Чтение онлайн

Когда Сашина рука в очередной раз полезла в пакет за горстью миндаля, оказалось, что он пуст. Неужели она всё съела? Но когда? Она откинулась на спинку дивана. В висках стучало. Саша опустила глаза на свой живот, который слегка выпирал от всего съеденного ею. Она попыталась втянуть его, но сделать это до конца не получилось. «Господи… Я снова обожралась и не заметила этого, – подумала она, – но как это вообще произошло?» Саша прокручивала в памяти последний час своей жизни, вспоминая, что и в каких количествах она ела, и ужасалась. В какой момент она потеряла над собой контроль – когда взяла несколько баночек пудинга? Когда разрешила себе сделать бутерброд с «Нутеллой»? Нет, это случилось раньше... Это случилось, когда она решила взять добавку супа… Она тут же почувствовала, как её подташнивает от этой мысли и, закрыв рот рукой, стала быстро глотать слюну: «Нет-нет, меня не вырвет, меня не вырвет».

Её уже давно не рвало, и Саша надеялась, что больше никогда в жизни ей не придётся это испытать. Это было, несомненно, самое худшее состояние, в котором только можно себя представить. Конечно, есть вещи и пострашнее, но не настолько противные. А сейчас у неё были именно те ощущения, которые не предвещали ничего хорошего: кружилась голова, даже немного трясло, и от этого Саша постепенно впадала в панику.

Всё так же прикрывая рот, она поднялась с дивана и быстрым шагом направилась в ванную. От страха по щекам текли слёзы. Почувствовав очередной рвотный позыв, Саша моментально склонилась над раковиной и закрыла глаза. Она не хотела видеть, как это выглядит. Должно быть, мерзко – а как ещё может выглядеть пережёванная и перемешанная внутри желудка еда? На ощупь она повернула оба крана с водой на максимум, чтобы всё это скорее смывалось.

Она плакала, её морозило, ломило всё тело, было больно, страшно, отвратительно. По лбу скатывались крупные капли пота, но ей не было жарко – она была совсем холодной. Продолжалось это, пока, кажется, всё, что она съела, вся эта гадость, не покинула её организм. Саша была полностью вымотана, будто после десятикилометрового забега. Она прополоскала рот и опустилась на холодный кафельный пол.

Она не знала, сколько просидела так. Стиральная машинка пищала, оповещая о том, что закончила стирать, но у Саши не было сил даже поднять руку, чтобы нажать на кнопку. Она не могла поверить, что это снова могло случиться. Неужели это опять началось? Но почему, за что? Что она сделала, чем это заслужила? Она была зла на себя, ужасно зла.

Неизвестно, сколько бы ещё времени она провела, сидя на полу, если бы не услышала, как открылась входная дверь. Саша тут же вскочила на ноги, словно это не она только что валялась обессиленная на полу, отключила машинку и закрыла дверь на замок. Она умылась, почистила зубы, припудрила лицо и даже нанесла на щёки немного румян, чтобы не выглядеть как труп, – Крису точно ни к чему знать, что тут произошло.

Она приоткрыла дверь в коридор и, убедившись, что Крис у себя, так как там горел свет, побежала в свою комнату. Нужно было хотя бы одеться. Саша успела только запрыгнуть в джинсовые шорты, когда услышала стук в дверь.

– Да?

– Можно?

– Конечно.

Саша стояла спиной к двери и копалась в шкафу, когда вошёл брат, поэтому не могла видеть его шокированного лица.

– Боже… скажи, что это парик… – жалобно простонал он.

Вот и настал тот момент, который её так беспокоил. И по его первым словам уже можно сказать, что ему не нравится.

Она обернулась и посмотрела на Криса: он был в тех же чёрных джинсах и той же белоснежной рубашке, что и с утра, и выглядел всё так же идеально. Он идеален. Идеален ровно настолько, насколько она безобразна. Он выглядит как чёртова модель, и она – как замухрышка. Его стройное тело, скрывающееся под этой одеждой, совершенно. Её, почти полностью открытое сейчас перед его глазами, – истощено и несуразно. Ей возле него не место. Она не должна заражать его своей ущербностью.

«Не место, не место, не место», – крутилось у Саши в голове. Пока она мысленно сравнивала себя с Крисом, тот, видимо, что-то говорил, потому что теперь он щёлкал пальцами перед её лицом.

– Приём, земля вызывает Сашу!

Саша вздрогнула, услышав своё имя.

– Что?

Крис вздохнул и, положив руки ей на плечи, повернул её к зеркалу. Он взял прядь её волос, посмотрел на неё с какое-то время и накрутил на палец.

Саша тем временем смотрела на их отражение и представляла, что видит в нём, как Крис обнимает её сзади... Он целует её шею и одна его рука скользит под её лифчик, а вторая спускается вниз по животу... Он расстёгивает пуговицу на её шортах и…

– Зачем ты это сделала? – его вопрос вернул её в реальность.

Господи, о чём она вообще думает? Дикость...

– Я не знаю, – пожала плечами Саша. – Тебе не нравится, да?

Он закусил нижнюю губу и стал собирать руками её волосы, внимательно рассматривая светлые пряди.

– Я так любил твои натуральные волосы… – сказал наконец он, и по тому, каким грустным был его голос, Саша поняла, что не ошиблась.

– А с утра ты этого не мог сказать?! – вырвалось у неё с раздражением.

Она развернулась и толкнула его руками, но он, естественно, даже не пошевелился от этого.

– Не иди за мной, – пробурчала Саша, направляясь в ванную, чтобы вытащить бельё из машинки. Она и так уже была на грани того, чтобы расплакаться, – не хватало ещё, чтобы он это видел.

Она взяла из ванны розовый тазик и присела на корточки перед стиральной машиной. Крис стоял в двери и наблюдал за сестрой: она вытащила свои джинсы и ещё пару вещей и вдруг остановилась. На её лице в этот момент отражалось нечто, что он назвал бы смесью смятения и испуга. Её колени коснулись пола, и он увидел слёзы в её глазах, когда она достала грязно-синее платье, а затем и две мужские рубашки такого же цвета… Кажется, недавно у него были такие же белые...

Крис опустился рядом с ней на колени и обнял её.

– Кажется, цвет волос начал работать, – улыбнулся он, но, видимо, шутка не удалась, и Саша только сильнее разрыдалась.

– Очень смешно…

– Нет, нет, зайка, я не смеюсь…

«Зайка? Что за?..»

– Тише, тише.

Если бы он только знал, что дело не только в испорченных рубашках! Конечно, ей было ужасно стыдно за них, но они были лишь завершающим аккордом в череде её сегодняшних несчастий.

– Саш, пожалуйста, не плачь. Это такая ерунда – ты не должна плакать из-за этого… Купим новые, слышишь?

Если бы он хоть немного догадывался о том, как она себя сейчас ненавидит после того, что с ней произошло в этой ванной, пока его не было. У неё перед глазами по-прежнему была картина того, как она сидит на том же месте, где и сейчас, но только ей безумно плохо и страшно.

Она знала, что он терпеть не может, когда она плачет, но не могла остановиться. Всё, что накопилось у неё на душе за последнее время, выливалось теперь вместе со слезами наружу.

– Да что с тобой… – пробормотал он, прижимая её к себе. – Вставай.

Саша только помотала головой, поэтому пришлось поднять её самому.

Если бы только она могла рассказать ему всё…

– Вот они, виновники, – сказал он, подхватывая рукой её мокрые тёмные джинсы. – Всё, успокойся, это они виноваты, они сами залезли в машинку и полиняли там.

Саша грустно улыбнулась. Крис взял её лицо руками и вытер слёзы большими пальцами.

– Дело не только в этом, да? – осторожно спросил он.