Чтение онлайн

Снова и снова он повторял про себя ее горькое «я вам не верю». И действительно, как он мог обещать, что никогда не оставит ее? Ведь пока он не отказался от мысли о Шотландии. Но даже если он останется в Англии, его судьба всегда будет связана с герцогством, а значит, со свободой можно распрощаться. Но если бы Мад согласилась выйти за него, он мог бы защищать ее и здесь, и даже в Шотландии. Он стоял на пронизывающем ветру и чувствовал, что эта холодная апрельская ночь привнесла в его жизнь некоторую ясность. Софрония каждый день напоминала ему о необходимости жениться и произвести на свет наследника. Мадлен была идеальной невестой: у нее превосходная репутация, богатое приданое и характер настоящей авантюристки. Сочетание, от которого отец в гробу перевернется, что тоже было несомненным плюсом. Он может жениться на любимой женщине и уехать в Шотландию. В конце концов, если он больше никогда не переступит порога родового поместья, он не станет таким, как отец. А с такой женщиной, как Мадлен, ему будет хорошо даже в унылой Шотландии. Все, что нужно сделать, — это доказать Мадлен, что он совершенно не тот человек, каковым его считают в свете, и что жизнь в браке с ним будет достойной заменой театру.

На следующее утро за завтраком Мадлен сделала неприятное открытие: люди совершенно напрасно называют джин отравой. Шампанское — вот дьявольский напиток!

Ее чуть не стошнило от запаха яичницы с беконом. Хорошо, что она все еще «на диете», это позволило ей ограничиться небольшим тостом. Голова раскалывалась, комната плыла перед глазами. В общем, самочувствие было отвратительным.

— Миледи, желаете другое блюдо на завтрак? Возможно, немного копченого лосося? — предложил Чилтон.

Мадлен зажала рот рукой.

Дворецкий внимательно посмотрел на нее, но ничего не сказал. Наверное, он заметил, в каком состоянии она была вчера. Она почти не помнила ни окончания бала, ни того, как ложилась спать, — все было словно в дымке. Чилтон сдержано улыбнулся. Вот ужас-то, он догадался, отчего ей нездоровится! Чилтон служил семье Солфорд не первый десяток лет и иногда, вернее, очень редко, позволял себе проявить веселый нрав: роскошь, вообще-то, непозволительная для слуг. От стыда Мадлен хотелось провалиться сквозь землю, но за последние несколько недель она столько натворила, что спуститься к завтраку в состоянии похмелья было не самым тяжким грехом.

Вошла тетя Августа. Она уже успела позавтракать.

— Дорогая, как твое самочувствие? — Она с участием посмотрела на Мадлен. — Слышала, ты вчера столкнулась с леди Гревилл.

Наверняка, уже все знали об их стычке. Веселая вдова и старая дева поссорились из-за завидного жениха. Весьма занятная история!

— Леди Гревилл не сказала мне ничего плохого.

Августа нахмурилась.

— Тогда что случилось? Ты была сама не своя после бала. Я еще вчера хотела выяснить, что произошло, но ты была… немного пьяна.

Снова к горлу подступил противный комок, но объяснение было неизбежным.

— Меня неприятно удивил выпад леди Гревилл. Герцог хотел приободрить меня и предложил шампанского. Вероятно, я выпила лишний бокал.

— Или лишнюю бутылку, Мадлен? — укоризненно сказала Августа, но сразу же ее голос смягчился. — Я не осуждаю тебя. Может, раньше леди Гревилл и была милой женщиной, но теперь характер у нее изменился.

— Значит, вы не сердитесь на меня? — Мадлен казалось, что ей снова девять лет и она только привыкает к своему новому дому в Англии.

Августа рассмеялась:

— Ох, я тоже выпила вчера лишний бокал шампанского! Конечно, я не хочу видеть тебя под хмельком каждый вечер, но это не смертный грех. Главное — не переусердствовать, а то о тебе начнут судачить, и герцог Ротвельский откажется от твоей помощи.

Мадлен не хотелось вспоминать о своих обязательствах. Сегодня ее ожидали в особняке Ротвелов, но если сестры все еще настроены враждебно, эта встреча ни к чему хорошему не приведет. Голос тети прервал ход ее мыслей.

— Если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь поделиться со мной. Мадлен, ты ведь не забыла, что мы — одна семья? В последнее время я просто не узнаю тебя.

В этот миг Мадлен больше всего хотелось открыть свое сердце. Но вместо этого она лишь улыбнулась и молча кивнула. Да, она помнила об этом. Но тетя никогда не разрешила бы ей играть в театре и, разумеется, проводить время с Фергюсоном.

Августа вздохнула:

— Хорошо. Если я могу хоть чем-то помочь, только скажи. Думаю, этим летом ты сможешь раньше вернуться в Ланкашир.

Эмили была бы счастлива, услышав о возможности побыстрее покинуть Лондон, но это был лучший сезон в жизни Мадлен, и она едва не вскрикнула от ужаса. Нет-нет, она не поедет в деревню! Но тетя ничего не должна знать.

— Спасибо. Со мной все будет хорошо.

Августа встала из-за стола, подошла к ней и нежно погладила по голове. В детстве Мадлен забывала все дурное, стоило почувствовать тепло ее рук. Но детство давно прошло. Теперь у нее есть свои секреты и их нужно хранить. Алекс и тетя Августа будут снова и снова задавать вопросы, на которые все сложнее будет отвечать.

Августа удалилась. Чилтон налил Мадлен чаю. Она сидела неподвижно, надеясь, что голова наконец перестанет кружиться, но лучше не становилось. Наконец она отослала Чилтона. Мадлен сказала, что ей нужно побыть наедине со своими мыслями, и дворецкий понимающе улыбнулся. Но посидеть в тишине не удалось. На сей раз ее покой нарушила Эмили. Она села в кресло, которое до того занимала тетя Августа, и Медлен поразилась, насколько они с матерью похожи. Особенно когда хмурились.

— Что произошло вчера вечером? — спросила Эмили. — Почему ты напилась?

Мадлен пожала плечами. Голова тут же отозвалась тупой болью.

— Милли, мы можем обсудить это чуть позже? У меня ужасно болит голова, а в полдень я должна быть у Ротвелов.

— Тебе нельзя встречаться с этим мужчиной!

— При чем тут герцог? Мне нужно поговорить с Мэри и Кейт, обсудить их дебют, — Мадлен не хотела продолжать этот разговор, но она знала, что Эмили так просто не оставит ее в покое. — Почему тебя беспокоит, встречусь я с Ротвелом или нет?

Эмили перешла на шепот:

— Мне не нравится, что твоя жизнь находится в руках мужчины, чья репутация просто ужасна. Ты не думаешь, что пора рассказать все Алексу и попросить его найти выход из этой кошмарной ситуации?

Сцена с Каро подтвердила некоторые опасения Мадлен относительно прошлого Фергюсона, но все же Эмили несправедливо обвиняла его во всех смертных грехах.

— Ты рассуждаешь, как обыкновенная сплетница, судишь о человеке, даже не поговорив с ним.

— Он — плохой человек! — резко бросила Эмили. — И может навредить нам. Он не такой простодушный и воспитанный, как мои поклонники.