Чтение онлайн

– По-моему, для начала неплохо, – сказал Тео, забираясь вечером в такси.

Уставшая от разговоров Юлька молча кивнула.

Через пару дней наконец прибыл Варун. Менеджеру Юлька была ужасно рада: он был спокойный, веселый, точно знал, что и как нужно делать. Быстро распределил обязанности, набросал слайды – и все разбежались по номерам, работать.

Нет, они с Тео тоже были молодцы, лицом в грязь не ударили, наладили с китайцами отличные отношения. Но до приезда начальника Юлька упорно чувствовала себя «ежиком в тумане»: новый проект, новая компания, новая страна. Теперь же можно было, ни о чем особо не беспокоясь, мирно готовиться к большой встрече с арабами, на которой китайские клиенты хотели козырнуть своими всезнающими консультантами.

«Так свезло мне, так свезло», – вспомнила Юлька булкаговского Шарика. Она сидела за круглым столом в гостиной своего огромного номера и старательно заполняла слайды. На столе стояла тарелка с фруктами, изумительно пах крепкий арабский кофе, принесенный прямо в джезве. Из спикеров мягко мурлыкал Азнавур, благо работа пока была механической, особой сосредоточенности не требовала. За окном светило солнце, иногда раздавался пронзительно-грустный зов к молитве. Окинув взглядом всю эту обстановку, девушка подумала:

«Это ж надо, совсем человеком стала. Давно ли: в чужой стране, в разбитой лодке после неудачного брака, без денег. А выкарабкалась. Сильно захотела – и выкарабкалась», – и Юлька с удвоенной энергией взялась за работу. Нужно было поскорее заработать себе хорошую репутацию в компании, утвердиться, освоиться. На горизонте вожделенной морковкой маячила финансовая стабильность – и Юлька тянулась изо всех сил.

К долгожданной встрече с арабскими партнерами готовились тщательно. Тео, производивший расчеты, послал их китайцам, и уже на следующий день клиенты знали документ назубок, донимая француза вопросами типа: «Почему в ячейке 5,458W формула отличается от соседней ячейки справа?»

– Это ж надо, они за ночь прошерстили все от носа до хвоста, во дают! – изумленно прошептал Тео.

Что-что, а считать китайцы умели. Не умели только понравиться в общении – это стало ясно уже на первой встрече с большой эмиратской компанией.

Ради столь ответственного события в Абу-Даби на один день приехал и сам директор, к тому времени почти забытый группой. Впрочем, при всех его странностях Юльке он нравился: Антонио источал то солнечное тепло, по которому она так соскучилась в Англии. Юльку он отвел в сторону и по-отечески спросил, все ли у нее в порядке да как продвигается новый проект.

– Ну, если что, ты звони прямо мне, – сказал Антонио, убедившись, что девушка ни на что не жалуется.

Когда консультанты и их китайские клиенты расселись за длинным столом, в комнату вошли. Первым был директор эмиратской компании – высокий, стройный и достаточно молодой для своей должности. Белоснежная накидка на голове и небольшая холеная бородка придавали ему щеголеватый вид. Дальше шел весьма плотного сложения человек постарше, директор по маркетингу. Возможно, он был даже вполне упитан, но рубаха отлично маскировала эти недостатки: видно было, что человек солидный, но не более. Борода уже седела, а накидка на голове была не белая, а в красную клеточку. Третьим был индус, одетый по-европейски, – руководитель нынешнего проекта у эмиратцев. Он-то, собственно, и должен был крутиться как белка в колесе, чтобы проект заработал.

Директор был человеком веселым: у него в глазах так и поблескивали искорки, и когда консультанты закончили знакомить эмиратцев с командой, он с улыбкой суммировал:

– Итак, английская компания прислала нам русскую, француза, итальянца и индуса.

«Действительно, похоже на начало анекдота», – подумала Юлька. Впрочем, никаких выводов из этого наблюдения араб не сделал, поэтому все вежливо хохотнули и занялись обсуждением проекта.

С эмиратцами отношения заладились сразу. Никто из консультантов отсутствием чувства юмора не страдал, знали они к этому времени уже достаточно много, и было видно, что арабам интересно. Китайцы сидели в кабинете смирно, рта почти не раскрывали: хотя вести встречу должен был китайский менеджер по работе с клиентами, эта обязанность как-то незаметно перешла к Антонио, который кошачьей лапкой мягко руководил течением беседы. В конце встречи атмосфера стала настолько доверительной, что директор вдруг стал рассказывать презабавный – как ему казалось – эпизод о походе на рыбалку. Эмиратец увлеченно говорил, чуть помогая себе жестами, и от собственного хохота у него на глазах уже выступили слезы. Оба его подчиненных старательно покатывались со смеху, этим же были заняты и консультанты, строго инструктированные слушать и сопереживать, если хочешь понравиться клиенту. Только три китайца сидели в комнате с каменными лицами и внимательно смотрели на рассказчика. Директор закончил свою байку и, посмеиваясь, потянулся за салфеткой, чтобы утереть слезы. Слушатели еще усердно хохотали, и в этот самый момент китайский менеджер неожиданно подал голос.

– Следующим пунктом плана нашей встречи… – скрипуче и бесцветно начал он.

Его серьезность и полная невозмутимость, как и резкий переход, чуть не стоили директору эмиратской компании еще одного приступа хохота, но он только хмыкнул, сдерживая смех, наклонился ко второму арабу, тихо сказал что-то гортанно, и оба с усмешкой переглянулись.

Опять потекли долгие дни и ночи работы, прерываемые походами на ужин. Несколько раз Юлька выходила, чтобы пройтись по улицам: погода была замечательная, как в теплый летний день где-нибудь в Англии. Только здесь не было видно ни единой тучки – спокойное, чуть темноватое небо гордо пустовало. Почти столь же пустынными были и широкие проспекты, создавая странное ощущение, что Юлька шагает по покинутому городу будущего: небоскребы, чистота – и пустота. Какую-то иллюзию человеческого присутствия создавали машины, но даже их здесь было немного. Порой казалось, что окружающее – это только декорации, выстроенные из картона, и их уберут, как только доснимут этот короткий эпизод из Юлькиной жизни. Для полноты картины хорошо было бы купить пачку газет и выпустить их на ветер, листок за листком, чтобы они летели по пустынному проспекту, кружась и поднимаясь в воздух.

Вечерами небольшая команда отправлялась туда, где бурлила жизнь: в моллы. Именно здесь собиралось население Абу-Даби по вечерам – поесть, погулять, встретить знакомых. Молл блестел фальшивой позолотой, сиял гламурными дивами с реклам. Кого только не было в этом новом Вавилоне! По обзорам рынка Юлька знала, что местных в этой стране процентов двадцать, а прочие – приезжие. Жались стайками, взявшись за руки, индусы. Вели за руку явно не своих детей филиппинские домработницы. Ошарашенно озирали местность вцепившиеся в карты европейцы.

Видавший виды Варун был неоценимым гидом, и, пока вся троица сидела в ресторане, разглядывая проходящую пеструю толпу, индус работал «голосом за кадром»:

– …у мужчин рубаха называется «дишдаша», а черная мантия у женщин – это «абайя»… А вот эти – из Омана: видите, в кругленьких шапочках, – указал он на тройку мужчин. Один был почти негром, а лица других ничем не отличались от уже знакомых консультантам эмиратцев.

– Варун, почему головные накидки у местных мужчин разного цвета? – спросила Юлька.

– Цвет зависит от племени, хотя мне говорили, что сейчас это стало просто делом вкуса. Впрочем, накидки в черно-белую клеточку – это точно палестинцы. А вон те ребята арабского вида, но в европейской одежде – скорее всего, ливанцы.

– А цвет дишдаши? – поинтересовался Тео.

– Тоже дело вкуса. Но белая дишдаша – обычно наряд более официальный, примерно как пиджак на западе.

После этой пестрой суеты было приятно и странно пройтись по безлюдной ночной набережной. Но дорожка скоро закончилась: очевидно, никто из градостроителей серьезно не предполагал, что кто-то захочет ходить здесь в приличной обуви. А если приличной обуви нет, то нечего для таких и тротуары мостить.

Тут же услужливо притормозило такси, и троица поехала назад в гостиницу. Работать.

– Да что же это вы, месяц уже здесь, а ничего не видели! – возмутился Антонио.

Итальянец приехал на заключительную встречу и тут же стал засыпать команду вопросами, где они ужинали, щеголяя местными названиями. Услышав, что консультанты в основном выбирались в моллы или ели в гостинице, Антонио поразился их варварской неосведомленности и пообещал сразу же после работы повести команду в приличный ресторан. Впрочем, стоимость того, что итальянец считал «приличным», наверное, даже Варун не посмел бы списать в затраты проекта.