Запретная терапия
Шрифт:
Лиам наклонился ко мне, его взгляд был тяжелым, пронизывающим.
— Может, он хотел не искать, — его голос снизился до шепота, который пробирал до костей. — Может, он хотел что-то подложить.
Эта мысль ударила меня, как электрический разряд. Меня словно окатили ледяной водой, и я почувствовала, как волосы на затылке встали дыбом. Бомба? В моей квартире? Кто-то хотел взорвать мою квартиру? Ужас при одной мысли об этом пронзил все мое существо.
А потом пришла другая, еще более страшная мысль.
— Мама… — прошептала я, вскакивая на ноги. Кровь стучала в висках, перед глазами заплясали темные пятна. — Мне нужно к маме, мне нужно найти ее!
Я бросилась к выходу, слепо, не разбирая дороги, движимая только инстинктом защитить родного человека. Но не успела сделать и трех шагов, как крепкие руки Лиама перехватили меня, сжали в железных объятиях. Я забилась в его хватке, как птица в силках, не осознавая, что из моего горла вырываются рваные всхлипы.
— Успокойся, черт возьми! — его голос звучал откуда-то сверху, но я не слушала, я только чувствовала, как его тело, твердое и горячее, обволакивает меня, не давая вырваться. — Рейвен, послушай меня! Успокойся!
Я колотила его кулаками в грудь, захлебываясь рыданиями, не в силах справиться с ужасом, который охватил меня.
— Отпусти! Мне нужно к маме! Он может быть у нее! Он может…
— Я найду твою маму, — Лиам сжал меня крепче, его губы почти касались моего уха. — Успокойся. Я найду ее. С ней все будет в порядке. Я обещаю.
Что-то в его голосе — уверенность, сила, обещание защиты — заставило меня замереть. Я почувствовала, как мои колени подкашиваются, и обмякла в его руках. Лиам подхватил меня, словно я ничего не весила, и прижал к своей груди. Я слышала, как быстро бьется его сердце — сильно, ровно, надежно.
— Я никому не позволю причинить тебе вред. — прошептал он.
Его руки обнимали меня так крепко, что я едва могла дышать, но странным образом это дарило ощущение безопасности. В его объятиях, в логове зверя, я вдруг почувствовала себя защищенной. И эта мысль пугала меня больше всего на свете.
Опустившись на диван в гостиной, я продолжала набирать мамин номер. Звонок за звонком, безответно. Чувство беспомощности разрасталось внутри меня, пожирая последние остатки спокойствия. Прошёл час, второй… за окном стемнело, а я так и не сдвинулась с места.
Лиам периодически появлялся рядом, протягивая мне то чашку с чаем, то стакан воды. Он не давил, не задавал вопросов, и это было странно — видеть его таким… почти заботливым.
— Тебе нужно поспать, — сказал он, присаживаясь на край дивана. Его голос звучал непривычно мягко.
— Я не могу, — покачала я головой. — Не могу, пока не узнаю, где она.
На часах было почти пять утра, когда мой телефон наконец зазвонил. Увидев на экране надпись «Мама», я чуть не выронила трубку от неожиданности и облегчения.
— Мама! — воскликнула я, прижимая телефон к уху так сильно, что стало больно. — Господи, где ты?!
— Рейвен, — её голос звучал размыто, с характерными растянутыми интонациями. — Что случилось? Всё хорошо?
Меня окатило ледяной волной осознания. Она пьяна. Снова. Я вспомнила — она же говорила про корпоратив, но я даже не подумала… Как я могла забыть, что там будет алкоголь?
— Мама, где ты? — мой голос дрожал. — Я всю ночь пыталась до тебя дозвониться!
— Я… я у Сары, — произнесла она, делая паузу между словами. — Всё в порядке, солнышко.
— Мама, послушай, — я старалась говорить спокойно, хотя внутри всё кипело от отчаяния и злости. — Домой не приходи. Сейчас… опасно.
— Дочка, я не приду домой, не переживай, — хихикнула она в трубку. — Меня вообще пару дней в городе не будет.
— Что?! — я резко выпрямилась, чувствуя, как адреналин ударил в голову. — Как это не будет? Мам, что происходит?
— Ну вот так вот, дочь, — её беззаботный тон разбивал мне сердце. — В общем, всё в порядке, я жива, здорова, не беспокойся. Я позвоню, как вернусь. Пока.
И она отключилась, оставив меня в оглушительной тишине пустой гостиной Лиама. Я смотрела на потухший экран телефона, не веря тому, что только что услышала. Мама, единственный близкий человек, который у меня остался, снова сорвалась и просто… исчезла.
Горячие слёзы потекли по щекам, я не пыталась их вытирать. Бессилие и усталость навалились всей тяжестью, вытесняя даже страх.
Лиам появился в дверном проёме, прислоняясь к косяку. Его тёмные глаза внимательно изучали меня.
— Твоя мать?
Я кивнула, не находя сил на слова.
— Она в порядке?
— Если можно назвать порядком то, что она напилась и уехала из города на несколько дней, — я горько усмехнулась, вытирая щёки тыльной стороной ладони.
Лиам подошёл ближе, его шаги были тяжёлыми в тишине квартиры.
— Может, это и к лучшему, — произнёс он задумчиво. — Сейчас ей безопаснее быть подальше отсюда.
Я посмотрела на него, не в силах даже возразить. Может, он и прав. Может, маме действительно лучше не возвращаться сейчас. Но это не делало боль и разочарование менее острыми.
— Я… наверное, выберу комнату, — произнесла я хрипло, поднимаясь на ватных ногах.
— Я провожу, — Лиам сделал шаг ко мне, но я покачала головой.
— Не надо. Я сама.
Он нахмурился, но спорить не стал.
Спотыкаясь от усталости, я побрела в указанном ранее направлении. Комнату, которую я выбрала, оказалась просторной и такой же безликой, как вся квартира. Огромная кровать с белоснежным постельным бельём, минималистичная мебель и самая впечатляющая деталь — панорамные окна от пола до потолка, открывавшие вид на ночной город, сверкающий россыпью огней.
При других обстоятельствах я бы остановилась, чтобы насладиться этой красотой, но сейчас у меня не было на это сил. Не раздеваясь, я рухнула на кровать, чувствуя, как матрас мягко принимает вес моего измученного тела.
Я проснулась от приглушенных голосов, доносившихся из коридора. Сонная дымка медленно рассеивалась, пока я пыталась понять, где нахожусь. Незнакомый потолок, огромная кровать, мягкие простыни, пахнущие свежестью и дорогим кондиционером для белья. Пентхаус Лиама. События вчерашнего дня обрушились на меня лавиной — вторжение в мою квартиру, паника, и вот я здесь, в безопасности, но вдали от дома.