Чтение онлайн

– Или ты рыбу не любишь?

Какое счастье, что нашлось такое оправдание. Она была безумно благодарна Лие за такую подсказку.

– Честно говоря, да, – улыбнулась Саша.

– Ну, взяла бы тогда нарезку. Вот эта моя любимая, – Лиа подхватила кусочек сырокопчёной колбасы и отправила его в рот.

– Ты всегда ешь по ночам? И в таких количествах…

– Ой, да какая разница, два пальца в рот – и никаких проблем.

Бокал с недопитым шампанским, который Саша в этот момент хотела убрать с барной стойки, перевернулся, оттого как дрогнула её рука, и она неуклюже попыталась его поймать, но тот всё равно упал на пол.

Она не могла поверить, что Лиа это сказала. Хорошо бы, если ей это послышалось. Крис не мог из всех девушек Ванкувера выбрать именно ту, которая после еды суёт себе два пальца в рот, просто не мог. Саша была в полном смятении. Неужели Лиа и правда делает это? А что, она подрабатывает моделью, вполне себе обычная история…

Саша смотрела на неё теперь и вспоминала, как завидовала ей, думая, что у неё нет никаких проблем с весом. Ей вдруг стало так грустно, что захотелось убраться поскорее домой, пока она не узнала что-то ещё более ужасное.

Очевидно, Крис не знал о подобных проблемах своей девушки. Похоже, она сама пока что не считала это проблемой. Интересно, как далеко она зашла с этим делом? Она была когда-нибудь у врача? Она знает, что около семидесяти процентов калорий усваивается организмом при вызывании рвоты?

Что бы сказал Крис, узнай он об этом? Он всегда делал всё, что мог, чтобы помочь Саше избавиться от булимии, он заботился об этом больше, чем она сама, он ни разу от неё не отвернулся из-за её проблем. Он потратил на это слишком много сил, чтобы столкнуться с этим ещё раз. Он не заслуживал этого.

Сможет ли он быть таким же сильным, если узнает, что они обе страдают одним и тем же? Это добьёт его.

– Боже, что ты плачешь? Что бокал разбился? – Лиа приобняла её и погладила по плечу. – Успокойся, пойдём…

Слёзы всё ещё катились по Сашиным щекам, когда она привела её в гримёрку. К счастью, больше никого в ней пока что не было.

– Ну, перестань, что с тобой? Позвонить твоему брату, чтобы он забрал нас?

– Нет! Не надо! Он уже спит, не буди его… ему вставать через шесть часов…

– Хорошо-хорошо, успокойся. Давай-ка я тебе помогу.

Лиа сняла с неё туфли, от которых на ногах остались красные следы, и, расстегнув её платье, отошла, не решаясь снять его. Она разделась сама и принялась искать пакет со своей одеждой среди кучи чужих вещей. Саша сидела на скамейке и смотрела на её идеальную фигуру, осознавая теперь, какими «трудами» Лиа её достигла. Она всё ещё оставалась на каблуках и выглядела готовой к какой-нибудь фотосессии, для каталога белья, например. Но это всё уже не казалось таким привлекательным, когда Саша знала оборотную сторону медали.

Именно в этот момент она решила для себя, что приложит все усилия, чтобы её болезнь не началась снова. Возможно, она уже началась, но Саша сможет с ней справиться сама, она не позволит ей снова поглотить её. Она не расстроит этим Криса. Она должна уверить его в том, что с ней всё в порядке, и нигде не проколоться, пока эта небольшая ложь не станет реальностью, и она сделает это. Саша была уверена сейчас, что сделает для этого всё.

Я пришла к выводу, что во всех моих проблемах виноват Глеб. Знаю, мне просто необходимо обвинить кого-то, но действительно, если так прикинуть, то ведь всё из-за того, что мы с ним расстались.

Пока я была с ним, я избегала мыслей о Крисе. Я не могла мечтать о нём, находясь рядом с Глебом. Это было бы совсем унизительно по отношению к Глебу, я ведь всё-таки люблю его.

Быть рядом с ним и думать о другом…

Ладно, я думала. Думала, но не в том смысле. Я не мечтала ни о чём таком и, нет, я не представляла ничего, чем мы могли бы заниматься ночью в постели. В конце концов, меня всегда более чем устраивал секс с Глебом. Я просто скучала, я думала о Крисе как о друге… наверное. Хотя, честно говоря, проблематично думать о ком-то только лишь как о друге, после того как вы занимались любовью… И после того как говорили друг другу, что любите.

Я знаю, мы с Крисом никогда не произносили этих банальных слов: «Я люблю тебя, и не как брата», «Я люблю тебя, но не как сестру», но мне кажется, мы всегда подразумевали это. Просто это такая пошлятина, что и произносить не хочется. Мне кажется, всякий раз, когда он мне говорит, что любит меня, это значит нечто большее… Наверное, я просто слишком многое себе напридумывала. Или я снова сужу по себе. Потому что когда я говорю ему, что люблю, я говорю это во всех смыслах. Я люблю его так, как только можно вообще любить человека. Я люблю его как брата, я люблю его как друга, я люблю его как мужчину, я люблю его так, как любят родителей, может быть, я люблю его даже так, как любила бы маму, если бы она у нас была. И я хочу любить его ещё больше, если это вообще возможно. Я хочу проявлять свою любовь, а не прятать её внутри. Я хочу, чтобы он узнал, как хорошо ему может быть, когда я люблю его. Я бы хотела сделать его счастливым. Может быть, он и так счастлив, но я могла бы сделать его в миллион раз счастливее. И как бы эгоистично это ни звучало, я надеюсь, что я и только я способна на это.

Каким образом я перешла к этим соплям, когда начинала писать про Глеба? Немыслимо… Я готова исписать весь дневник про Криса. Мне сложно остановить себя в этом деле. Самое ужасное, что мне это нравится. Мне нравится мечтать о нём, а с тех пор как я одна, я могу делать это без зазрения совести. Ладно бы, если я хотя бы одёргивала себя всякий раз, начиная думать о нём, но я не делаю этого. Наоборот, я только и жду минуты, когда меня никто не будет трогать и я смогу спокойно помечтать.

Ну, мне хотя бы хватает смелости признаться себе в этом.

Рома когда-то говорил мне, что первый шаг к излечению – это признание своей проблемы. Но в моём случае это не работает, потому что я её признаю, но не хочу от неё избавляться.

Если моя любовь к нему – это болезнь, то я не хочу лечиться. Я хочу быть больной.

Да, Глеб просто сволочь. Если бы он не бросил меня окончательно (а он меня именно бросил, я считаю), я бы сейчас не писала таких слов. Да я бы даже не думала об этом.