Чтение онлайн

— А этот? — Спрашиваю я, указывая на бледно-голубой камень.

— Это бриллиант «Голубая луна». Безупречный бриллиант ярко-голубого цвета весом в тринадцать карат. Обнаружен в Индии в 1703 году, он был приобретен французской королевской семьей. Бриллиант долгое время использовался в качестве королевского украшения. Он украшал корону Людовика XV и скипетр Наполеона III.

— Прекрасный, — говорю я, выпрямляясь и глядя на него, а не на кольца. — Они все такие. Кто, вы сказали, прислал вас?

Он выпрямляется, как будто смущен сменой темы разговора.

— Мистер Мерсье.

— Отец или сын?

Он хмурит брови.

— Фредерик.

— Понятно.

Я отхожу от портфеля и натянуто улыбаюсь Юджину.

— Благодарю, что позволили осмотреть эти камни сегодня, и, хотя мне не хочется оставлять вас без дела, думаю, более уместно, чтобы младший мистер Мерсье, Эммет, выбрал один из них.

— Конечно. — Понимающе кивнув, он быстро подходит к портфелю и снова надежно закрывает его. — Это совсем не сложно. Понимаю, как привлекательно делать все по старинке. Я немедленно назначу встречу с мистером Эмметом Мерсье. А теперь, если вы нас извините, я и мои люди отправимся в путь.

Они беспрепятственно покидают мой номер, по одному охраннику с каждой стороны от Юджина.

В животе уже образовалась яма. Утреннее удовольствие исчезло, сменившись беспокойством, что предпримет Эммет. Он, вероятно, даже не знает, ведь именно Федерик прислал ювелира, не говоря уже о вторжении в мою личную жизнь. Уверена, что бабушка была слишком рада сообщить Фредерику, где я буду в эти выходные.

Решив продолжить день по плану, я хватаю сумочку и направляюсь в холл.

Ожидание лифта затягивается, но, когда вхожу в него, я, к счастью, одна. Всю дорогу вниз не обращаю внимания на свое отражение в зеркальных стенах.

Двери открываются, и в вестибюле раздается шумная какофония. Встречаю множество знакомых лиц и улыбаюсь им, проходя мимо. Похоже, все, кто был вчера на благотворительном вечере, в этот момент выписываются из отеля и направляются домой.

Миную сумасшедший дом и выбегаю на свежий осенний воздух, чтобы присоединиться к очереди на такси. Поскольку время выезда из отеля уже близко, очередь немного длиннее, чем я ожидала, хотя уверена, что она быстро рассосется. На тротуаре суетятся люди, выносящие багаж из отеля. Посыльные снуют туда-сюда, пытаясь направить поток транспорта и разгрузить сумки уставших гостей. К обочине подъезжает элегантный черный «Рендж Ровер», загораживая полосу для такси и вызывая проклятия у людей, стоящих передо мной в очереди.

— Эти водители думают, что могут парковаться где угодно, черт возьми!

Нетерпеливые таксисты усиливают шум, с удовольствием нажимая на клаксоны.

— Что происходит?! — кричит один из них служащему отеля, пытающемуся успокоить толпу.

Служащий машет ему, чтобы он успокоился.

— Уезжает особый гость. Это займет всего минуту.

Услышав это, мы дружно поворачиваемся, чтобы посмотреть, как небольшая группа людей выходит из парадного входа. Сначала я подозреваю, что это Юджин с портфелем. Без сомнения, они требуют особого отношения, но затем я вижу двух служащих, несущих багаж, телохранителя, замыкающего шествие, а затем… Эммета, идущего рядом с Мирандой, пересекающего тротуар, словно ему принадлежит весь мир.

В течение короткого мгновения наблюдаю за ним, как будто я просто еще один ничего не подозревающий прохожий. На нем темно-синий пиджак и чуть более темный свитер под ним. Из-за манжеты выглядывают серебряные часы Jaeger-LeCoultre. Черные волосы безукоризненно уложены, а ботинки выглядят так, словно их только что почистили, но этим утром он не брился, оставив соблазнительную щетину, которую я не привыкла видеть. Сегодня он больше похож на француза, чем когда-либо.

Черт возьми.

Он оглядывает толпу и ловит мой взгляд; пристальный взгляд его карих глаз на мгновение выводит меня из равновесия, но выражение его лица не меняется. В нем нет ни намека на узнавание, ни доброты.

Я, как и все остальные, с отвисшей челюстью наблюдаю, как он провожает Миранду к ожидающему «Рендж Роверу». Он подходит первым, но вместо того, чтобы сесть, отступает назад и пропускает ее вперед, протягивая руку. Ей это не нужно. Она вполне способна забраться на заднее сиденье без его помощи, но не упускает шанса нежно вложить свою руку в его и одарить прекрасной благодарной улыбкой в ответ на его галантность. Затем наступает очередь Эммета садиться, но на мгновение он замирает, держась рукой за крышу над дверью.

Замираю, дыхание перехватывает, надежда растет с каждой миллисекундой, что он медлит. Затем он поворачивает голову, словно прислушиваясь, что только что сказала Миранда, и, не колеблясь больше ни секунды, забирается в машину.

Я остаюсь на тротуаре, ожидая такси, в то время как все вокруг громко болтают об Эммете и о том, кем, по их мнению, он может быть.

— Наверное, какой-нибудь известный актер. Вы видели, с каким самодовольным видом он выходил из отеля, пока мы все стояли здесь и ждали?

— Он не актер, — поправляет кто-то. — Бизнесмен. Я узнал его. Не могу вспомнить имя, но он сын того француза. Мерсье, или как-то так.

Служащий отеля, направляющий такси, слышит это.

— Этот гребаный миллиардер? Вы серьезно?

— Надо было попросить автограф.

Они смеются, а потом кто-то вклинивается:

— Вы видели девушку, с которой он был? Черт, она прекрасна.

С меня хватит, я выхожу из очереди и решаю попытать счастья в метро.

Глава 25

Лейни

Через неделю после возвращения из Нью-Йорка бабушка решает устроить для нас с Эмметом вечеринку по случаю помолвки. Приглашения рассылаются без моего ведома. На самом деле, я узнаю об этом только утром, когда группа флористов и организаторов мероприятий наводняет дом, готовясь к вечернему торжеству.

Я застаю бабушку в холле, она направляет команду кейтеринга на кухню.

— Не думаю, что это хорошая идея, — говорю я.

Она игнорирует меня, поэтому я вынуждена встать перед ней и взять ее за руку, требуя внимания.

— Жаль, что ты не спросила меня, прежде чем устраивать праздник.

Она вздыхает.

— Это традиция. Вряд ли мне нужно твое разрешение, чтобы устроить вечеринку в собственном доме.

— Да, но, возможно, будет лучше, если мы не будем следовать традициям. Я просто думаю…

Ее карие глаза нетерпеливо смотрят на меня.

— Элейн Эванджелина, если ты думаешь, что я не устрою вечеринку в честь помолвки своей единственной внучки, ты глубоко ошибаешься. На самом деле, я собираюсь устроить для вас с Эмметом вечеринку, подобно которой Бостон еще не видел.