Чтение онлайн

Наверное, как сотруднице Охраны, стоило позвонить в контору. Пусть бойцы и аналитики разбираются с гостем с того света. Тем более, ей уже поставили в вину скрытность. Но Линда не собиралась сдавать мужа. Уж точно не Доновану. Перетопчется. И вообще ее же отстранили. Она не обязана ни о чем докладывать. Пошли они все болотом. В другой момент Линда бы позвонила Пьеру. Но нынче у напарника форс-мажор. Да такой, что еще разгребать и разгребать. Хватит с Пьера пока потрясений. Она сама разберется. В конце концов, это ее муж.

Муж…

Как же странно теперь это звучало…

Линда взглянула на часы и сообразила, что отведенные сорок минут прошли, и пора обрабатывать рану.

— Ох…

Выглядела та получше. Паста впиталась, кровь уже не лилась, а чуть-чуть сочилась. Линда снова провела обработку и наложила повязку. А потом… опустилась на пол и расплакалась, закрыв лицо ладонями. Накрыли и горечь, и обида. На всех разом. И на гада ползучего Донована, не давшего и слова сказать в оправдание. И на Калиба, который сбежал от нее, как от врага, а теперь явился, когда приперло…

Ну что за жизнь такая? Несправедливая?

Вот и доверяй мужикам…

Память нарисовала, как Линда сидела на полу в этой самой квартире и сходила с ума от горя после взрыва и пожара. После «смерти» Калиба. Она мечтала увидеть его хоть разок. Посмотреть в глаза, прижаться крепко-крепко. Попрощаться, раз так суждено судьбе. Линда думала, что это принесет если не радость, то успокоение. Но вот Калиб здесь — в их квартире, а всё, что чувствует Линда — это горечь и нестерпимая боль. Как же плохо ей было раньше! И кто бы мог подумать, что после встречи с мужем станет еще хуже?

В какой-то момент Линда чуть не ушла. Не бросила раненного мужа. Она не девочка на побегушках! И не личная медсестра! Линда даже поднялась и направилась к двери, но, взявшись за ручку, остановилась. Нет, нельзя. Нельзя идти на поводу у гнева и бросать Калиба беспомощного. Пусть он и пришел к ней вынужденно, не видя иных вариантов, однако она пообещала помочь и сдержит слово.

Линда осталась рядом, чтобы раз за разом обрабатывать рану пастой и менять повязку, с удивлением констатируя, что Калиб, правда, восстанавливается. Рана затягивалась, будто проходили не часы, а дни. Линде еще не доводилось видеть столь быстрой регенерации, даже магической. Было бы неплохо выяснить, в чем тут дело? В пасте или в Калибе? Вряд ли он ответит. И на этот вопрос. И на десятки других, что накопились.

Хотя…

О пасте необязательно спрашивать. Есть другой способ узнать подробности. Линда сердито взглянула на мужа и упаковала в отдельные пакеты стерильную марлю с выдавленной на нее пастой и старую повязку, пропитанную кровью Калиба. Пусть эксперты Охраны обследуют и то, и другое. Наверняка, узнают немало интересного…

****

Линда проснулась от запаха кофе. Открыла глаза, с блаженством потянулась и лишь потом сообразила, что лежит в гостиной на диване. На том самом диване, на котором вчера лечила раненного Калиба.

Как это Калиба? Стоп!

Линда резко вскочила и на заплетающихся ногах рванула на кухню.

Он «колдовал» у плиты. Варил кофе и жарил воздушный омлет. Линда застыла в дверях, с наслаждением вдыхая ароматы. Готовил Калиб всегда отлично. Гораздо вкуснее жены. Умудрялся создавать шедевры из самых обычных продуктов.

— О! Ты проснулась. Доброе утро, малышка. Завтрак почти готов.

Линда на миг прикрыла глаза, борясь с нахлынувшим гневом.

Завтрак?! Какая прелесть!

— Будешь делать вид, что всё происходящее — в порядке вещей? Серьезно?

Калиб отключил газ под сковородой.

— Ли, я благодарен тебе за помощь. Когда очнулся, признаться откровенно, хотел уйти. Но потом… не смог. Это бы уже ни в какие ворота не…

Он замолчал, тяжело вздохнул и достал тарелки. Две тарелки!

— С каких пор призраки нуждаются в пище? — спросила Линда, позабыв о вертевшихся на языке упреках.

— Ну… — протянул Калиб, раскладывая омлет. — Сейчас я не совсем…. То есть, здесь я… Это сложно объяснить, Ли.

Она не удержалась. Схватила первое, что попалось под руку, и запустила в мужа. Это оказался графин. Он угодил Калибу в плечо, упал на пол и разлетелся на осколки.

— Не стоит, — проговорил супруг с грустью. — Ты не сможешь причинить мне вред. На это здесь способен только Ллойд.

Калиб сжал и разжал кулак. Разлетевшиеся по кухне осколки послушно собрались в кучу и… растворились.

— Так это он тебя ранил? — спросила Линда, складывая руки на груди.

Вороньи боги! Сколько же у нее вопросов. Но ведь не ответит! Не сочтет нужным!

— Он, — признался Калиб, ставя тарелки на стол. — Ты, по-прежнему, пьешь кофе со сливками?

— Пью. Но у меня нет сливок.

— Молока и яиц у тебя тоже не было. Но омлет на столе.

— Ты и в магазин сходил? Какая забота!

— Не язви, Ли. Садись завтракать.

О! Как же хотелось устроить скандал. Распоряжается в ее доме! Указывает, что делать. А сам не намерен откровенничать и что-либо объяснить! Да, когда-то это был их общий дом. В смысле, квартира. Но те времена прошли. Теперь Линда тут хозяйка. Единоличная.

— Ли, я знаю, насколько силен твой гнев. И с каким бы удовольствием ты разнесла тут всё. Не магией. Собственными руками. Но поверь, ссоры и упреки ничего не изменят.

Да-а-а…. Калиб, действительно, хорошо ее знал. Без труда понял всё, что творилось у жены в душе. Но он не прав. Линда имеет права на упреки! Еще как имеет!

Однако она не позволила эмоциям взять верх. Села за стол, изображая, что согласна на «перемирие». Взялась за столовый приборы, отправила в рот первый кусочек омлета и… чуть снова е разревелась. Как же всё это знакомо! Сколько раз они вдвоем завтракали на этой кухне после ночной работы! Наслаждались вкусной едой, приготовленной Калибом, обществом друг друга и покоем.

Увы, нынче в наличии нет ни наслаждения, ни покоя…

— Я знаю, что ты притворяешься, — проговорил Калиб, едва оба покончили с трапезой в гробовом молчании. — На самом деле, готова растерзать меня.

Линда отбросила вилку, откинулась на спинку плетеного стула и скрестила руки на груди, будто защищая разбитое вдребезги сердце.

— Какая проницательность, — проворчала под нос, но не выдержала и крикнула гневно: — Ты бросил меня! Загипнотизировал в том чертовом здании, прогнал, и даже не потрудился…