Чтение онлайн

— Ты знаешь, я ошибался в тебе, Лейни. Мужество, которое, как мне казалось, я видел…в тебе его нет.

Она грустно усмехается себе под нос, но в ее голосе слышится непреклонная твердость, когда она с яростью смотрит в ответ.

— О, правда? Я слабая? Я ведь противостою тебе прямо сейчас, не так ли? Стою на своем, когда ты, кажется, пытаешься запугать меня, наказать, как будто ты судья, присяжные и палач. — Она делает шаг вперед и с силой прижимает палец к моей груди, продолжая с безудержной яростью: — Я всю жизнь работала, чтобы заплатить за ошибки матери, чтобы напомнить бабушке о том хорошем, что во мне есть. И не хочу все испортить. Если ты решил расторгнуть помолвку, расторгай, но перестань обвинять меня. Ты заблуждаешься, если думаешь, что не заслуживаешь такого наказания. Ты играл со мной в Италии, прекрасно понимая, что это оттолкнет Ройса. Ты думаешь, люди — это игрушки? Ты думал, что не будет никаких последствий? Мне не жаль тебя, Эммет.

— Все это притворство.

Она пожимает плечами, ее это не волнует.

— Тогда пусть будет так, — бросает она вызов. — Ты француз — веди себя соответственно. Окружи себя стайкой блондинок, вроде той, с которой я тебя только что видела, и забудь о моем существовании.

— С удовольствием.

Она потрясенно открывает рот, как будто мне наконец удалось глубоко ранить ее.

Бл*дь.

Я почти дотягиваюсь, чтобы обнять ее. Поднимаю руку, но она отворачивается, уходит обратно в толпу, оставляя меня, словно я не ее будущий муж, словно она мне не принадлежит. Никак не могу справиться с гневом. Я не могу вырваться на свободу. Она в сговоре с моим отцом и своей бабушкой, и это предательство глубоко ранит. Она выбрала свою сторону, а я выберу свою.

Война — кровавая штука, Лейни. Надеюсь, ты готова.

Глава 24

Лейни

Хотя прошлая ночь была невыносимой, я не позволю Эммету и дальше разрушать мою жизнь. Мне нужно хоть какое-то подобие нормальной жизни, поэтому я решаю отложить вылет в Бостон до вечера воскресенья. В музее Уитни проходит ретроспектива Джеффа Кунса, подготовленная Скоттом Роткопфом, куратором, которым я восхищаюсь. Я давно хотела посмотреть выставку, и, похоже, сейчас самый подходящий момент.

Прежде чем отправиться в город, надеваю желто-коричневое кашемировое платье, которое сочетается с плащом. Пояс от Hermes стягивает талию и объединяет весь образ. Интересно, смогу ли я сегодня сходить в музей Гуггенхайма? Я сотни раз видела их постоянную коллекцию, но не могла устоять перед искушением посмотреть на «Женщину с желтыми волосами» Пикассо. На картине изображена Мария-Тереза, одна из возлюбленных Пикассо. Когда они встретились, Пикассо был женат, а Марии-Терезе было всего семнадцать лет. Они скрывали свой бурный роман, но его ранние годы запечатлены в работах Пикассо. На самом деле, на пяти картинах 1927 года, содержатся монограммы «MT» и «MTP» как часть композиций, которые загадочно возвещают о появлении Марии-Терезы в жизни художника.

Картина замечательная, а история его музы такая сложная и захватывающая. Людям легко стоять перед картиной и думать, что цвета хорошо сочетаются, а сюжет удовлетворяет, но мне нужны истории за кадром, почему все это происходит.

Провести день перед картинами — это идеальный способ отвлечься. Я горжусь собой за то, что все делаю правильно, хотя в глубине души у меня полный бардак.

Уже собираюсь схватить сумочку и отправиться в город, как слышу громкий стук в дверь.

Хмурюсь, пытаясь вспомнить, вызывала ли я службу обслуживания номеров для чего-нибудь. Они уже приходили забрать поднос с завтраком. Возможно, это горничная хочет проверить, как я, но когда смотрю в дверной глазок, то замечаю пожилого мужчину в костюме-тройке, окруженного вооруженной охраной.

Мои глаза расширяются от тревоги, и я быстро отступаю от двери.

Затем они стучат снова.

— Мисс Дэвенпорт. Не могли бы вы уделить нам минутку своего времени, прежде чем покинете отель?

Первый инстинкт — запереть дверь, но затем я снова прижимаюсь к глазку и вижу эмблему Leclerc & Co. на кармане его пиджака и металлический кейс, который он прижимал к груди, словно оберегая новорожденного ребенка.

Представительный мужчина в костюме сияет.

— Ах! Мадам, пожалуйста, простите за вторжение. Я знаю, что это довольно необычно… — Он покачивает чемоданом, чтобы подчеркнуть абсурдность ситуации. — Я Юджин Брукс, один из креативных директоров ювелирной компании Leclerc & Co. Наверняка вы уже…

Как бы глупо это ни звучало, я приоткрываю дверь, чтобы посмотреть на них.

Охранник за его спиной громко прочищает горло, и Юджин слегка подпрыгивает. Он осматривается по сторонам, прежде чем наклониться ближе и понизить голос.

— А, мы можем войти? Гораздо безопаснее объяснить цель визита, находясь в номере.

Мой взгляд падает на тяжелый портфель, но я все равно не двигаюсь, чтобы позволить ему войти.

Почувствовав мое нежелание, он передает портфель одному из охранников с четкими инструкциями бережно его держать. Затем достает из бумажника визитную карточку и протягивает мне.

Осматриваю ее, как будто ищу какие-то способы подделки, но это вряд ли что-то доказывает, как будто у преступников нет доступа к такой роскошной бумаге. Подумаешь…

Снова поднимаю взгляд, и Юджин мягко улыбается. Затем, вопреки здравому смыслу, я отпираю дверь и широко распахиваю ее перед ними.

С моей стороны глупо впускать их. Я посмотрела все криминальные сериалы на Netflix и прекрасно понимаю, что это может быть какой-то изощренной уловкой с целью похитить меня и потребовать выкуп, но интуиция подсказывает, что это не так, и я достаточно быстро убеждаюсь, что не ошиблась в истинных намерениях.

Юджин подходит к небольшому обеденному столу и кладет на него портфель. Затем он складывает руки перед собой и поворачивается ко мне.

— Я ценю ваше гостеприимство и уверяю вас, что это не займет слишком много времени, хотя это зависит от нескольких факторов. — Он постукивает по крышке кейса. — У меня здесь коллекция камней, которые вы должны осмотреть. Мистер Мерсье настоял, чтобы вы выбрали, и, если ни один из камней, которые я привез сегодня, не соответствует вашим стандартам, я могу назначить встречу и пригласить вас посетить наш выставочный зал здесь, в городе.

Ошеломленная, я просто киваю.

Он поворачивается к кейсу и осторожно набирает комбинацию, затем достает из кармана серебряный ключ. Как только оба замка отпираются, портфель открывается, обнажая черный бархатный поднос с двумя дюжинами камней, равномерно расположенными четырьмя аккуратными рядами. Хотя они различаются по типу — бриллианты, изумруды, рубины, сапфиры, — все они просто огромны.

— Сегодня я собрал для вас коллекцию фамильных камней, а также неограненных самоцветов, и уверяю вас, как только вы выберете любимый, наши мастера в Leclerc & Co. сразу же приступят к изготовлению вашего единственного в своем роде обручального кольца.

Подхожу ближе и заглядываю в портфель, на мгновение завороженная светом, отражающимся от драгоценных камней. Содержимого этого портфеля хватило бы заполнить целую выставку Смитсоновского музея. Я содрогаюсь при мысли об их общей стоимости, неудивительно, что у двери стоят два вооруженных охранника. Не удивлюсь, если в холле стоят еще несколько.

Я наклоняюсь, разглядывая бриллиант, который мог бы покрыть всю ширину моего безымянного пальца.

— О, у леди хороший вкус. Это белый бриллиант изумрудной огранки весом в десять с половиной карат, происхождение которого можно проследить до принца Ренье и Грейс Келли, первоначально он был в кольце от Cartier.