одно радостное следствие исцеления замка дошло до меня.
– Рон, слушай… Это же значит, что на будущий год здесь не будет всей этой ужасающей толпы чужого народа, да? Ой…
Я вдруг поняла, что прозвучало это совсем бестактно. Кто я здесь такая, чтобы называть гостей графа чужими? Но по тому, как блеснули улыбкой глаза Рона, я догадалась, что он думал о том же.
– А ещё мне тут пришло в голову… По дороге я видела увядшие розы. Много увядших роз.
– Они увяли все до единой, кроме тех, что остались расти на старых кустах. Я проверял, можешь мне поверить. Ни одна не пустила корни из тех, что посадили гости. Кроме твоей.
– Может, это потому, что они были посажены обманом?.. Замку нужна была только добровольная жертва?
– Может. А может, ему нужна была именно твоя роза, Рин. И учитывая, как он тебе подыгрывает, эта версия кажется мне вполне правдоподобной.
Он скрестил руки на груди и принялся меня рассматривать с высоты своего роста. Я вдруг почувствовала себя совсем маленькой.
– Кстати, имей в виду – ещё хоть раз выкинешь подобный фокус с запиранием двери…
– Я тут ни при чём! Замок сам… - проговорила я, на всякий случай отступая на шаг.
– Ага, а кто всей душой желал обвести меня вокруг пальца, а? Что-то мне подсказывает, что он всего лишь откликнулся на твои желания.
– Н-неправда! Оно само!
И ещё шаг. На всякий случай.
– В общем, учитывая всё это, я всё больше склоняюсь к мысли о том, что дело может быть и в тебе, Рин. Может статься, что ты и есть – самая большая загадка этого замка.
Мне очень не понравился его взгляд в этот момент. Взгляд учёного. Естествоиспытателя, увидевшего неизвестную науке зверушку. Сыщика, решающего необычную детективную загадку. Меня покоробил этот «разбирающий на части» взгляд. Поэтому я сказала тихо, отведя глаза:- Вот только когда будешь меня разгадывать, постарайся не сломать, хорошо?
Рон сделал шаг ко мне, снова сократив расстояние, и резко ответил:
– Перестань! Я не дам тебя в обиду, имей в виду!
И тут я вдруг вспомнила. Вспомнила страх, который так старательно давила в себе все эти дни. И рассказала Рону про взгляд из-под земли, ощущение чего-то древнего, могучего и ужасающего, что почти раздавило меня на этом самом месте в ту ночь.
Он слушал меня очень серьёзно, без капли недоверия – даже не думал списывать всё на разгулявшуюся фантазию маленькой девочки, чего я так боялась.
– Я понятия не имею, что это может быть, Рин. Но попытаюсь выяснить. А тебе, думаю, лучше поскорее уехать домой…
Я перебила, не дослушав.
– Пока ты не сказал какую-то глупость, сразу предупрежу – это ни в коем случае не помешает мне приехать в замок на следующую зиму!! Ну, то есть, если меня пригласят, я хотела сказать…
Рон рассмеялся, и у меня отлегло от сердца.
– Даже и не думал произносить вслух нечто подобное. Вообще уже теряюсь в догадках, каким способом можно тебя удержать, если ты что-то задумала. Ну, разве что связать и запереть в шкафу. Так что можешь возвращаться, так и быть.
– А ты… будешь по мне скучать? – я смутилась и поковыряла землю носком туфли.
– Скучать по ходячему стихийному бедствию, которое обрушивает тебе на голову град, торнадо и потоп одновременно, и к тому же само умудряется постоянно влипать в неприятности?
Я совсем приуныла.
– Спрашиваешь тоже! Конечно, - закончил Рон с ослепительной улыбкой.
Я просияла. Снова он со своими шуточками! А я как всегда повелась.
– И знаешь, что… Хотел тебе сказать ещё одну вещь.
Рон отвернулся и пару долгих мгновений разглядывал замок. Его стены, которые будто лучились теплом. Ослепительный блеск утреннего солнца, отражающийся в синих витражах. «Ледяные розы Винтерстоунов», горделиво возносящие пышные бутоны, что источали дивный аромат и плавно покачивались в такт налетевшему ветру.
Когда мой друг снова обернулся ко мне, на лице его было удивительно светлое, умиротворённое выражение.
– Спасибо тебе за это… Черепашка!
Он склонился над моей рукой, как настоящий принц на балу, и поцеловал мою раненую ладонь.
Уже сидя в трясущемся экипаже, наблюдая за тем, как быстро мелькают за окном заснеженные деревья и прижимая к животу перевязанную руку, я вдруг поняла кое-что.
Где именно ещё в замке я видела символ, что изображён был на щите последнего из эллери с гобелена. Символ, что чертили гости на земле в ночь Праздника. Розу в круге.
На той самой заветной двери, что вела в башню замка и никому не желала открываться!
Что ж – кажется, на будущую зиму у меня грандиозные планы.
Четвертая зима в Замке ледяной розы (4.1)
Ещё один год пролетел незаметно. Иногда мне казалось, что я живу от зимы до зимы. На всё остальное время впадаю в спячку и существую только воспоминаниями и мечтами. И с каждым разом всё труднее и труднее расставаться с Замком ледяной розы – как будто он прорастает в меня корнями, незаметно, но властно оплетает объятиями колючих тёмных ветвей… Их касание – нежнее лепестка розы, но я знала, что стоит неловко пошевелиться – и шипы вонзятся в сердце.