Чтение онлайн

После того как Ким Сольрок ушел, король долго оставался погруженным в свои мысли.

– Ваше Величество, я слышала, что вы вернулись из трудного путешествия, и подготовила для вас ванну, – раздался снаружи приглушенный голос служанки.

«Горячая вода должна снять усталость», – подумал король Хон, поднимаясь с места.

В полутемной купальне стояла деревянная купель, наполненная настоянной на отваре из орхидей водой. Над водой поднимался пар, наполнявший помещение теплом и приятным ароматом.

Одетый лишь в легкий халат, король Хон опустился в горячую воду и почувствовал, как напряжение постепенно уходит. Однако вскоре даже халат показался ему лишним, и он снял его и отбросил в сторону.

В следующее мгновение в купальню с опущенной головой вошла Соран.

– Ваше Величество, я принесла вам полотенце.

Услышав это, король Хон в испуге прикрылся.

«Что… что она тут делает?!»

– Что ты здесь делаешь?

В помещении уже находилось несколько служанок, готовых помочь ему с купанием, и появление Соран не было чем-то необычным.

– Тебе следует отдохнуть. Тебя же недавно похитили. Ты, должно быть, устала. Зачем так быстро вернулась к своим обязанностям?

– Я тоже беспокоюсь о вашей усталости, Ваше Величество. Потому и пришла. Как закончу, отправлюсь отдыхать.

Соран опустила глаза и тихо добавила:

– А еще… я хотела поговорить с вами.

Поговорить?

Ли Хон приказал всем служанкам покинуть помещение, и в полутемной купальне остались только они с Соран.

– Я хотела поблагодарить вас. Вы лично отправились в опасное путешествие, чтобы спасти меня. – Соран склонила голову в знак благодарности.

«Ах, так она просто хотела поблагодарить меня», – подумал Ли Хон, расслабляясь в горячей воде, и решил поделиться своими впечатлениями от недавнего путешествия:

– Думаю, благодарить должен я. Благодаря тебе я смог лучше понять тяготы, которые испытывают мои подданные из-за запрета на браки. Я понял, что движет теми, кто обращается к похитителям невест, узнал о чувствах девушек, готовых выйти замуж за своих похитителей, и даже надежды разбойников из гор. Когда бы еще я смог обо всем этом узнать?

Король говорил искренне. Пусть путешествие было коротким, оно стало для Ли Хона настоящим откровением.

– Все это благодаря тебе.

Голос короля мягко разнесся по влажному, теплому помещению.

– Нет, что вы.

Соран замахала руками и покачала головой. На мгновение между ними повисла тишина.

– Вытереть вам пот? – предложила она, нарушая неловкое молчание и подойдя ближе с полотенцем в руках.

– Нет! Не подходи! – поспешно замахал руками Ли Хон.

В наполненной запахом орхидей теплой купальне снова повисло странное напряжение.

– Может, позвать других служанок?

– Нет, не нужно.

Соран стояла рядом, помешивая горячую воду в небольшом тазу, чтобы немного остудить. Наблюдая за ней, король Хон почувствовал, как его сердце начинает учащенно биться. «Любовь… Подходит ли это слово для того, чтобы описать мои чувства к Соран?» – подумал он, и мысли его вновь вернулись к словам Ким Сольрока:

«От каждого ее движения сердце начинает стучать так, будто хочет выскочить из груди».

Эти чувства сбивали его с толку. Да, при виде Соран сердце его действительно колотится быстрее. Но что же он чувствует?

Тем временем Соран, убедившись, что вода остыла, подошла к королю с тазом в руках.

– Я подолью вам теплой воды.

– Осторожнее.

Но не успел он договорить, как Соран поскользнулась на влажном полу.

– А-а-а!

Она выронила таз и, потеряв равновесие, упала прямо в купель. Пытаясь поймать ее, Ли Хон весь промок от поднявшихся брызг.

Вынырнув, Соран оказалась в его объятиях. Их сердца забились в унисон. В воздухе повисло напряжение, и казалось, вот-вот что-то случится… Чувствуя неловкость, Соран попыталась встать, но Ли Хон внезапно притянул ее за плечи. Она упала прямо ему на колени, и расстояние между ними стало опасно близким.

– Я дал народу обещание.

– Что?

– Обещание, что в течение шести месяцев будет зачат мой наследник.

Наследник… Здесь и сейчас? Глаза Ли Хона опасно сверкнули, и напряжение стало почти осязаемым. Он медленно склонил голову, приближаясь к губам Соран. Притяжение было непреодолимым; разум короля Хона заполнило одно-единственное желание.

Однако за мгновение до того, как их губы соприкоснулись, Соран прикрыла свои губы рукой.

– Наследник, говорите? – Ее голос звучал спокойно. – Вы делаете это только из-за давления других? К сожалению, я ни в малейшей степени не подхожу для того, чтобы стать матерью наследника этой страны. И уж точно не достойна стать вашей наложницей.

Голос Соран звучал неожиданно твердо и спокойно.

– Если это не искренние чувства, то я их не приму. И уж тем более, если это просто всплеск желания.

– Это не… не просто желание.

– Тогда что?

Ли Хон не смог ответить. Не мог признаться, что не понимает своих чувств и что они сбивают его с толку.

Его молчание было для Соран красноречивым ответом. С выражением решимости на лице она поднялась из купели и направилась к выходу.

– Соран…

Ли Хон хотел остановить ее, но не смог. Он замер в воде, словно окаменев.

Капли воды падали с мокрой одежды Соран, звук постепенно затихал. Она открыла дверь и покинула купальню.

Кап… кап… кап…

Капли воды падали и на сердце Хона. Еще несколько мгновений назад Соран тонула в этой купели, а теперь казалось, что тонул весь мир Ли Хона.

Мокрая насквозь, Соран вышла из купальни и почувствовала, как по щеке скатилась слезинка. Ее чувства были слишком сложными и запутанными.

Она никогда раньше не уходила от короля первой. Это было похоже на попытку разорвать невидимые узы, которые ее сковывали. Рядом с королем Хоном она чувствовала себя счастливой, но ее присутствие приносило ему слишком много тревог и создавало опасности. Правильно ли она поступает, оставаясь рядом с ним? А если ее тайны приведут к тому, что он окажется под угрозой?

Она вспомнила обещание, которое дала Синвону: никогда не испытывать чувств к королю. Тогда это казалось правильным решением.

У Соран была тайна – она все это время лгала Ли Хону. Разве она может и дальше оставаться рядом с ним, скрывая от него правду? Нет.

Еще одна слезинка скатилась по ее щеке. Ее печалило, что чувства к королю Хону становились все глубже.

«Если это не искренние чувства, то я их не приму».

В глубине души Соран понимала: король Хон и сам еще не разобрался в своих чувствах.