Чтение онлайн

— Я хотела тебе кое-что рассказать, — произнесла я, останавливаясь на пороге. — Я хотела, чтобы ты узнала первой, прежде чем эта новость разлетится по замку. Маркус сделал мне предложение.

— Я желаю вам всего самого наилучшего, — не моргнув, ответила она.

Ее голос звучал приглушенно, но ровно. Как будто передо мной находилась одна из фрейлин королевы Ленор, любезно излагающая свои пожелания кому-то, с кем она была едва знакома.

Говорить больше было не о чем. Я оставила Петру наедине с ее страданиями и постаралась прогнать предательскую мысль о том, что я оказалась права. К моему нескончаемому стыду, все последующие дни я ее старательно избегала. Я говорила себе, что тем самым щажу ее чувства и ее разбитое сердце. Вряд ли ее обрадовало бы общество только что помолвленной подруги. Но мое поведение объяснялось отнюдь не заботой о Петре. Я старалась держаться от нее подальше, потому что видеть ее боль было просто невыносимо. Но такую же боль мне предстояло однажды причинить мужчине, которого я якобы любила.

Я написала Маркусу, приглашая его прийти в замок, чтобы встретиться с мистером Ризом и узнать о своих перспективах. К моему разочарованию, он встретил меня у ворот не объятиями, а коротким кивком головы.

— Я не собираюсь подхалимничать перед замковым башмачником, — резко заявил он, и меня встревожила его неожиданная холодность.

Когда мы расставались после нашего последнего свидания, от счастья и любви ко мне у него шла кругом голова. Что же изменилось?

Я настояла на том, чтобы он вошел со мной в замок, и привела его в небольшую комнату за Большим Залом, где мы были практически незаметны для обитателей и гостей замка. Совсем недавно, оказавшись в подобном укромном месте, Маркус воспользовался бы этой возможностью осторожно взять меня за руку и украдкой поцеловать. Сейчас он смотрел на меня с гневом, к которому примешивалась растерянность.

— Как могла ты принять такие условия от моего имени? — возмущенно произнес он.

— Но это большая честь! Это предложение продиктовано любовью королевы ко мне. Ты должен быть благодарен.

— Благодарен за возможность снова поступить к кому-то в ученики? Меня только что приняли в Торговую Гильдию!

— Я уверена, что тебя не сделают учеником, — начала было я, но испуганно умолкла, потому что он яростно затряс головой.

— Ты, кажется, не понимаешь. Тебе не понять, как много значит для нас с отцом то, что у нас есть собственная лавка, что нам удалось чего-то добиться. Мой отец трудился всю жизнь, чтобы у меня уже никогда не было хозяина.

Я была так ослеплена величием придворной жизни, что мне казалось непостижимым то, что кто-то способен от нее отказаться. Как же я была слепа, если не видела, что самодостаточность Маркуса, качество, которое изначально меня к нему привлекло, также станет гарантией того, что он ни за что не последует за мной на королевскую службу. Я не понимала, что небогатый человек способен быть гордым. Маркус всегда был таким добрым и уступчивым, и я не ожидала, что он проявит такое упрямство в самый важный для меня момент. Но он не желал подчиняться чужой воле, даже если это была воля людей, действовавших, как им казалось, из наилучших побуждений.

Мне все еще казалось, что я смогу его уговорить, и поэтому я предприняла еще одну попытку.

— Жизнь здесь будет легкой. Ты же сам говорил мне, что каждый месяц не знаешь, сколько тебе удастся заработать денег. В замке такой неопределенности не будет. Я уверена, что королева позаботится о том, чтобы тебе платили хорошо.

— О да, моя жизнь будет комфортной, — отозвался Маркус. — Но долго ли?

— Королева постоянна в своих привязанностях. Как только ты себя зарекомендуешь...

— Я не об этом, — перебил меня Маркус, быстро оглядевшись, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает. — Может, королева и защищает своих любимцев, но кто знает, как долго ей будут повиноваться?

Его заявление меня шокировало. Я слышала, что людей бросают в тюрьму за то, что они публично подрывают авторитет короля.

— Нельзя такое говорить, — зашипела я.

— Я такой не один, — пожал плечами Маркус. — Пока брат короля претендует на корону, престол будет в опасности.

Принц Бауэн. Мне было нетрудно представить себе, как фермеры наподобие моего отца гордо пересказывают друг другу легенды о достижениях Бауэна, с кислым видом отмахиваясь от перспективы увидеть на троне женщину.

— Скорее всего, все эти жалобы так ничем и не закончатся, — поспешил заверить меня Маркус. — И теперь, когда королева доказала, что не бесплодна, она может еще родить и сына. Но ты должна понимать, что жизнь при дворе не является гарантией процветания и безопасности. Я предпочитаю самостоятельно нести ответственность за свою судьбу.

Этот девиз вполне мог быть и моим собственным. Я не могла обижаться на Маркуса за то, что он стремится к тому же, что и я.

— Значит, договорились, — произнес Маркус, принимая мое молчание за согласие.

Он улыбнулся и с облегчением вздохнул, а мое сердце болезненно сжалось. Он верил в меня безоговорочно. И незаслуженно.

— Ты должна поскорее прийти к нам на ужин, — оживленным голосом продолжал он, — чтобы мы могли вместе сообщить моим родителям. Как ты думаешь, когда тебя отпустят в город на вечерок?

— Ты не сообщил родителям о нашей помолвке? — удивленно спросила я.

— Нет... еще нет.

Эта запинка его выдала. Было что-то еще, о чем он боялся мне рассказать. Я вперила в него свой самый строгий взгляд, и он принялся тереть ладонями щеки, а потом затылок. Он часто прибегал к этому жесту, когда пытался собраться с мыслями.

— Ты помнишь тот день в лесу?

Я покраснела от одной мысли о нем. Как я могла это забыть? Но Маркус и не думал присоединяться ко мне в этих заговорщических воспоминаниях. Он продолжал торопливо говорить:

— Я сказал тебе, что та дорога ведет на сыромятню. У кожевенника есть дочь, его единственный ребенок. Несколько лет назад они с моим отцом договорились заключить союз...

Но и тут я еще ничего не поняла.

— Деловой договор? — спросила я.

— Вроде того, — ответил он, опуская глаза. — Условием договора было то, что их дети вступят в брак.

— Ты обручен с другой девушкой? — потрясенно пробормотала я.

— Никакого контракта мы не заключали, — возразил Маркус. — Поэтому я никогда об этом не говорил. Я боялся, что ты меня неправильно поймешь. Формально Эстер и ее отец не имеют на меня никаких прав.

— Эстер? Значит, ты с ней знаком?

— Я видел ее несколько раз. Но у меня нет к ней никаких чувств, клянусь тебе.

Он обнял меня одной рукой за талию и попытался привлечь к себе. Из-за угла появилась группа служанок, грохочущих горшками и метлами, и мы застыли на месте. Маркус ищущим взглядом смотрел мне в глаза. Я находилась в состоянии какой-то странной рассеянности и смотрела куда-то вдаль. Но как только женщины прошли мимо, я наклонилась вперед и уткнулась лицом в изгиб его плеча. Как легко было прильнуть к его крепкому телу, почувствовать прикосновение его пальцев к своему затылку и позволить им изгнать прочь все мысли, погрузившись в ощущения.