Чтение онлайн

Я сделала пару глубоких вдохов, чувствуя себя новорожденным оленёнком, который впервые встал на ноги. Спешно оценила своё состояние… пожалуй, пускаться в путь прямо сейчас и впрямь было бы опрометчиво.

— Если позволите, я и правда останусь под вашим гостеприимным кровом еще ненадолго. Как только досадная простуда отступит, уеду. Пара дней, не больше. Я и так слишком многим вам обязана.

— Ну куда, куда, скажите на милость, ты собралась — неразумное дитя?! — в сердцах воскликнул старый герцог.

Я не ответила.

Я сама не знала.

Медленно-медленно, борясь с тошнотой и слабостью, я всё-таки пересекла гостиную и добралась до двери. В коридоре пришлось уже схватиться за стеночку.

Только там до меня дошло, что четвёртый человек в комнате за всё время не обмолвился и словом. Лишь стоял поодаль — там, где я не могла его как следует рассмотреть — и внимательно наблюдал за странной беседой.

Его звали Квентин Морриган. Младшая побочная ветвь какого-то там колена в не пойми каком поколении. Он пытался объяснить при нашем первом разговоре следующим утром, после завтрака, но я быстро запуталась. Квентин успокоил, что он сам отчаялся разобраться. Поэтому ещё в детстве изрисовал фамильное древо на стене в классной комнате так, что ему крупно влетело от гувернёра.

Он был улыбчивый, простой, и мы как-то быстро подружились. Бывают люди, с которыми спокойно. С которыми безопасно. С которыми ничего не переворачивается в душе, с которыми можно просто говорить — и не взвешивать каждое слово, и не обдумывать каждую фразу прежде, чем произнести.

Незаметно для самой себя я осталась ещё на один день. Потом ещё на один, и ещё… Оправдывая своё малодушие тем, что кашель всё не проходит и простуда не желает так легко отступать. Хоть это и была правда, другой правдой было то, что мне на самом деле не хотелось уезжать. Измученная душа искала хотя бы малейшую передышку. Каплю исцеляющего покоя.

Квентин давал этого с избытком.

Неспешные прогулки, долгие разговоры — о книгах, о людях, обо всём. Обо всём, что можно было безопасно затрагивать в ходе учтивой светской беседы. Я оценила такт, с которым мой новый знакомый обходил любые темы, связанные с моим неудавшимся браком или историей моей семьи. Тем более, что он почти ничего об этом не знал — насколько я поняла, он занимал должность управляющего одним из горнодобывающих предприятий Морриганов на другом конце страны, и лишь недавно вернулся в столицу.

Как я успела заметить, старый герцог был не очень-то доволен тем, что один из младших то ли внуков, то ли внучатых племянников тоже задержался в гостях. А уж как он ревниво сопротивлялся попыткам Квентина немного растормошить меня и вывести из апатии — хотя бы прогулками по оранжерее или заснеженному парку! Но я услышала однажды, как Тилль втолковывает дедуле что-то на тему «это нам только на руку, вот увидишь». Уж не знаю, что там она имела в виду, но только упрямый ворчун слегка угомонился и ставил нас в покое.

У меня и Квентина оказалась не слишком большая разница в возрасте — ему, как выяснилось, всего двадцать шесть, — и по складу характера он живо напомнил мне брата. Наверное, поэтому было так легко, ведь я не из тех, кто сближается быстро с чужими людьми.

И всё-таки оставалось кое-что, не дававшее покоя. Отравляющее даже эти редкие минуты умиротворения, которыми я хотела насладиться прежде, чем уеду.

Фамильное сходство.

Оно слишком сильно бросалось в глаза — в очертаниях скул, цвете волос, развороте плеч. Хотя Квентин был ниже ростом, его фигура — более коренастой и плотной, а выражение лица не хранило отпечатка надменности и замкнутости. И всё же… всё же.

Временами моё сердце предательски вздрагивало и сжималось, когда вместо карего — мне вспоминался серый взгляд.

В такие моменты иногда я останавливалась прямо посреди парковой дорожки, и мой спутник терпеливо ждал, пока я выйду из «задумчивости» и мы сможем продолжить путь.

И ещё одна мысль отравленным шипом засела в ране.

Уже достаточно времени прошло.

Он так за мной и не поехал.

Уже нашёл бы. Если бы хотел.

Что ж… теперь совершенно очевидно, что не хочет.

— Элис, вы в третий раз не услышали мой вопрос, — заметил Квентин с мягким упрёком. — Сегодня вы задумчивы даже больше обыкновенного. И бледны. Снова нездоровится?

Я виновато улыбнулась.

— Простите! Вы правы, задумалась. Из меня ужасная собеседница.

— Вы отличная собеседница! Когда не молчите. А молчите слишком часто, увы. Я могу чем-то помочь?

Внимательный взгляд карих глаз. Тёмное пальто, снежинки на плечах. Я прячу руки в меховую муфту и принимаюсь разглядывать иней на ветвях деревьев, хрупким кружевом украсивший парк. Тяну время, не знаю, что сказать.

— Вряд ли. Это моё прошлое, от которого я не могу убежать, как бы ни старалась. Вопросы в моей голове — их слишком много, и я так и не нашла ни одного ответа. Мучительно понимать, что теперь и не найду.

— Отчего вы так категоричны? Задавайте свои вопросы — может, не так всё страшно, как вам кажется.

Я всё-таки оборачиваюсь на своего спутника и удивлённо хлопаю глазами, как дурочка.

Вопросы?

Он сказал, задавать вопросы? Что, вот так бывает всё просто — можно взять, и задать человеку любой вопрос, без страха и сомнений? Я так не привыкла. Я так не умею.

Но тут же от открывшихся перспектив у меня перехватило дух.

Морриган!

Квентин ведь тоже Морриган.

— Вы знаете что-нибудь о проклятиях, которые эллери когда-то могли наслать на ваш род? — выпалила я первым делом, затаив дыхание.

Он нахмурился и задумался надолго.

— Занятно, что вы спрашиваете о таком. И ваш интерес явно неспроста. Признаюсь честно, это многое бы объясняло в странностях нашей семейки!

— Что вы имеете в виду?

Кажется, я начинала входить во вкус. Как это, оказывается, здорово — задавать вопросы!

— Ну, скажем, я всегда удивлялся — почему наследники нашего рода ведут такой нелюдимый и замкнутый образ жизни. Ходят слухи, есть некие секреты, которые передаются из поколения в поколение исключительно старшим сыновьям, вместе с титулом и родовым поместьем. Само собой, таким «бедным родственничкам», как я, знать их не положено. Увы.

Так… первая попытка мимо. Ну ничего, не унываем! За долгое время у меня накопилось столько вопросов, что можем простоять тут на заснеженной тропе хоть до утра. Бедняга Квентин! Ещё не знает, с кем связался на свою голову.