Чтение онлайн

Доктор Фридман ждет, пока дядя Картер и тетя Делла поцелуют Дэнни, а затем берет её за руку.

— Сожми мою ладонь.

Дэнни удается лишь пошевелить пальцами, но доктор Фридман бормочет:

— Хорошо. Очень хорошо. — Он проверяет её вторую руку и ноги, прежде чем улыбнуться. — Ты будешь чувствовать мышечную слабость, это нормально, это пройдет. Как только мы введем Вальтрекс, мы переведем тебя обратно в твою палату.

— Но... всё... прошло нормально? — спрашивает Дэнни, и её голос звучит уже крепче.

— Да, мы всё убрали. Лечение сделает остальное. Это значительно увеличило твои шансы на выживание. Я не могу назвать точное количество лет, но прогноз положительный. Договорились?

Улыбка Дэнни становится шире:

— Спа... сибо.

— Нет, это тебе спасибо, Дэнни. Спасибо за доверие и за твою храбрость.

Я крепче сжимаю её руку, чувствуя дикое желание обнять этого доктора до хруста костей.

— Отдыхай, — говорит доктор Фридман и улыбается мне.

— Спасибо вам огромное, — шепчу я, жалея, что не могу выразить всю свою благодарность словами.

Каждый год или даже каждый месяц, который он может нам дать, значит для меня всё. Может, появится лекарство или новый метод лечения. Время. Нам просто нужно больше времени, и сейчас он нам его подарил.

— Я сейчас вернусь. — Я иду за доктором Фридманом и догоняю его в коридоре. — Доктор!

Он оборачивается и улыбается, видя меня. Я протягиваю ему руку, и он тут же пожимает её.

— Спасибо вам огромное за то, что вы сделали и что еще сделаете. Я не могу передать, как я вам признателен.

На его лице появляется понимающее выражение.

— Я просто делаю то, что сделал бы для любого члена своей семьи. Я потерял отца из-за глиобластомы, так что это моё личное дело.

— Я просто счастлив, что именно вы врач Дэнни.

Он наклоняется и ободряюще хлопает меня по спине:

— Держись, парень. Ладно? Мы надерем раку задницу.

Я невольно усмехаюсь, потому что врачи всегда были для меня просто... врачами. Глядя ему вслед, я чувствую благоговение перед чудом, которое он совершил сегодня, и начинаю видеть его в совершенно новом свете.

Я спешу обратно к Дэнни и снова беру её за руку. Я не могу перестать улыбаться просто от того, что она жива.

Прямо сейчас она здесь. Она всё еще со мной.

И это единственное, что имеет значение.

ГЛАВА 25

ДЭННИ

Если не считать головной боли, путающейся речи и мышечной слабости, я чувствую себя гораздо лучше, чем ожидала.

Меня перевели обратно в мою палату сегодня рано утром, и я однозначно записываю это на счет наших побед. Доктор Фридман сказал, что хочет подождать неделю, прежде чем начинать облучение, просто чтобы я немного окрепла.

Мои родители, дядя Ретт и тетя Джейми ушли за завтраком для всех нас. Кристофер и Тристан тоже только что уехали, чтобы вернуться к работе. На несколько драгоценных минут мы с Райкером остались вдвоем. Я люблю свою семью и друзей, но пытаться справляться со всеми сразу — это слишком тяжело.

Я пытаюсь сжать его руку крепче; он тут же вскидывает взгляд на меня, и на его губах играет улыбка.

— Ты становишься сильнее.

— Да, — шепчу я. Сделав глубокий вдох, я спрашиваю: — Можешь сделать мне одолжение?

— Всё, что угодно. — Он наклоняется ближе, обхватывая второй ладонью мое запястье. Он держит меня так, будто боится, что я исчезну, если он отпустит.

— Поговоришь со всеми? Мне тяжело, когда они приходят целыми толпами.

Райкер кивает.

— По двое за раз?

Я киваю в ответ, уголки губ ползут вверх.

— Пожалуйста.

— Я всё улажу, — говорит он и, наклонившись надо мной, целует меня в губы.

Когда он начинает отстраняться, я шепчу:

— Погоди. Я хочу почувствовать твой запах.

Райкер сокращает это мизерное расстояние, его губы касаются моей челюсти и щеки, пока я глубоко вдыхаю аромат его кожи. Закрыв глаза, я сосредотачиваюсь только на нем, и это помогает мне расслабиться.

— Я люблю тебя, — бормочу я.

Райкер кладет руку на левую сторону моего лица и просто смотрит на меня. Видя, как сильно он обо мне заботится... я вспоминаю, ради чего я борюсь.

Этот мужчина.

Я должна жить ради него.

Его губы растягиваются в той самой сексуальной улыбке, которую я так обожаю, и это вызывает у меня смешок.

— Боже. Эта улыбка.

— Только для тебя, малыш, — шепчет он.

— Лучше мне не ловить тебя на том, что ты так улыбаешься кому-то другому, иначе в этой кровати будешь лежать ты.

Райкер смеется, и от этого звука на глаза невольно наворачиваются слезы. Я шепчу:

— Мой любимый звук. — Я вглядываюсь в его красивые черты лица и добавляю: — Ты — моё самое любимое в этом мире.

— А ты — моё, — улыбается он.

Он выглядит таким счастливым, что я не удерживаюсь:

— Ты кажешься очень счастливым.

— Это потому, что ты надираешь этой болезни задницу, в точности как я и знал.

Мы наслаждаемся этой маленькой победой, а затем Райкер рассылает всем сообщение о том, чтобы заходили строго по двое.

Убрав телефон, он бормочет:

— В этой палате скоро станет очень людно, все захотят тебя проведать. Дай мне знать, когда тебе понадобится отдых, чтобы я обеспечил тишину.

Мои губы снова изгибаются в улыбке, и мне удается поднять руку к его плечу.

— Мне так повезло с тобой.

Райкер наклоняет голову и шепчет:

— Это мне повезло.

Когда в палату входят мой кузен Джейс и сестра Райкера, Мила, я улыбаюсь. Мила кладет мне на колени очаровательного крошечного медвежонка.

— Мы не были уверены, можно ли тебе цветы.

— Он идеальный. Спасибо.

Джейс берет мою правую руку.

— Как ты держишься?

Я пожимаю плечами.

— Я в норме.

Мила смотрит на мою левую руку и спрашивает:

— Тебе разве нельзя носить украшения?