Чтение онлайн

Он не захочет причинить мне вред, он же мой муж. Я пыталась успокоить себя, но сердце всё равно стучало как бешеное.

– Значит, я вам противен?

– Я такого не говорила.

– Не говорили. А что, по-вашему, мне говорило ваше тело, когда вы плавились и дрожали в моих руках перед алтарём от одного только поцелуя? Скажете – тогда вы тоже были ко мне безразличны?

Он больно сжал мой подбородок пальцами и задрал мою голову наверх, чтобы я смотрела на него. Я посмотрела, хотя мне не хотелось.

– Я, я не… Я неуклюже выразилась, вы пугаете меня, перестаньте, пожалуйста.

– Значит, всё-таки я для вас слишком страшный! – с горечью воскликнул он. – Потому вы разыграли этот спектакль с брачной ночью?

Я отвела глаза, не зная, что ответить.

– Я ничего особого не ждал от вас. Всё гадал, что такого мог сделать не так, предполагал, что был излишне строг с вами, продумывал уступки. Не думал, что вы способны меня так подвести.

– Я ничем не подводила вас, – прошептала я, глотая подступающий ком и не понимая, почему ректор так изменился.

– Тогда, думаю, ничто не помешает нам насладиться браком.

Обхватив мою шею, он зло прижался к моим губам, не щадя меня.

Я не понимала мужа, не понимала, за что он сердился. Слёзы потекли по щекам. Что-то изменилось, и это было куда больше той точки невозврата и потери себя, которых я страшилась раньше. Семейную жизнь, в основе которой будет подчинение и злость, я уже не смогу переиграть.

Он оторвался и холодно оглядел моё заплаканное лицо.

– Я же не сразу понял, что вы просто держите меня за дурака. Но стоило мне догадаться – как всё сразу встало на свои места. Конечно, у меня нет такого преимущества, как многолетнее знакомство с вами и кропотливо выстроенные доверительные отношения. Но у меня есть чувство самоуважения. И я не ждал, что моя жена станет вытирать об него ноги, уже даже и в стенах моего собственного дома.

– О чём в-вы?

В надежде я вглядывалась в его лицо, но не находила там и тени сочувствия.

– Вы ведь знаете: достаточно одного моего слова, и Лотфурс не то что не окажется допущенным к экзаменам и не закончит обучение здесь, но и не сможет построить мало-мальски приличную карьеру в пределах всей империи. А ведь в моём арсенале не только слова… Что же вы, чёрствая наша, о парнишке-то подумать забыли? Как он теперь будет, а?

– Я н-не знала, что мне нельзя приводить его сюда. Пожалуйста, не трогайте Миртина, он же ни в чём не виноват. Он не нужен вам!

– Вот только хватит ваших дурацких игр!

Он отпрянул от меня и, схватив ближайший стул, с силой швырнул его о дальнюю стену. Тот с треском сломался, штукатурка скололась в месте удара, посыпалась пыль. Тяжёлый подсвечник сорвался с верхней полки книжного шкафа и рухнул вниз. Я запоздало вздрогнула и как-то разом успокоилась. Это всё происходит не со мной. Я справлюсь.

– Хорошо, – тихо сказала я.

– И что же у вас хорошего? – издевательски спросил ректор, поворачиваясь ко мне, его дыхание сбилось.

– Вы правы, лорд Терринс, я не дурочка. И не буду больше с вами играть.

Оторвав взгляд от подсвечника, я отступила от стены и шагнула навстречу.

– Если это то, что вы хотели – возьмите, – прошептала я, развязывая верхнее платье и спуская его с плеч, ткань неслышно опала к ногам.

В изучающем меня взгляде разгоралось знакомое пламя. Я подошла вплотную и повела рукой вверх по груди ректора, пока не коснулась его шеи.

– У меня были свои причины сторониться, но не те, что могли бы оскорбить вас.

Муж шумно выдохнул и обхватил меня, вдавливая почти до боли.

– И я должен вам верить?

– Мне больше нечего вам дать. Но женой вам я могу быть такой, какой вы пожелаете. Не вредите Миртину, прошу вас!

Я порывисто потянулась и прижалась к его губам. Книги свалились на пол с глухим стуком. Я оказалась на столе, треснула ткань.

Перешагнув порог этого дома впервые, я потеряла себя. Пора это признать. Но только сейчас я, наконец, осознала, как глупо было надеяться на сказку. Пусть даже в самой глубине души.

Я задыхалась от поцелуев, даже не пытаясь сдержать безмолвные слёзы, но не могла понять, слышит ли он меня.

– У вас уже есть я, а он ни в чём не виноват. Пообещайте, что не тронете моего брата…

Ректор отстранился.

– Брата? – медленно проговорил он.

Я подняла вопросительный взгляд. Было холодно, и хотелось, чтобы всё поскорее закончилось. Устала от разговоров, больше не могу. Я потянулась к нему вновь.

– Значит, всё это время вы гуляли с собственным братом?! – перешёл он на рык, испепеляя меня взглядом, – Оденьтесь.

– Но…

Он отступил, и стало ещё холоднее. На меня ректор не смотрел.

– Ложитесь спать и меня не ждите.

Спустя пару мгновений входная дверь захлопнулась за ним. Снаружи что-то громко треснуло, а я осталась одна в доме, что внезапно показался очень пустым и враждебным. Поёживаясь, я натянула платье и поднялась в спальню. Попробовала лечь в постель, но всё здесь душило и сковывало меня. Сердце отчего-то болело, и воздух был неправильным, словно мёртвым. Я не смогу.

Вскочив с кровати, я сбежала по лестнице, натянула плащ и устремилась в лес. Мне нужна земля, только с ней я почувствую каплю свободы.

Отбежав достаточно далеко, я села на траву. Внутреннее оцепенение понемногу спадало, лес лечил меня. Я вспоминала выкорчеванную и разломанную калитку. С человеком, поглощённым стыдом, сложнее всего заговорить вновь. Да и хотела ли я сейчас искать ключик к этой мрачной душе?

Ветер был прохладным, но так было даже легче не поддаться вредящему отчаянию.

Угрозы, наказания, крики – всё это я могла бы понять. Но не ту бурю чувств, что, как выяснилось, я вызывала у него всё это время. Я ведь склонна была верить его словам, спокойным, взвешенным. А он просто держал себя в руках. До сих пор.

Оказалось, он куда больше ненавидит меня за тот случайный кошмар, когда я посмела появиться в его жизни. Куда больше, чем хотел бы показать. И он не смирился, нет.

Я стала его проблемой. И нужно как-то найти в себе силы вытерпеть эту правду.

Ректор всё ещё мой, до конца. И мне придётся возвращаться в дом, ведь другого места у меня нет.

Я гладила траву, не понимая, как быть дальше. Острые чувства прошли, слёзы высохли, оставалась пустота и тихая грусть. Мне нужно справляться с этим вулканом. И не дать разрушить себя. Как? Не представляю. И в то же время, увидев его ярость, я понимала, что туман уже не пугает меня. Напротив, всё вставало на свои места. Кроме одного…