Чтение онлайн

— Я могу нормально ходить, — пробормотала я, опустив голову, чтобы никто не заметил, как я покраснела.

— Заткнись и позволь мне нести тебя, — ответил мистер Хейвуд.

Я держала рот на замке. Это было неловко. Мистер Хейвуд нёс меня как принцессу, а Лэнс шёл рядом.

Лэнс грозно сдвинул брови. Именно тогда я заметила большую рану на макушке его головы, которая слегка кровоточила. У меня перехватило дыхание, а глаза слегка расширились.

— Лэнс! Твоя голова! — воскликнула я.

Лэнс пожал плечами:

— Я уверен, что это выглядит хуже, чем есть. Видишь?

Он покачал головой, но лицо исказилось от боли, выдавая его. Я нахмурилась, и он вздохнул.

Когда мы добрались до машины, мистер Хейвуд посадил меня на заднее сиденье. Он протянул руку и пристегнул мой ремень безопасности.

— Я могу сделать это самостоятельно, — сказала я.

— Я знаю, — ответил он.

Клянусь, я видела, как он ухмыльнулся, прежде чем вылезти из машины и закрыть дверь. Лэнс сел на пассажирское сиденье, а мистер Хейвуд — на водительское. Он завёл машину и выехал со стоянки.

— Куда мы направляемся? — слышала я, как спросил Лэнс.

— Ко мне домой, — ответил мистер Хейвуд, глядя на меня в зеркало заднего вида. — Нам есть о чём поговорить.

Когда мы вошли в квартиру мистера Хейвуда, он немедленно усадил нас с Лэнсом в гостиной и достал из ванной аптечку.

— Ауч, — прошипела я, пытаясь вырваться из его рук, когда он вытирал спиртом мои порезы. — Прекрати это! Мне больно!

Он вздохнул, в который раз:

— Мне нужно продезинфицировать раны, Холли.

— Да, перестань быть ребёнком, — сказал Лэнс, сидя на диване напротив меня.

— Ты поднял больше шума, чем я! — нахмурилась я.

Он слегка покраснел и с раздражением отвернулся от меня. И, когда он это сделал, я увидела повязку вокруг его головы, отчего сразу почувствовала себя виноватой.

Мистер Хейвуд снова привлёк моё внимание. Мы сразу же встретились взглядами. Его был таким пронзительным, что мне пришлось отвернуться. Он продолжал аккуратно чистить мои порезы ватными шариками с дезинфицирующим средством.

После того, как, казалось, прошла вечность, хотя на самом деле всего пять минут, он закончил, наложил два пластыря на самые большие порезы и оставил остальные в покое.

— Знаешь, если бы ты не была такой неуклюжей, порезов у тебя не было бы, — сообщил он мне с ухмылкой, играющей на его губах.

— Заткнись, — пробормотала я. — Я упала только потому, что Лэнс сбил меня в первый раз. И во второй раз меня повалили приёмом в духе футбола, так что не думаю, что это была моя вина.

Мистер Хейвуд вздохнул:

— Прости меня. Я знал, что что-то произойдёт. Надо было держаться поближе.

Я отрицательно покачала головой.

— Я не ожидала, что мне придётся идти пешком от ресторана. Мы припарковались рядом с ним.

— И Холли не увидела знака «Парковка запрещена», — добавил Лэнс.

Я выхватила коробку с пластырями из рук мистера Хейвуда и швырнула её в Лэнса. Она ударила его в забинтованную область, и я услышала, как он подавил стон боли.

— И всё же, — продолжил мистер Хейвуд, — я втянул тебя в эту историю. Меньшее, что я мог сделать, это защитить тебя от боли, но даже этого не смог. Хуже всего то, что я втянул в это другого человека. И это ещё один подросток.

Я положила правую руку на плечо мистера Хейвуда, и он посмотрел прямо на меня.

— Я ненавижу это. Ненавижу, что меня втянули в это. Ненавижу, что Лэнса втянули в это. Ненавижу, что меня ранили. Я ненавижу всё, что связано с бандами, и хочу никогда не связываться с ними.

Мистер Хейвуд моргнул, выглядя удивлённым. Он открыл рот, чтобы заговорить, но я оборвала его:

— Но, поскольку уже слишком поздно, всё, что я могу сделать, это оставаться в безопасности, оберегать тебя, а теперь и Лэнса. Я не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал.

— Сохраните сюжет для мыльной оперы, — фыркнул Лэнс.

Я нахмурилась, ища что-нибудь, чем ещё можно бросить.

Мистер Хейвуд усмехнулся, похлопав меня по голове:

— Ты хорошая девочка, Холли.

Я слегка улыбнулась.

— Но почему они тебя так ненавидят? Настолько, что даже преследуют одного из твоих учеников?

Мистер Хейвуд хитро улыбнулся:

— Помнишь, я сказал тебе, что сделал что-то плохое? И то, что я ушёл из банды, только усугубляет ситуацию.

— Но что ты сделал?

— Кто знает? — пожал он плечами.

— Мистер Хейвуд.

Он поднял брови:

— Ты забыла, что я просил не называть меня мистером Хейвудом!

— Не меняй тему!

— Лэнс, — сказал мистер Хейвуд, поворачиваясь к нему. — Ты готов услышать мою трагическую историю горя?

Лэнс встал и жёстко ответил, на самом деле немного жёстче, чем я могла себе представить:

— Объясните мне с самого начала. Всё.

Мистер Хейвуд вздохнул и заговорил. Я уже знала эту историю, поэтому пошла на кухню, чтобы что-нибудь выпить. После нескольких минут бесполезных поисков я вернулась в гостиную с пустыми руками.

Мистер Хейвуд взглянул на меня, прервав рассказ:

— Что-нибудь нужно?

— Я хочу пить.

Он усмехнулся:

— Извини, я не был в продуктовом в последнее время. На столешнице мелочь. Возьми её и спустись к автоматам.

Я открыла рот, чтобы отказаться, но взгляд мистера Хейвуда дал понять, что отказываться нельзя. Я повернулась на пятках, подошла к стойке, взяла мелочь и сжала её в руке.

— Тогда я скоро вернусь.

Лэнс хмыкнул в ответ, и я не могла сдержать улыбку, которая скользнула по моему лицу.

В коридоре я повернула налево. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я не знаю, где были эти автоматы. Я колебалась, прежде чем продолжить путь по коридору.

Кто ставит у своих квартир торговые автоматы? Я нахмурилась, но продолжала, пока не добралась до лестницы, где они стояли. Я вставила монеты и нажала на кнопку с «Пепси». Банка упала, и я наклонилась, чтобы поднять её и немедленно прижать к моей больной щеке.

Я вздохнула от удовольствия. О, чудеса, которые холодные напитки могут сотворить с ранами.