Чтение онлайн

Майк освобождает путь, и я срываюсь с места, оставляя за собой черные следы злости.

***

Кафе, куда меня вытаскивает Ариэль, находится недалеко от прачечной, где я поставила на стирку гору белья. Я давно не пользуюсь услугами, предоставленными университетом и предпочитаю прогуляться по Балтимору, пока одежда подвергается атаке порошка. Мы сидим за высоким столиком, пьем безалкогольный коктейль и едим торт «Леди Балтимор». Его белые слои с взбитой глазурью и фруктово-ореховым кремом тают во рту.

— Что-то ты неважно выглядишь, подруга. — Облизывает ложку Ари и кладет на тарелку рядом с моей ложкой.

Я вытаскиваю конверт и кладу перед ней, лицевой обложкой вниз. Она сразу же переворачивает и возмущается:

— Вот же сволочь!!!

— Майк Анофрио и Джулианна Кортес, феноменальная пара.

Ари грустно отпивает пенное содержимое своего стакана и отталкивает бумагу медного оттенка к салфетнице.

— Придурок и неудачница.

— Не говори так. Кортес сейчас на вершине сильнейших боксеров. Только потом иду я и Роми Ромэлл.

— Да я о том, что мог бы пощадить твои чувства. Неужели тебе приятно было его увидеть или узнать о свадьбе?

— Конечно, нет. Но мы давно расстались и он волен делать, что угодно.

— Черт, Мэй, ты себя слышишь?! Он использовал тебя, чтобы пробиться в закрытый мир женских боев, потом бросил, не желая вытаскивать из депрессии. Затем строчил бессмысленные посты в Фейсбук и хвастался подружками. А ты…

— Что я? Я пыталась выбраться со дна и не стать озлобленной сукой.

— Но не настолько же надо быть мягкосердечной? Ты хоть врезала ему за то, что явился?

— Чего? Ари!

— Я бы врезала! А потом засунула это приглашение ему в глотку и пригрозила, что оно застрянет в заднице, если не уберется сию же минуту!

Я смеюсь и представляю Ариэль в боевой стойке, а Майка с бумажным кляпом во рту.

— Ты ненормальная, де Лука.

— Я как раз таки нормальная, а ты слишком добрая и отзывчивая, не смотря на род своих занятий.

— Мне плевать, что у Майка в голове. Наконец, он прекратит вспоминать обо мне и займется молодой женой.

— Слушай, — Ари закусывает губу и рвет кожицу на ней, боясь в чем-то признаться. — Я должна тебе сказать.

— Говори.

Кусок торта придает сладости этому горькому моменту, и я томлюсь в ожидании раскрытия секрета.

— Я переспала с Майком, незадолго до того, как вы разбежались.

Десерт комом стопорится на пути в желудок и рвется обратно.

— Ари…

— Прости меня, прости, пожалуйста. Я шлюха, я знаю, что поступила отвратительно. Но мы встретились в клубе и как-то само собой, оказались у него дома.

— Нет, ты не шлюха. Я просто удивлена, что ты не рассказала мне раньше. К черту Анофрио и ваш секс. Ты обязана была поделиться этим со мной.

— Ты, правда, не злишься на меня?

— Не злюсь. Я всегда знала, что у Майка в крови измены.

— Но я же твоя подруга. — Она сникает, и я придвигаю стул к ней поближе, чтобы обнять.

— Я тебя люблю.

— И я тебя люблю, Мэй. Мне горько и омерзительно от своего поступка.

— Забей.

— В постели он, как слепой крот. Честно.

— Я знаю. Даже Толстяк Дон, и тот, был бы круче.

Мы смеемся, вспоминая нашего одноклассника, что весил тонну и носил короткие футболки, из-под которых свисал жирный живот.

***

Моя стирка подходит к концу, и я беру корзину, чтобы освободить барабан. После разговора с Ариэль, я чувствую себя прекрасно и думаю о предстоящей тренировке. У меня есть полчаса, чтобы добраться до зала, переодеться и получить наставления Саймона.

— Не знал, что в городе всего одна прачечная.

Грэм становится к другому ряду сушилок и, открыв крышку, достает спутанный клубок джинсов, маек и носков.

— Ты стирал всё это вместе?

— А что? Нужно было произвести отбор?

Я улыбаюсь и оставляю свое занятие, чтобы помочь Моррисону. Едва я подхожу к нему, включается внутренний сигнал об опасности — он сексуален, он ошеломительно пахнет и смахивает на героя женских грез в этой рубашке, надетой на белую футболку.

— Следишь за мной? — выдергиваю пару черных носков и откладываю в сторону.

Руки Грэма опираются о технику, заключив меня в плен, и он говорит:

— Ты убежала в тот вечер, а я хотел продолжить и всё тебе объяснить.

— Что именно? — усердно растягиваю из узла джинсы и спортивные штаны парня, что сейчас за моей спиной. — Сирша не будет злиться?

— Причем здесь она? Мы проводим несколько ночей в неделю в одной постели, а в остальном, свободные люди.

— На сегодня с меня хватит откровений и бесед о сексе. — Я толкаю его попкой, и он отваливает на фут. Только минуту спустя, отпихивает полную корзину своих вещей, что я аккуратно сложила и разворачивает меня к себе лицом. Я ниже и поэтому гляжу на края татуировки, что виднеется из горловины.

— Посмотри на меня, Мэй, — я перевожу взгляд выше. В глазах Грэма огромное негодование и ярость. — Эти два года я думал, что никогда тебя не увижу. Думал, что лето в «Хоуп Крик» так и останется просто приятным воспоминанием. Но ты здесь, передо мной. И я снова хочу найти путь к твоему сердцу. Дай мне шанс.

— Почему ты пропал тогда? Зачем поехал в город?

— Что? Черт! — он злобно скалится. — Я отправился за подарком для тебя!

— За подвеской, что мне передала медсестра?

— Да, за ней. Я хотел, чтобы ты поняла, насколько сильно дорога мне и что та ночь в палатке, не чушь собачья, а…

— Я забрала ее, когда приходила в больницу.

— Знаю, — Грэм слишком настойчиво прижимается ко мне, и я теряюсь. — Я буду всюду следовать за тобой, пока, ты не поверишь, что я настроен серьезно.

— Зачем? Мы практически чужие друг другу. Те жалкие дни в лагере, ничего не значат.

— Ты в этом уверена? Я еще ни с кем не был так близок, Мэй. Все девушки, что были у меня до тебя, развлечение. Да и после тоже.