Запад-81
Шрифт:
Первое: Не допустить ведение воздушной разведки в полосе нашей обороны. Это на твоей совести Чижиков! Понятно?
– Понятно! Товарищ капитан!
– Второе: Используя наше техническое преимущество в средствах артиллерийской разведки будем вскрывать и наносить упреждающие артиллерийские удары, не давая противнику скапливаться для нанесения удара. Они могут дать результат если
координаты объектов для ударов артиллерии определены с высокой степенью точности. Это в основном твоя задача Недзвецкий и соответственно моя. У тебя на ПРП стоит РЛС, выбери позицию и приступай немедленно!
– Есть!
Козырнув, Недзвецкий побежал к своему ПРП и крикнув "Заводи", начал показывать куда загнать машину.
– Омельченко на тебе - связь!
– Есть!
Старшина, на тебе подготовка линии окопов! Понятно?
– Да, товарищ капитан!
Теперь, у кого, какие предложения?
Первым внес предложение старшина:
– Хорошо бы на флангах ДЗОТы соорудить, и дорогу заминировать.
– Для ДЗОТов надо хотя бы бревна для перекрытия, пока с ними что-то придумаем, ройте ячейки полного профиля, а минированием - по дороге сюда, в километре за железнодорожным полотном, на обочине два расстрелянных грузовика со сто пятидесяти двух миллиметровыми снарядами. Их можно использовать для фугасов, но нет нужных взрывателей.
Хильчук тут же предложил:
– Можно использовать запалы для гранат...
– А взрывать как? Смертником?
– Зачем смертником? Провода со столбов снимем, окопчик выроем, гядишь и выживет...
– Понятно. Значит так Омельченко, давай дуй на своем аппарате за снарядами, только с моей машины возьми жесткую сцепку - вдруг тормоза откажут, а там не бублики, а мы тут дальше совет держать будем.
– Мне бы, красноармейцев на броню?
– Хильчук, выдели пять бойцов!
– Да, товарищ капитан.
Пока старшина отдавал распоряжения, передвижной разведывательный пункт заехал в капонир, который выкопали мои ребята и заглушил двигатель. Тут же механик водитель вылез из своего люка и побежал заводить автономный бензоагрегат для питания аппаратуры. Потом открылся лючек и из него начала выползать антенна радиолокационной станции. Зная не по наслышке, что такое электромагнитное излучение, поспешил отйти в сторону. Буквально через пару минут из ПРП вылез Недзвецкий и доложил Пленгею:
– Товарищ капитан, обнаружил цель. Скорее всего группа танков, в лесу напротив!
– Так старлей, чтобы не сорить в эфире, сейчас кинем полевку и приступаем к работе. Омельченко, придет Хильчук, отправишь его ко мне!
И вот, я уже еду на БТРе назад, за железнодорожную насыпь, по пути обогнав три обозные повозки. Они стояли рядом со свежей могилой, а возницы вместе с остальными солдатами быстро рвали траву для раненных. Жаль, что нас послали за этими снарядами, а то мы этих раненых намного быстрее довезли до медсанбата. Водитель разогнался километров до шестидесяти. Нашли мы эти машины минут через пять. Они стояли в кювете, уткнувшись радиаторами в кусты.
Зацепив первую машину десятиметровым тросом начали помалу вытаскивать на дорогу. Сдавая из кювета на дорогу механик-водитель газанул, при этом резко дернул грузовик и ящики со снарядами проломили задний борт. При виде этого меня чуть кондратий не обнял.
– Ты чего резко дергаешь баран! Вскипел я.
– Товарищ лейтенант! Да ни идет она! А тут еще из кювета надо выезжать! В ответ оправдывается водитель БТРа.
– А ты посмотрел, может машина на передаче стояла!
– Товарищ лейтенант, боюсь я, там в кабине мертвяк!
– Е... в ...! Боец! Бегом! Залез в машину и выключил передачу! Убитого в кузов, приедем в расположение, там похороним по человечески. Сейчас каждая минута дорога. Понятно!
– Так точно!
– Выполняйте!
Тут я конечно воспользовался своим званием и не вытаскивал убитых из машин. Их оказалось трое - двое водителей и наверное старший, у него в петлицах было по одному эмалевому квадратику.
Вытащив на дорогу первую машину и перецепив её на жесткую сцепку и посадив за руль одного из моих солдат и мы двинулись в обратную сторону. Проехав метров тридцать неожиданно услышал как грузовичок пару раз фыркнул и довольно ощутимо стал подталкивать БТР сзади.
– С передачи сними! Передача! Нейтралка! Начал орать ему я.
Наконец, он понял что ему надо сделать, и мы остановились.
– Ты что сделал? Забыл что у тебя в кузове?
Солдат потупился, а затем подняв голову со сбитой на бок пилоткой ответил:
– Я подумал, если она заведется, то нам два раза не нужно будет ехать, товарищ лейтенант!
Только тут до меня дошло, какую неоценимую услугу нам всем сделал этот пацан.
– Тогда так: проверь бензин в баке, а мы пока вторую зацепим...
Со второй машиной дело пошло намного веселей. Никому ни чего не надо было приказывать. Эти, по сути еще мальчишки, все прекрасно сделали сами. Даже за руль второй машины сел один из ребят. Правда попутка завести эту машину с толкача не удалась.
Вот,\ мы уже небольшой колонной, на скорости около двадцати километров в час, двигаемся обратно к высоте "Гребень". Перед железнодорожным переездом на нас, с дороги, которая шла вдоль рельс, выскочили два всадника. Увидев машины со снарядами, они с криками: "Стой!", "Куда?" кинулись нам на перерез. Один из всадников, подскочив к первой машине, которая ехала впереди,
Перегнулся через седло и дернул за дверцу.
Дав команду водителю БТРа посигналить и остановиться, я спрыгнул с БТРа и пошел к грузовику. Всадник не слезая с коня,
отчитывал моего солдата, подойдя ближе до меня донеслось:
– Как Вы посмели товарищ красноармеец присвоить чужое имущество? Куда делись водитель и старший колонны? Эти машины принадлежат нашему дивизиону, что ясно видно по номерам, нанесенных на транспортное средство!
А парень то - формалист! Ишь, как шпарит! Небось все уставы
наизусть знает. Ну и мы тогда тем же. Подойдя ближе, козырнув, я начал разговор:
– Здравствуйте товарищ командир!
– Здравствуйте... Он запнулся, разыскивая мои знаки различия.
– Лейтенант, предельно вежливо подсказал я.
– Здравствуйте... товарищ лейтенант.
– Почему Вы задаете так много вопросов моему подчиненному, вместо того, чтобы приказать найти старшего и задать все вопросы ему? К Вашему сведению, он выполняет приказ своего прямого начальника и не обязан отвечать на Ваши вопросы!