Чтение онлайн

Неожиданно вся моя презентация, мой Летучий Голландец, налетела на рифы… Я должна была закончить мысль, закончить красиво, пылко, страстно, с поклоном президентше… И не могла. Наша красавица и умница шахиня смотрела на меня, и ее идеально выведенная бровь начала подниматься вверх. Наманикюренный пальчик стукнул по столу: один раз, второй… Вот-вот была готова раздаться барабанная дробь, как дух бросил мне спасательный круг – ткнул кулачком в нашу газетенку с ликом президентши, одиноко лежавшую посреди огромного стола.

И я выпалила:

– Если свое хобби человек озвучить не сможет, мы можем помочь ему: нанять гримера, придумать образ и сфотографировать. Пусть в музее будет и аллея чудесных снимков!

Барабанная дробь не раздалась. Вместо этого мне зааплодировал весь коллектив. Мой изначально дохлый проект был принят единогласно.

Вечером я позвонила Миле.

– Спасибо за посылку, – сказала я. – Ты меня спасла.

– Посылку? – удивилась Милка. – Какую посылку? Ленка, ты о чем?

– Ну как, – растерялась я и посмотрела на корпоративный дух, адаптированный. За день он изрядно похорошел. Мою идею вынесли на всеобщее обсуждение, и весь коллектив, почти тысяча человек, хорошо принял ее. Сразу нашлось помещение, и в тот же день в нем начали ремонт. Чем больше людей звонили мне с благодарностью, тем лучше выглядел дух. А вот я почувствовала себя не лучшим образом.

Мила молчала и дышала в трубку. Я сказала:

– Извини, я не тебе хотела позвонить…

Дух поливал пальму в кадке. За восьмичасовой рабочий день он вырос – в нем было теперь без малого метр восемьдесят. Проплешина на макушке заросла, борода укоротилась и приобрела ухоженный вид.

Кацавейка исчезла, и вместо нее дух облачился в джинсы и ковбойку, взамен вязаных носков – приличные кроссовки. Он потолстел и посолиднел. В общем, стал красавчиком.

– Ленка, не за что, я ж по-братски! – внезапно сказала Мила и отключилась.

Корпоративный дух покосился на Нину-секретаршу – на ней была коротенькая узенькая юбочка и изящные туфельки на высоченных каблуках. Дух явно приобретал замашки человека.

– Слушай, – сказала я ему. – Если ты моя галлюцинация, почему до сих пор здесь? Разве галлюцинации могут вот так, без передышки преследовать человека?

– Я не преследую, – ответил дух. – Я тебе помогаю.

– За это спасибо.

– Не за что, – белозубо улыбнулся он. Ну просто кинозвезда… – Тут все взаимно. Я тебе помог, а ты мне. Я ведь давно болел, уже умирал. Вот меня и матереле… матреи… В общем, сделали видимым.

– Пойду я, пожалуй. Посплю, – сказала я. – Завтра же увидимся?

– Всенепременно, – кивнул мне дух. – Я у вас тут поживу еще. Послежу за порядком… За здоровой атмосферой сотрудничества…

Ниночка-секретарша задержалась у диспенсера – воды попить. Дух подошел к ней, элегантно оперся локтем о бутыль.

– Нимфа… – сказал он мечтательно. – Нимфа горного ручья…

Ольга тонкими пальчиками вертела в руках приглашение. Дорогая бумага. Серебряные шарики на укрытой снегом ветке ели. Золотые буквы: «Приглашаем!» Должно быть, это билет в рай. Или, может, есть что-то получше рая…

– Ах! – вырвалось из груди Ольги, когда она поднесла приглашение к чуткому носику. – Пахнет свежей типографской краской.

И подумала про себя: «Вот бы по мне прошелся типографский станок, и я стала принтом какой-нибудь красавицы в платье от всемирно известного кутюрье. И все вокруг бы онемели, потому что перед ними сама Жанна Фриске. Да, я знаю, что умная и мне не пристало мечтать превратиться в гламурную вертихвостку, но иногда хочется. Особенно в праздник».

Опять стучится в дверь этот дурацкий праздник, который разонравился Ольге еще в детстве, потому что пьяный папа ничего не дарил, а только портил всем настроение. Ольга критично взглянула на себя в зеркало.

«И чего я должна туда идти? Что я там забыла? Не пью, не курю. Не кручу романов. Надеть даже нечего. Надо мной, такой неуклюжей, опять будут все смеяться. Вес за год так и не сбросила», – думала Ольга.

Но все-таки взяла деньги и ринулась за обновкой. Ясные глаза шефа манили ее, как алые паруса – Ассоль, как, впрочем, и всех молодых девушек офиса.

На Тверской-Ямской Ольга встретила толкучий народ, который совершал накануне Нового года марафон за подарками. Убранные к празднику витрины, поражавшие механическими фигурками, новогодней мишурой, бегущими огоньками, разжигали желание. Купить. Все купить. Блузки. Кофточки. Пальто. Шарфики. Сумки. «Стоп! Мне нужно только платье! Одно. И самое лучшее».

Рядом с переходом наткнулась на нищего. Он просил денег. Почему не счастья? И Ольга дала ему сто рублей, такое у нее было настроение.

– Любви вам, счастья, жениха хорошего, – кланялся в ноги человек.

Ольга подняла глаза и поверх головы нищего увидела то самое платье. Самое лучшее, какое никогда не могла себе позволить. Оно переливалось, искрилось и манило, как снег и солнце. Витрина гласила: «SALE 100 %! Лучшие бренды задаром!» Она зашла внутрь дорогого бутика, где продавщицы придирчиво осмотрели ее с ног до головы, а потом еще раз с головы до пят, но ничего не сказали, потому что не имели права – прошла дресс-код. Недаром два года в офисе. Даже ногти пробовала нарастить, но они отваливались, не приживались. Ольга направилась прямо к платью.

– А можно померить?

– Можно. Ваш размер?

– Размер?.. Не знаю…

Продавщица окинула ее взглядом и тотчас отчеканила:

– Сорок шестой. У вас отличная фигура. Но оно дорогое… Эксклюзив.

– А как же… Написано же… задаром…

– Это и есть задаром. В Париже оно стоит в пять раз дороже.

– Цена не важна!

От этих волшебных слов продавщица стала особенно ласковой, в глазах появился хищный блеск. Платье нужного размера мигом оказалось в руках Ольги. «Боже, какая красота! Я звезда! Мадонна! Вся в блеске, в пайетках!» Выбежала из примерочной и прокричала:

– Я куплю его!

Платье красиво упаковали, уложили в коробку, перевязали ленточкой с бантиком, и наступило время рассчитываться. И стоил наряд как раз всю зарплату с премией.

«Ладно, – думает Ольга. – Проживу как-нибудь». Вынимает из кошелька деньги – ста рублей не хватает. Но не бежать же за нищим, не отнимать у него стольник назад… И не просить же взаймы… сомнительное счастье…

Возникла напряженная пауза. Продавщицы оказались чуткими людьми и даже изобразили на своих лицах что-то вроде сожаления, но ни одна сто рублей из кармана не вытянула и не побежала к директору попросить скидку для важной клиентки. А за спиной услышала тихое шипение: