Чтение онлайн

Она хмыкает.

— Хотя и красивая. Фотографии, которые я видела, едва ли передают красоту. Думаю, твой отец мог бы найти кого похуже. Возможно, тебе следует поблагодарить его.

— Это было сделано намеренно. Уверен, он хочет красивых внуков. Он не из тех, кто оставляет что-то подобное на волю случая.

Миранда смеется.

— О, посмотри на нее. Она действительно наслаждается жизнью. Такая милая. Может, тебе стоит подойти и поздороваться?

Я опрокидываю в себя большую часть бокала, уже хочется выпить еще.

Миранда смотрит на меня и качает головой.

— Уфф, ты действительно злишься на нее. Она знает?

Поворачиваюсь спиной к Лейни и смотрю на Миранду.

— Почему ты здесь? Ты пробралась тайком?

Она не выпускница Сент-Джонса.

Миранда подмигивает.

— Может быть.

Затем Харрисон прерывает разговор, держа в руках тарелку, переполненную креветками. Он неуклюже обнимает Миранду за плечи.

— А вот и мое горячее свидание.

Она едва сдерживается.

— Харрисон, ты сейчас прольешь коктейльный соус мне на платье, — ноет она, толкая его локтем в бок.

Он смеется и позволяет ей отстраниться.

— О, не будь такой.

Интересно. Я прекрасно знаю, что Миранда не интересуется Харрисоном. У нее более утонченные вкусы. Последние несколько лет она ясно давала понять, что согласится на свидание, если только я попрошу, но я этого не сделаю.

Миранда красивая и утонченная, и во многом похожа на любую другую женщину, которую я когда-либо встречал. В ней нет ничего плохого, но и ничего запоминающегося. Или, возможно, я груб, потому что у меня плохое настроение. Я снова смотрю на Лейни, не в силах остановиться. Я хочу знать, что она задумала, как она может стоять с такой широкой улыбкой на лице и изображать, что она не самый злой человек в комнате.

Она делает маленький глоток шампанского, едва касаясь губами края. Мужчина, с которым она стоит, наблюдает за ней с пристальным вниманием, без сомнения, представляя, как ее губы обхватывают что-то совсем другое.

— Что заставило Эммета разозлиться? — спрашивает Харрисон.

Я не утруждаю себя ответом, ухожу, огибая столики, пока не оказываюсь в поле зрения Лейни. Она замечает меня через плечо своего спутника, и я вижу, как судорожно сглатывает, словно внезапно занервничала.

О нет, Лейни. Теперь нет смысла играть со мной в кротость.

— И я нахожу аукционы старых мастеров гораздо более интересными, чем вечерние распродажи, но, очевидно, они проводятся гораздо реже. Вам удалось побывать на них?..

— Я хотел бы поговорить со своей невестой, — говорю я, прерывая мужчину.

Он замолкает на полуслове, поворачивается ко мне с широко раскрытыми от смущения глазами.

— Извините, я…

— Уходите. Прочь. — Я выдавливаю из себя слова, слегка наклоняясь к нему, чтобы никто не мог ошибиться в моем тоне.

Он моргает, моргает, моргает, как гребаный идиот, прежде чем до него, наконец, доходит. Он, запинаясь, быстро прощается с Лейни и уходит.

Я стою перед ней и смотрю, совершенно не в силах справиться со своим гневом. Как бы то ни было, она встречает мой взгляд с дерзкой уверенностью и вызывающим выражением лица.

— Ты выглядишь сногсшибательно. — Хотя это не похоже на комплимент.

Выражение ее лица ожесточается.

— Ты отпугнул того человека, только чтобы сказать мне это?

— Конечно, нет. Тебе не кажется, что нам стоит поговорить, милая?

— Не называй меня так.

Уголки моих губ приподнимаются. Я уже наслаждаюсь.

— Какое ласкательное имя ты бы хотела? Маленькая мышка?

Вспышка боли сменяется яростью. Она делает шаг ко мне, и ей приходится поднять голову, чтобы встретиться взглядом.

— Если ты намерен опозорить меня здесь, на публике, я этого не допущу. Прибереги свои детские игры для другого места.

— Не здесь? Хорошо. Куда тебя отвезти? — Мой голос полон жестоких намеков.

С нее хватит. Она пытается пройти мимо, но я хватаю за локоть, заставляя оставаться на месте. Я насмешливо цокаю по-французски и точно знаю, что, если бы мы не были на людях, ее ладонь уже коснулась бы моей щеки. Она покраснела от гнева, и это к лучшему, теперь мы квиты.

Не ослабляю хватки на ее руке. Я все еще не уверен, что она не сбежит, если представится такая возможность.

— Я полагаю, ты видела сегодняшние новости. В них было все, на что ты рассчитывала?

Она сжимает челюсть.

— Это были прекрасные фотографии, которые предоставила твоя бабушка. Вы выбрали их вместе? Тщательно решали, какие из них представят тебя в лучшем свете? Кажется, в тебя уже все влюбились. Похоже, мы — пара года.

Мой тон сочится сарказмом, и все же выражение ее лица смягчается.

— Неужели все так плохо?

Хрупкости в ее голосе достаточно, чтобы разозлить меня.

— Не надо, — предупреждаю я.

— Прости меня.

Ее большие зеленые глаза наполняются грустью.

Не знаю, почему она расстроена. У нее есть все, что она хочет. Кроме меня.

Я этого не допущу.

Наконец я отпускаю ее, жалея, что не могу выбросить Лейни из головы и покончить с этим.

— Прибереги свои извинения, Лейни. Они мне не нужны.

Ее взгляд становится умоляющим.

— Я так же беспомощна, как и ты.

— Это не так, — огрызаюсь я.

— Что я такого плохого сделала? — кричит она. — Как ты умудрился вывернуть все так, чтобы выставить меня злодейкой? Я не пойду против воли бабушки, Эммет. Я просто делаю то, о чем она меня просит. Неужели ты не понимаешь?

— Неужели я не понимаю? — Моя вспыльчивость вот-вот доконает меня. — Кто лучше меня понимает твою ситуацию? Ты думаешь, что только тебе приходится подчиняться диктатору? Попробуй вырасти с моим отцом.

Ей нечего на это сказать, и мы стоим, тяжело дыша, сцепив взгляды в молчаливом противостоянии. Я чувствую, как мое раздражение поднимается огромной волной. Я так близок к тому, чтобы поддаться этому гневу раз и навсегда.

Лейни не убегает. У нее вообще нет здравого смысла. Если бы он у нее был, она бы никогда не предала меня вот так.

Я засовываю руки в карманы и делаю шаг назад, намеренно увеличивая дистанцию между нами.

— Значит, мы зашли в тупик.

— Полагаю, да, — говорит она, быстро оглядывая толпу, словно пытаясь сдержать эмоции.