Чтение онлайн

— Ну что, стучим? — прошептала Юля, вцепившись в пустой горшок, будто в спасательный круг.

— Стучим? — фыркнул Вальдемар. — Мы герои! Мы прошли огонь, воду, медные трубы и хрустальные шары! Мы не стучим — мы врываемся!

Он гордо шагнул вперёд и впечатал плечо в дубовую дверь… которая с тихим щелчком поддалась. Герой, не ожидавший такой подлости от мебели, полетел внутрь, проехался на животе по отполированному полу и остановился только о ножку массивного стола.

— Изящно, — прокомментировала Кира.

Их встретило… пение.

Чистое, высокое, пронзительное. «I Will Always Love You» Уитни Хьюстон — да ещё в идеальной ду-воп-аранжировке.

Команда застыла на пороге, вылупив глаза.

В центре читального зала, на столе под настольной лампой, стоял горшок с кактусом. А рядом, в кожаном кресле, как монарх на троне, сидел декан Райден. Он отбивал такт пером по подлокотнику и выглядел так, будто наблюдает за удавшимся экспериментом.

Увидев вторгшихся, он поднял взгляд. Ни удивления, ни смущения.

— Мисс Моррис. Компания. Вовремя. — Его взгляд скользнул по распластанному на полу Вальдемару. — Мистер Вальдемар, не ожидал от вас проявления проскинезы. Но приятно тронут.

Вальдемар вскочил, красный от злости и позора.

— Это не… проски… ки… — он отчаянно попытался справиться со словом. — Это тактическое скольжение! Для оценки коэффициента трения паркета! В разведывательных целях!

— Разумеется, — кивнул Райден. — Блестящая импровизация.

— Так это… это всё вы?! — выдохнула Селена, переводя взгляд с декана на поющий кактус и обратно. — Весь этот цирк? С гербариями, психами, мокрыми физиками, летающими планетами… и кактусом?!

— Естественно, — он откинулся на спинку кресла, театрально сложив пальцы домиком. — Интерактивный семинар. Тест на сплочённость, логику и умение работать в стрессовой среде. Вы справились. Пусть и более… прямолинейно, чем я рассчитывал.

Он сделал паузу.

— Особенно в части разрушения университетского имущества. Отчёт о ремонте хрустального шара уже выглядит как сценарий боевика. Подбираю эпитеты: «уничтожен акустическим воздействием неустановленной природы».

Юля не выдержала — рванула к столу, чуть не снёсши стул.

— КАРЛ! Мой малыш! Ты цел!

Она зависла над горшком и принялась ворковать:

— Ах ты мой певун! Ах ты мой артист! Мы так волновались! Ты даже не представляешь, что мы прошли!

Селена же стояла поодаль, не сводя с кактуса подозрительного взгляда. Что-то не сходилось. Что-то было не так. Её мозг, отточенный годами математических задач и поиска логических ошибок, включился на полную мощность.

Брови медленно поползли вверх.

— Погодите, — её голос резанул воздух. — Он поёт. Сегодня действительно полнолуние… но, Юля, один вопрос. Ты поливала Карла бузинным чаем?

Все перевели взгляд на Юлю. Та замерла с вытянутыми руками.

— Я… нет… Он же пропал утром! Я не могла!

— Именно, — Селена медленно подошла к столу, обходя его по кругу и разглядывая растение с видом криминалиста на месте преступления. — Ты сказала, что он поёт репертуар Уитни Хьюстон только в полнолуние и только если его полили специальным чаем из бузины. Два обязательных условия. Одно выполнено. Второе — нет.

Она сделала драматическую паузу, наслаждаясь моментом.

— Следовательно... — палец указал на поющее растение, как обвинительный приговор, — это не наш кактус.

— Что?! — Юля отшатнулась. — Но он же похож!

Она склонилась ближе.

— Подождите… вот та изогнутая колючка справа... у Карла она была короче! И здесь, с этой стороны... этого изгиба вообще не было! — Голос её становился всё более истеричным. — ГДЕ МОЙ МАЛЫШ?!

Она метнулась к Райдену, полная ужаса:

— Что вы с ним сделали?!

Райден удовлетворенно улыбнулся, поднял руку и хлопнул в ладоши.

Один раз.

Резко.

Пение оборвалось на высокой ноте, словно кто-то выдернул шнур из розетки. Кактус дрогнул, его очертания поплыли, исказились — и через секунду он просто исчез. Растворился в воздухе, оставив после себя лишь лёгкое мерцание, как от голограммы.

Пустой горшок стоял на столе, как насмешка.

— Голограмма, — выдохнула Кира. — Это была чёртова голограмма!

— Браво, мисс Моррис, — Райден медленно поднялся из кресла, его взгляд был полон искреннего одобрения. — Вы только что заработали «отлично» по курсу логики автоматом. Экзамен можете не сдавать.

Он прошёлся по залу, руки за спиной, как профессор, читающий лекцию.

— Вы были единственной, кто не поддался эмоциям. Кто включил голову вместо сердца. Остальные увидели кактус, услышали пение — и поверили. А вы проверили факты. Это и была финальная часть теста.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Вальдемара.

— Хорошо, — первой опомнилась Кира. — Где настоящий кактус? Скажите, что вы его не выбросили, а то Юля устроит мировой конфликт.

— Настоящий кактус, — Райден повернулся к ним, и в его голосе прозвучали нотки едва сдерживаемого торжества, — всё это время находился в руках мисс Юлии.

Все уставились на пустой горшок в её руках.

— На него наложено заклятие «Невидимус Хэллоуинского образца». Действует до полуночи. Объект остаётся реальным, просто невидимым. Для зрения. Но не для рук.

Юля медленно посмотрела на горшок… потом на Райдена… потом снова на горшок.

— Я… всё это время… его носила?..

— Именно. А то была копия с голосовым сопровождением. Профессор Гринлиф три дня её создавал.

В зале повисло ошеломлённое молчание.

Его нарушил Паша. Его глаза блестели, как у ребёнка в магазине игрушек.

— Это гениально! Растение, которое есть и нет одновременно! Это же супе—

— Паша, — устало сказала Кира, — прошу. Не сейчас.

Юля покраснела до корней волос.

— Значит… мы бегали по университету… ломали хрустальные шары… слушали лекции про квантовую пену… а Карл… всё время был со мной?!

— Бинго, — сухо констатировал Райден. — Поздравляю с прохождением курса «Критическое мышление в условиях управляемого абсурда».

— БЛИИИН! — взревел Вальдемар, сдёргивая медвежью голову. — Я чуть не сварился в этой шкуре! Дрался с планетами! Пугал физиков! И всё ради кактуса-невидимки?!

— Технически он был с вами, — заметил декан.

— Это софистика!