Запретная магия
Шрифт:
Эван растянулась в широкой улыбке, помыслив, об экономке и усатом кучере. Он терялся, когда фрау Джора напирала на него, хотя с другими за словом в карман не лез; разумеется, если зубоскалил с ровней себе.
– Хам! – экономка не унималась.
Она возмущенно кудахтала еще минуту или две. Эван слушала ее, не отводя взора от оконца в каретной двери. Все-таки веселит их фрау Джора. Снова улыбнувшись, Эван подумала, что пусть она возмущается, сколько пожелает – хоть какое-то развлечение в их долгом путешествии.
Сегодня дорога особенно труда. Второй день пути, Эван засиделась и вдобавок не выспалась. Вон и Тиамет зевнула, ей тоже спать хочется. Ох, зря они с подругами шептались до утреннего подъема, пока «Перекресток королей» гудел растревоженным ульем. Сказала же им фрау Калиссандра, чтоб легли в постель и спали. В отличии от многих, кто в минувшую ночь оказался на злосчастном постоялом дворе, у трех учениц арханта темной школы имелась возможность продолжить сон. Да куда там! Разве после увиденного заснешь? Подруги обсуждали недавнее происшествие и снова вспоминали пережитое в тот ужасный день, когда погиб Локонтелор и тысячи его жителей, в числе коих столь много магов, ликторов и, конечно же, других учеников.
Мимо проскакал рыцарь, на его щите был атакующий кречет на алом фоне. За ним следовали два сержанта и оруженосец. Появление чудовища из иного измерения изменило порядок движения посольства. Поутру выступили из «Перекрестка королей» так, словно вокруг бушевала война – с изготовленными к бою рыцарями и сержантами. Вчера сопровождающая сотня скакала на конях позади трех посольских карет, и почти все ехали налегке: доспехи и большую часть оружия везли заводные лошади. Лишь дюжина рыцарей и сержантов да люди Ленара были снаряжены к бою – тогда этого казалось достаточно.
Сегодня все иначе. Впереди посольства шел дозор, а с двух сторон от дороги – отец сказал бы, что по флангам – скакали разъезды. Непосредственное сопровождение разделилось на две части. Половина рыцарей и их ратников шла перед тремя посольскими каретами, другая за ними. Периодически несколько конников скакали вровень с экипажами, будто прикрывали их, ожидая нападения с минуту на минуту.
Но пусть так, чем встретить опасность неготовыми к ней. Тем более что общая скорость не замедлилась. К вечеру посольство будет на новом постоялом дворе – он впереди, в дневном переходе от прежнего, а в полдень обещан небольшой привал. Дабы самим размяться и дать немного отдыха лошадям.
Эван вытянула ноги. Скорей бы привал. Полдень уже наступил.
– Что, лисонька, на травку хочется? – экономка с прищуром посмотрела на Эван.
– Да, фрау Джора, хочется, – ответила девушка.
– А спать ночью надо было! – экономка сердито покосилась на сидевшую подлее нее ученицу.
– Но как же! – возразила принцесса Илвет. – Где связь между желанием размять ноги и ночным сном?
– Я тоже не понимаю, – пробормотала Тиамет и по-мужицки хрустнула шеей. – Причем тут сон?
– Кабы спали ночью, то не маялись бы и не елозили задницами, не ведая, куда их пристроить, – укоризненным тоном произнесла фрау Джора. – И вообще! Приличные девицы так себя не ведут.
– Как так? – Тиа недоуменно посмотрела на улыбающихся подруг. Понятно, что надо было спать, но в чем еще она провинилась?
Эван не знала, как Илвет, а ее по-прежнему забавляло возмущенное пыхтение и косые взгляды фрау Джоры, которых удостоилась не только Тиамет, но и две другие ученицы – может, оттого, что уж больно смешным сталось лицо экономки, когда ее снова наполнил праведный гнев.
Фрау Джора наполнила легкие воздухом, чтобы обрушить новую обвиняющую тираду – теперь на безмозглых куриц. Да открыла рот лишь для того, чтобы громко клацнуть зубами. Карета наехала на очередную кочку, отчего вновь тряхнуло и гораздо сильней, чем прежде.
Забыв о несносных девицах, экономка отщелкнула замок, открывающий оконце двери, и снова высунулась наружу. Чтоб объяснить кучеру, как надо править лошадьми! Но снова пришлось молчать.
Посольский поезд остановился, и, надо ж так случиться, рядом с экипажем учениц фыркал жеребец капитана Ленара. Вскинув бровь, наемник многозначительно посмотрел на приставленную к ученицам служанку. Фрау Джора всунулась обратно в карету. Красная, как рак, она возмущенно фыркала, но молчала. Невозможно полоскать возницу при высокородном господине. Наброситься на учениц она тоже не могла – герр Ленар легко услышит и эту ее отповедь, он как назло держал своего коня на месте.
– Почему остановились? – спросила принцесса.
– Наверно, привал, – пожала плечами Эван.
Другой причиной для остановки могло быть только нападение на посольство, но нет ни встревоженных криков и громких команд, ни мельтешения охранников. Зато видно подходящее место для непродолжительного отдыха.
По левую руку от дороги началась дубовая роща, до которой с полсотни шагов. Между рощей и дорогой росла плотная сочная и невысокая трава. Эван захотелось пройтись по ней босиком. Аж пятки зачесались! Илвет и Тиамет тоже не терпелось поскорей выскочить из опостылевшего экипажа.
– Сидим здесь, – произнесла фрау Джора, она была насуплена. Увидев в глазах учениц немой вопрос, экономка добавила. – Выходить покамест не велено!
Капитан Ленар подвел жеребца к двери экипажа. Стянув перчатку, герр Джон постучал костяшкой пальца в стекло оконца.
– Фрейлейн! Фрау Джора! – позвал капитан наемников. – Выходите! Привал!
– Теперь можно? – с надеждой в голосе спросила Илвет.
Экономка недовольно поморщилась, но крыть было нечем.
– Раз велено, – сказала она, – то можно.
Девушки выпрыгнули из экипажа быстрей, чем оттуда могла бы вылететь стрела из разряженного арбалета. Ну, почти… Эван с упоением глотнула свежего воздуха и вместе с подругами шагнула на траву. В самом деле хотелось пробежаться по ней босиком или просто побежать, но негоже благовоспитанным девицам и ученицам самого арханта темной силы и декана оной школы скакать на лужайке, будто малолетним детям. Оглянувшись на экономку, Эван увидела ее осуждающий взор.
– Не разбредайтесь, лисоньки, – фрау Джора тоже спустилась.
Она еще хмурилась, однако чистый чуть прохладный воздух и возможность пройтись на своих двоих подействовали на настроение экономки наилучшим образом. Все-таки фрау Джора по натуре не была ворчливой и склочной женщиной. Но не признавать же поражение столь легко! Фрау Джора бросила на учениц укоряющий взор и с нарочитым осуждением покачала головой. Пусть все видят, что она недовольна!
Почувствовав вкус победы, фрау Джора почти успокоилась и направилась к экипажу, что предназначался для гардероба Калиссандры ди Каллис и также вез двух ее горничных.